Хай Эйтан Коэн Янарочак – сотрудник Moshe Dayan Center for Middle Eastern and African Studies. В середине сентября с. г. он принял участие в круглом столе, организованном вице-президентом образовательной программы Tikvah Джонатаном Силвером, и предложил свои оценки нынешнего состояния отношений между Израилем и Турцией. Они будут ниже представлены читателю в реферативном изложении.
***
В 2012 году сорокадвухлетний Янарочак, уроженец Турции, перебравшийся в Израиль шестью годами ранее, уже работал в Тель-авивским университете и на одной конференции встретил Бернарда Льюиса, «одного из самых замечательных и важнейших историков нашего времени». Я был удостоен чести сидеть рядом с ним во время ланча, и мы разговаривали по-турецки. Именно тогда он поделился со мной пророчеством, с которым я в то время не согласился. Но он сказал, что однажды Турция и Иран могут поменяться местами. Радикальный режим в Иране рухнет, и вместо него появится другой, более дружественный к Израилю, а вот что касается Турции, то она превратится в экзистенциальную угрозу еврейскому государству, ибо Льюис уже тогда обратил внимание на рост в ней исламистких тенденций.
***
До 7 октября, говорит автор, мы как-то свыклись с турецкой поддержкой палестинцев. Наше правительство считало, что оно может жить с этим. Но после 7 октября пропалестинский курс «вырос» в прохамасовский, и одновременно с этим Анкара запустила интенсивную кампанию по делегитимизации Израиля. Вот этого мы раньше не видели.
Далее события развивались еще более опасно. После падения режима Башара Асада в Сирии и прихода к власти нового президента Ахмеда аш-Шараа Турция стала заполнять там вакуум, оставшийся после Ирана. Это сделало ее фактически соседом Израиля. Между нами возникли, подчеркивает Анарончак, неофициальная общая граница и новый более чем серьезный фактор в наших отношениях.
Анализируя сегодня турецкую внешнюю политику, надо исходить из идеологических основ мировоззрения президента Эрдогана: нео-османизма и «Мусульманского братства». Турки-османы правили Сирией и всем регионом на протяжении 400 с лишним лет, включая сюда и территорию современного Израиля. Соответственно мы не можем говорить здесь о Турции как о «внешней силе» вроде России. Сегодняшняя Турция – это наследница Османской империи, и она видит себя законной владелицей всех земель последней. Как еще иначе расценивать, например, заявление турецкого министра внутренних дел Мустафы Чифтчи о его желании стать новым губернатором Иерусалима?
В том же ряду антиизраильских провокаций мы видим и ордера на арест высших должностных лиц Израиля, начиная с премьер-министра. Если бы это были только избранные политики, то как бы напрашивалось предположение, что в случае их провала на октябрьских выборах этого года турки изменят свой подход. Но нет, в их списке имеется и начальник штаба Армии обороны Израиля, который и после выборов останется на своем посту. Это прямо указывает на то, что Турция не приемлет любое правительство Израиля, кто бы в него не входил.
Еврейское государство в долгу не остается и за ответами в карман не лезет. А как иначе? Турция уже проникла в Сирию, подписала с ней военные соглашения, вооружает сирийскую армию, демонстративно наращивает свое присутствие в Восточном Средиземноморье и Красном море, а также на Африканском Роге (Сомали). Даже на этом фоне выделяется тот факт, что Турция предоставила пристанище «Хамасу». По сообщениям в израильской прессе, именно засевшие там его деятели руководят подрывными операциями в Иудее и Самарии.
Весь этот период Анкара постепенно шла к тому, чтобы «повысить» Израиль до статуса угрозы национальной безопасности Турции. 20 октября 2024 года на закрытой сессии турецкого парламента министры иностранных дел и обороны, согласно утечкам в СМИ, провели специальный брифинг по этой теме. Израиль был включен в так называемую Красную книгу, закрытый документ, содержащий перечень и характеристики угроз национальной безопасности страны.
В 2025-2026 годах Израиль несколько раз наносил удары по сирийским военным объектам, в том числе Пальмире, Тияс и Хаме. 18 августа с. г. был атакован военный аэродром Абу-аль-Духур. Как пишет коллега Янарочака, Александр Гринберг – израильский аналитик, Турция готовилась занять этот неиспользовавшийся объект и «установить там свое военное присутствие. На этом фоне израильский налет выглядел как превентивная мера перед прибытием турецкого военного персонала. Были повреждены взлетная полоса, ангар и другая инфраструктура, но никаких человеческих жертв не было». Эта операция стала своего рода рубежной, отмечает Янарочак, ибо впервые в истории Израиля размещение турецких вооруженных сил в Сирии было официально объявлено угрозой его национальной безопасности. Круг замкнулся.
Примечательно, что турецкие заявления подчеркивают неприемлемость наличия внешних вооруженных сил на Ближнем Востоке. Здесь с очевидностью подразумеваются Соединенные Штаты. Это как нельзя лучше вписывается в нынешний политический курс Вашингтона. «Администрация Трампа, – рассказывает Янарочак, – хочет переложить решение вопросов международной безопасности на плечи ее союзников, и американцы не склонны более вмешиваться в будущие конфликты за пределами своих границ, особенно на Ближнем Востоке». Этот настрой американцев существенно усиливает позиции Турции и в отношении европейских стран, и на Ближнем Востоке.
Одно из важнейших международных событий последнего времени в регионе – Мекканский пакт, или Мекканское оборонительное соглашение, подписанное 7 августа 2026 года. Участники – Турция, Саудовская Аравия и Пакистан. Если спросить пакистанцев, почему они подписали этот договор, они скорее всего скажут – для сдерживания Индии. Если спросить турок, ответ будет – для сдерживания Израиля. Если спросить саудовцев – против хуситов и Ирана. В свете последовавших военных акций со стороны хуситов, направленных на цели в Саудовской Аравии, некоторые поспешили назвать упомянутый выше альянс «беззубым». Я бы отнесся к такой оценке скептично, отмечает Янарочак.
Если мы вглядимся в самую суть этого соглашения, то увидим, что в центре этого оборонного союза находится ислам. Отсюда и реальный смысл существования Мекканского пакта, обозначающего в качестве главных противников два неисламских государства: Израиль и Индию. И я бы советовал принимающим решения в Израиле, остерегает Янарочак, реагировать на заявления, которые доносятся из Турции, очень и очень серьезно. Турецкий язык – мой родной, и когда я изо дня в день читаю и выслушиваю всю ту антиизраильскую ненависть и пропаганду, которая заполняет турецкие СМИ, то моя обеспокоенность происходящим только растет.
Хотелось бы привлечь внимание к одному весьма важному заявлению Эрдогана. Как он сказал, Турция должна стать очень сильной, чтобы Израиль не мог делать в Газе то, что он делает. И тогда все то, что Турция делала в Нагорном Карабахе и Ливии, может быть повторено против Израиля. И когда я – это мы вновь цитируем Хая Янарочака – изучаю военные договора между Турцией и Сирией, то определенно вижу те же вещи, которые Анкара делала ранее с Азербайджаном. Она поставляла ему беспилотники и военные технологии, для того чтобы он мог победить Армению. И в Ливию она также отправляла военных советников и вооружения для своих союзников. Вывод из этого такой: Турция не стремится самa воевать с Израилем, а позиционирует себя в качестве поставщика оружия для его врагов.
И почему бы нам не поговорить сейчас о Ливане? Президент Эрдоган предложил послать турецкие войска к израильской границе с Ливаном для замены сил ООН, срок мандата которых скоро истекает. И вообще, развил он свое предложение, для чего вообще нужны ооновцы, если их могут заменить турецкие солдаты? Одновременно с этим турки пытаются продвигаться все больше и больше на юг Сирии. Турция также настойчиво предлагаете направить свой воинский контингент в Газу в составе так называемых миротворцев под эгидой Совета мира, созданного по инициативе американцев. Вопрос: зачем собирать на границах Израиля турецкие войска?
