ОБЛОЖКИ ШТАЙНВАЙСА

Мы принимаем вещи такими, какие они есть, и так, как будто были они такими всегда. А ведь у каждой из них есть своя история, и в том числе, – у тех обложек, в которых продавались приобретавшиеся нами пластинки с музыкальными записями. Не знаю, как у вас, а у меня часть из них с того времени хранится до сих пор – следую призыву: «С любимыми не расставайтесь». Но имя человека, разработавшего концепцию дизайна этих обложек, которая была принята безоговорочно и повсеместно, знакомо, к великому сожалению, лишь немногим. А звали его Александр («Алекс») Штайнвайс. Из жизни ушел он 15 лет назад.

Родился герой нашего повествования 24 марта 1917 года в Нью-Йорке. Отец его, родом из Варшавы, был сапожником и дизайнером, создававшим модели дамской обуви. Мать, уроженка Риги, трудилась швеей. Семья переезжала из района в район, поселились, наконец, на Брайтон-Бич в Бруклине.

Алекс впоследствии вспоминал, что тяга не просто к рисованию, а к дизайнерскому искусству проявилась у него с мальчишеского возраста. В 1930 году Штайнвайс поступил в среднюю школу Авраама Линкольна. Результатом его первых художественных опытов стали сработанные ребенком сочлененные марионетки. Это привлекло к нему внимание авторитетного специалиста – Леона Френда, соавтора книги «Графический дизайн» – первого в Соединенных Штатах серьезного исследования по искусству дизайна. Родители Алекса способностям сына были рады до глубины души, и увлечение его поддержали – не только одобрительными словами, но и финансово, отправив отпрыска на дальнейшее обучение в престижную по тем временам Школу дизайна Парсона. Штайнвайс познакомился с работами знаменитых графических дизайнеров того периода, в том числе – Л. Бернхарда, А. Кассандра и Д. Биндера. Его успехи в учебе были поощрены назначенной ему стипендией. Правда, в какой-то момент, юноша чуть было не бросил учебу, посчитав, что всё уже знает и готов творить, но его убедили пройти курс до конца. По окончании этого учебного заведения, Алекс в течение трех лет работал в бюро Джозефа Биндера, где создавались рекламные плакаты. Дизайнерские решения самого Джозефа и членов творческой его группы, касательно изображения человеческих фигур с использованием тусклых цветовых тонов, оказали на Штайвайса значительное влияние. Примечательны подробности того, как Алекс оказался там. По началу он без приглашения явился в студию Люциана Бернхарда со своими работами. А уже Бернхард сделал доброе дело, порекомендовав Штайвайса Биндеру – тот, по случаю, искал тогда помощника.

В годы Второй мировой войны Алекс Штайнвайс работал в центре Военно-Морского Флота, где велось оформление учебных материалов и создавались агитационные плакаты – они тоже служили оружием, бившим по врагу. Таким образом, к моменту демобилизации у молодого человека накопился уже достаточный опыт для того, чтобы продолжить творческий труд, но уже на качественно новом уровне.

Штайнвайса приняли на должность менеджера по рекламе в звукозаписывающую компанию «Columbia Records». Как-то общаясь с Алексом, президент компании Тед Валлерстайн повел разговор о долгоиграющих пластинках. В то время такого понятия, как «обложка альбома» просто не существовало. Виниловые грампластинки продавались в обычных конвертах из вощеной бумаги – коричневого или зеленого цвета. Мало того, что такая упаковка была абсолютно не привлекательной, зачастую грубая бумажная «обертка» оставляла следы на сверхтонкой пластинке, и по этой причине искажался звук. Словом, дело ждало мастера.

Поразмыслив, Штайнвайс предложил упаковывать пластики в специальные обложки, безвредные для пластинок, оформленные оригинальными рисунками. Каждая такая обложка, согласно идее, выдвинутой Алексом, должна была выглядеть, как мини-витрина, мимо которой трудно пройти, не заметив ее. Концепция молодого дизайнера была руководством студии принята, хотя и требовала весьма значительных затрат. Не обошлось без спонсорской поддержки, благодаря которой было закуплено необходимое полиграфическое и прочее оборудование – у всех, так или иначе вовлеченных в этот проект, не было сомнений в том, что, как это принято говорить, в подобных случаях, ставка делается на беспроигрышный вариант.

Первой пластинкой с обложкой нового типа стал сборник хитов популярного тогда дуэта – композитора Ричарда Роджерса и поэта Лоренца Харта. Обложка представляла собой контрастную фотографию освещенного прожектором театрального занавеса. Новый подход к оформлению грампластинок имел ошеломляющий успех: согласно данным, которые в этой связи приведены в журнале «Newsweek», продажи оформленной Штайнвайсом «Героической симфонии» Бетховена, в исполнении Бруно Вальтера, за короткий срок выросли в 9 раз! «С легкой руки Алекса, – отмечает Пола Шер, бывший дизайнер обложек в «Columbia Records», а ныне – совладелица дизайнерского бюро «Pentagram», – обложки пластинок перестали быть просто упаковочным материалом. Они превратились в изящные «двери», ведущие в музыку и призывающие: «Откройте нас и войдите!».

Эффект восприятия усиливало у Штайнвайса использование общекультурных символов и коллажей. Работая над оформлением пластинки с записью фортепианного концерта Белы Бартока, Алекс, что называется, «с порога» отверг вариант с размещением на обложке портрета музыканта, даже в комбинации с художественным рисунком. Дизайнер вместо этого изобразил механизм фортепиано, представленный на стилизованном фоне. Для обложки пластинки Джорджа Гершвина «Рапсодия в стиле блюз» был выбран темно-синий фон, на котором изображен рояль, освещенный уличным фонарем. Это создавало определенное настроение, которое навеивает рапсодия. Обложка для концертной записи одного из произведений Людвига ван Бетховена демонстрирует белый свет, который, попадая на фортепиано, разделяется на цветовые полосы, что открывает простор для игры воображения.

Штайнвайс подходил к оформлению обложек с душой, как художник – к задуманному им рисунку на холсте. Каждая новая работа превращалась у него в творческий эксперимент. Он тщательно продумывал сюжет, подбирал цвета, и даже надписи несли в его разработках некую дополнительную функцию, смысловую нагрузку, не нарушая общей гармонии. Для пластинки «Песни свободных людей» Поля Робсона Алекс нарисовал скованную цепью руку. Она сжимает кинжал, протыкающий змею, на чешуе которой можно разглядеть нацистскую свастику. Так анонсировался смысл музыки – с помощью ее обложки. Другая его весьма впечатляющая работа – две большие руки – черная и белая. Они изображены над клавишами фортепиано – так был выражен протест против бытовавшей в то время расовой сегрегации.

Необходимо добавить: на разработанный им новый формат упаковки пластинок Алекс Штайнвайс получил патент. Но ему пришлось отказаться от прав на свои изобретения, сделанные во время работы в компании, поскольку так это было прописано в контракте, который заключила с дизайнером студия «Columbia Records». Вот уж и действительно: искусство требует жертв…

Как справедливо указывает в своем исследовании творческого наследия Штайнвайса автор этой работы – Елизавета Алабужева, «опыт Алекса Штайнвайса наглядно показывает, что графический дизайн в музыкальной индустрии играет важную роль, обеспечивая первое визуальное впечатление от альбомов и синглов. Обложки служат визуальными представлениями исполнителей и их музыки, оказывая существенное влияние на восприятие и успех музыкальных произведений». И далее: «Перед нами – один из наиболее талантливых графических дизайнеров, перевернувших мир музыки с помощью своих работ. Дизайнерское мастерство Штайнвайса не только отразило эпоху, в которую он жил и творил, но и стало частью нее, перекликаясь с музыкальными шедеврами и наглядно показывая нам, как альбомная обложка может сама становиться произведением изобразительного искусства».

Многие известные музыканты, записывавшие свои произведения на студии, где трудился Алекс Штайнвайс, ставили условие, чтобы дизайнерское оформление их пластинок осуществлял лично он. Но всему – свое время. В 50-х годах прошлого века Штайнвайс ушел из компании. Одной из главных причин тому стало развитие печатных технологий. На этой волне крупные студии звукозаписи начали отдавать предпочтение фотографиям исполнителей на обложках пластинок. Тем не менее, до 1973 года Алекс активно работал над дизайном обложек для компаний «London», «Decca» и «Everest Records». В общей сложности за свою карьеру он создал дизайн почти для двух с половиной тысячи обложек. Но этим его творчество не ограничивалось. Алекс выполнил заказы на дизайн афиш к фильмам «Казино Рояль» и «Машина любви», а также – наклеек на бутылки с ликером «DeKuyper» и графику для тары множества других продуктов.

Что касается выбора Штайнвайсом картин для работы над постерами к ним, то в этом можно разглядеть дополнительные штрихи к портрету Алекса и дополнить представление о творческих его интересах. «Казино Рояль» представлял собой вольную интерпретацию одноимённого произведения Яна Флеминга, которое не является частью официальной «бондиады». Тем не менее, действие фильма начинается в загородном поместье сэра Джеймса Бонда (его роль сыграл Дэвид Нивен), легендарного британского шпиона, ушедшего со службы 50 лет назад. В других ролях на экране запечатлелись такие яркие личности, как Вуди Аллен и Жан-Поль Бельмондо. Лента вышла на экраны в 1967 году, а на следующий год она выдвигалась на «Оскара» в одной из номинаций и на премию Британской академии кино и телевизионных искусств. «Машина любви», в отличие от «Казино Рояль» – картина драматическая. Героини повествования – Аманда – красавица-фотомодель на вершине славы, Мэгги – амбициозная молодая актриса, твердо знающая, чего хочет от жизни и Джудит – богатая аристократка, у ног которой лежит весь мир. Эти три, такие разные, женщины мечтают об одном: завоевать и сохранить любовь одного человека – Роберта Стоуна, харизматичного, талантливого, но жестокого. Его гипнотическая холодность подавляет волю, достоинство и индивидуальность женщин. Он не способен любить – и бежит от тех, кто возгорается любовью к нему. И так происходит до тех пор, пока Стоун не узнает правду – о себе самом, о своем прошлом, которая была скрыта от него. Премьерный показ ленты состоялся летом 1971 года.

Разработанный Штайнвайсом прототип обложек для пластинок непосвященным показаться может простым и не сложным, но на самом деле это не так. Предложенная им упаковка представляла собой тонкий картон, покрытый печатной бумагой – она стала стандартом для музыкальной индустрии. Это изобретение явилось эффективной защитой пластинок, и в то же время позволило добиться большего художественного разнообразия продукции, ставшей предметом множества коллекций, ценность которых с годами только увеличивается. К слову, после прошедшего пика тиражирования компакт-дисков, мода на виниловые пластинки стала возвращаться, и любители их придерживаются принципа: «Мы за ценой не постоим».

Уйдя из мира графического дизайна, Алекс Штайнвайс начал новую карьеру – художника, под псевдонимом Пьедра Бланка. Правда, на этом поприще столь же известным мастером он не стал. А вот в мир графического дизайна и музыки Штайнвайс внес неоценимый вклад. Если бы не его старания, то вероятно пластинки в их мрачном упаковочном виде не обрели бы той популярности, которая породила «виниломанию». Нам это явление хорошо знакомо, что называется, «изнутри». И памятно, конечно же, тоже.

Супруга Алекса – Бланш – ушла из жизни в 2010 году. А он скончался на 95-м году жизни, 17 июля 2011 года во Флориде. У Штайнвайсов остались сын Лесли, дочь Хэйзел, шесть внуков и трое правнуков.

В эру Интернета музыку подбирают на свой вкус по ее звучанию. На каком-то этапе обложка похоже утратила свою изначальную функцию. Но та радость, которую испытывало множество людей, беря в руки пластинку, которую к тому же не всегда удавалось раздобыть, оказалась утраченной. Во всем есть и свои плюсы, и свои минусы.

У коллекционеров пластинок и графических дизайнеров вызвало радость сообщение о том, что в свет вышла книга, на обложке которой указаны три автора – Алекс Штайнвайс, Кевин Рейган и Стивен Хеллер. Издание посвящено жизни и творчеству Штайнвайса. В него включены личные воспоминания «отца обложек», описание наиболее важных моментов его эпической карьеры и эссе о дизайнере, называемом в книге выдающимся. Книга выпущена одновременно на английском, французском и немецком языках.

Алекс Штайнвайс всегда говорил, что профессия дизайнера была предназначена ему свыше. Так или иначе, миссию свою на земле он выполнил с честью.