ГОЛЛИВУДСКИЙ ШЕКСПИР БЕН ХЕКТ

Опубликовал(а)

«Писать плохо не легче, чем писать хорошо. Сделать сиденье для унитаза так же трудно, как и окно для сказочного замка. Только открывающийся вид будет разным». – Автор этого высказывания Бен Хект, американский сценарист, режиссер, продюсер, драматург и писатель именовался критиками «голливудским Шекспиром» — за свою завидную плодовитость и поразительную изобретательность. Ныне со дня его рождения исполнилось 125 лет, а в апреле будет отмечена 55-я годовщина со дня смерти литератора, создавшего произведения, по праву вошедшие в число лучших в американской драматургии и кинематографа за всю историю.

На свет Хект появился в Нью-Йорке, в Нижнем Ист-Сайде, в еврейской семье. В Белоруссии фамилия его предков первоначально звучала, как «Гехт». Его отец минский портной Иосиф Гехт когда прибыл с будущей своей женой Сарой Шверновской на жительство в Соединенные Штаты был записан как Joseph Hecht. Мать Бена в США писалась Sarah Swernofsky Hecht. Родители Бена общались друг с другом на идиш. Вскоре семейство перебралось в городок Расин, что в штате Висконсин. Там Бен обучался в средней школе, а на летние каникулы его отправляли к дяде в Чикаго. В большом этом городе подросток, слава богу, не приобщился ни к чему дурному. Новые жизненные наблюдения помогли ему потом в его литературном творчестве. Родители не могли уделять сыну достаточно внимания: отец по делам своего бизнеса находился в частых разъездах, а принадлежавшим семье отделом в большом магазине управляла, по преимуществу, мать. У Бена рано проявились разносторонние дарования, и в семье мечтали увидеть его знаменитым музыкантом, а если точнее – скрипачом, но музыку юноше больше нравилось слушать, нежели самому извлекать из инструмента.

Завершив среднее образование, Бен Хект, с одобрения отца и матери, покинул семейное гнездо и обосновался у родственников в Чикаго, где возможностей проявить свои способности было гораздо больше, чем в провинциальном и тихом Расине. Хект сумел устроиться на работу репортером, сначала – в «Chicago Journal», затем в «Chicago Daily New». Довольно быстро Бен зарекомендовал себя превосходным журналистом, умеющим находить неожиданные повороты в своих материалах (а писал он, по заданиям редакторов, на криминальные темы) и проявил подлинное мастерство владения словом, что было удивительно для совсем еще молодого человека. Забегая вперед, отметим: впечатления тех лет легли в основу написанной Хектом комедии «Сенсация». Спектакль по ней впервые был сыгран в 1928 году, и потом, причем не раз, экранизировался. В России пьеса эта была в первый раз поставлена Рубеном Симоновым в театре имени Вахтангова в 1930 году. Но раньше этих событий, после окончания Первой Мировой войны, Бен Хект был командирован с журналистским заданием в Берлин. Эта поездка обогатила Хекта материалами, на основе которых им был создан первый роман «Эрик Дорн». Публикация этого произведения в 1921 году принесла Бену громкий, сенсационный, можно сказать, для молодого литератора, успех.

Поворотным в судьбе Бена Хекта стала неожиданно полученная им телеграмма от сценариста Хермана Манкевича, с которым Бен успел познакомиться и сдружиться. Херман, обосновавшись в Голливуде, в своем коротком послании призывал Хекта бросить все и ехать в столицу кинопроизводства. Искусство кино приобретало в Америке все большую популярность и сулило талантливым сценаристам баснословные заработки. Манкевич откровенно намекал Бену, что конкурировать в Лос-Анджелесе тому ни с кем всерьез не придется, ибо все сценаристы там, как он выразился, – «полные идиоты». Конечно же, Херман преувеличивал: Голливуд уже тогда, на заре звукового кино, привлек множество несомненных талантов. Но в отношении Хекта его приятель уж точно не ошибся – Бен был, ну просто рожден для «фабрики грез».

Свой первый киносценарий Хект написал даже еще тогда, когда кинематограф не обрел еще звука – для криминального фильма «Подполье». Его постановку осуществил режиссер австрийского происхождения, выходец из еврейской семьи Джозеф (Йонас) Штернберг, представленный, ради рекламы, в титрах «фон Штернбергом». Сюжетная линия этой картины такова: некий гангстер Булл, считающийся королем преступного мира, что называется, «подбирает» пьяного и неопрятного адвоката, помогает ему встать на ноги и дает ему кличку «Роллс-Ройс». Вскоре тот становится мозгом банды Булла, подбрасывая идеи дерзких налетов и ограблений. Но дело осложняется, когда «Роллс-Ройс» и девушка Булла по прозвищу «Пёрышко» влюбляются друг в друга. Фильм, вышедший в прокат в 1927 году, удостоился премии Оскар — за «лучший литературный первоисточник». Иными словами, престижную награду получил ни кто иной, как Хект, что с одной стороны стимулировало дальнейшее его творчество, а с другой – заметно повысило имидж автора, лишь только начинавшего в ту пору путь к вершинам славы.

Хект стал автором или соавтором почти 70-ти сценариев, нескольких пьес и написал 35 книг.  Работал он не только быстро, тратя, в среднем, на каждый новый сценарий от двух до восьми недель, но и качественно. Из-под его пера неизменно выходили четко выстроенные тексты, в которых сценарист блистал умением интриговать потенциальных зрителей и держать их в приятном напряжении, демонстрировал неиссякаемость творческой фантазии и искрометное остроумие. Шесть раз его киносценарии номинировались на премию «Оскара», и дважды он принимал заветную статуэтку в свои руки на торжественных церемониях награждения лауреатов, превратившись, по мнению историка кино Ричарда Корлисса, в живой символ Голливуда. Бен Хект внес весомый вклад в становление и развитие разных экранных жанров: так называемого, «гангстерского фильма» (здесь, в качестве примеров, можно назвать, кроме упомянутого уже «Подполья», «Лицо со шрамом»), далее – комедии в стиле бурлеска: «Его девушка Пятница», «Серенада трех сердец», триллера (ну, как же без него?): «Дурная слава», «Завороженный». В качестве уже не только автора сценария, но также режиссера и продюсера, в содружестве с многолетним партнером Чарльзом Макартуром Хект создал такие картины, как «Преступление без страсти» и «Подлец». Творческого пика Бен достиг в годы, предшествовавшие Второй Мировой войне. В 1939 по его сценариям были поставлены три фильма, которые принесли наибольший кассовый сбор. В 1940, совместно с оскаронсным кинооператором Ли Гармсом, Хект снял по собственному сценарию кинокартину «Ангелы над Бродвеем», главную роль в которой сыграла актриса и танцовщица Рита Хейворт, одна из наиболее ярких звезд Голливуда в 40-х годах прошлого века. Однако режиссерская карьера Бена Хекта достойного продолжения не получила. Премьера фильма, которому суждено было стать для Бена последним — «Казано «Рояль», состоялась уже после его ухода из жизни. Добавим к этому перечню наиболее известные картины, снимавшиеся в разные годы по сценарным разработкам Хехта, или при его деятельном участии: «Двадцатый век», «Ничего святого», «Дилижанс», «Обезьяньи проделки», «Прощай, оружие»…

Отдельного упоминания заслуживает в творчестве Бена Хекта еврейская тема. В далеком 1931 году он написал роман «Влюбленный еврей», создав карикатурный образ подлюги-редактора Джо Бошира, урожденного Эйбы Нуссбаума. После того, как это произведение разошлось тиражом в 50 тысяч экземпляров, влиятельные в американском обществе еврейские круги обвинили автора в том, что он сознательно льет воду на мельницу антисемитов. Но один подленький собрат – это еще не народ, ибо в любом народе есть и свои негодяи, и свои подлинные герои.

События Холокоста поставили Хекта в ряды активистов сионистского движения. «После массовых убийств евреев, мое еврейство вдруг освободилось из-под спуда и вырвалось наружу. Я не испытывал ни горя, ни сострадания, лишь гнев против немецких убийц». — Так об этом вспоминал Бен позднее. Он выступал с публицистическими статьями в либеральной нью-йоркской газете, направленными острием критики против «американизированных евреев», проявивших преступное равнодушие на фоне увеличивавших свои масштабы нацистских зверств. В 1941 году в колонке под названием «Мое племя зовут Израиль» Хект писал: «Мои строгие критики, все как один пишут, что они — американцы, и тем горды, и что им до «чертиков» надоело мое, и не только мое, стремление “оевреить” их и вообще повысить уровень осознания себя частью рассеянного по миру единого народа». Хект сочинял язвительные газетные объявления, клеймившие Америку и Великобританию за их фактическое безразличие к положению и судьбе европейских собратьев. Такое вот, к примеру: «Продаются 70 000 евреев по 50 долларов штука» (это был намёк на то, что за 3,5 млн. долларов можно было спасти от нацистских концлагерей всех румынских евреев). В 1946 году Хект сочинил пьесу «Флаг поднят» (или «Рождение флага»). Сборы от нее, оказавшись весьма внушительными, пошли в помощь национальной военной организации «Иргун Цваи Леуми», или просто «Иргун». К слову, в благодарность за проявленный еврейский патриотизм, «Иргун» присвоил имя Хекта одному из своих судов. Это транспортное средство с еврейскими беженцами из Европы, направлявшееся к берегам Эрец-Исраэль, постигла судьба других, вошедших в историю кораблей, перехваченных в море английскими мандатными войсками.

Еще одно произведение для театра, которое, в данном контексте, нельзя не назвать — появившаяся еще ранее пьеса «Мы никогда не умрем». В мае 1947 года в «Нью-Йорк пост» и во многих других изданиях была опубликована полная страсти и мужества статья Бена Хекта под названием «Письмо палестинским террористам». «Мои отважные друзья, евреи Америки за вас. Вы — их герои. Всякий раз, когда вы взрываете британский арсенал, британский поезд, разрушаете британскую тюрьму, грабите британский банк, выступаете с оружием в руках против британских предателей, вторгшихся на вашу родину, — это именины сердца для американских евреев, правда, не для всех. К сожалению, среди тех, кто против вашей борьбы, практически, все богатые евреи Америки, все важные и влиятельные евреи, главы чуть не всех еврейских организаций, те, кого американские газеты называют “еврейскими лидерами”. Они – против вас». Заканчивалось эмоциональное публицистическое это выступление словами: «Держитесь, наши отважные друзья! Наши деньги уже на пути к вам». Еще более показательны фрагменты из неопубликованной речи, с которой Бен Хект выступил на одном из еврейских благотворительных собраний. Машинописный (на 21 странице) ее текст бережно хранится в научной и исследовательской библиотеке «Ньюберри» в Чикаго: «На какие только цели ни шли еврейские деньги! Но никогда за всю историю не было цели, подобной этой. В Палестине, на древней земле, где творились чудеса, свершилось чудо из чудес, такое же, как те, о которых рассказывает Святое Писание. Но есть и еще одна причина, почему мы, евреи, должны бороться за Палестину. Если наша попытка обрести отечество потерпит поражение, мир сочтет нас ни на что не годными неудачниками, болтунами, не способными постоять за себя. Наш долг — предотвратить такой исход. И предотвратить его в наших силах. Мы победим, если нам удастся побудить душу каждого еврея к действию. Так говорит командующий «Иргуном».

Мечта — а евреи лелеяли ее уже две тысячи лет — становится явью. В темные века, которым, казалось, не будет конца, в еврейских сердцах жила мечта, мечта об Израиле. Она жила в сердце каждого поэта, каждого раввина, каждого ремесленника, гнущего спину над верстаком. В Испании, после тысячелетних мук, еврей продолжал петь об Иерусалиме, и о своей Святой земле. Иегуда Галеви, еврейский поэт, живший на Пиренеях, писал о родине – той родине, которую вот уже тысячу лет не видел ни один еврей.

Ныне наш воин сражается в Палестине. И он не сдается. Но он взывает к нам. Он нуждается в нас. И если он потерпит поражение, он потерпит его потому, что мы не дали ему в руки винтовку. Он потерпит поражение, потому что не он, а мы спасовали в годину, когда на кону стояла судьба целого народа. Но он не потерпит поражения. Наша цель — претворить в жизнь страстную мечту о свободе, а значит, наше дело крепкое: такое дело никто никогда не проигрывал. Арабов – многие миллионы. Плюс к тому британские финансы, британское офицерство и британское снаряжение. А против них — восемьсот тысяч евреев, осажденных и окруженных этим Голиафом. Давид вновь противостоит Голиафу. И я прошу вас, евреи, помогите купить камень для его пращи».

Антибританские выступления Хекта привели к фактическому бойкоту его фильмов в Стране Туманного Альбиона. В связи с этим, в послевоенные годы его имя редко можно было увидеть в титрах картин, над которыми он работал. Ситуация вынуждала его писать часть своих сценариев анонимно. В книге «Вероломство», увидевшей свет в 1961 году, Бен Хект обвинил Рудольфа Кастнера, деятеля сионистского движения, руководившего в годы Второй Мировой венгерским Комитетом помощи и спасения, в сотрудничестве с нацистами. После войны Кастнер, репатриировавшийся в Израиль, вел на исторической родине политическую деятельность. 3 марта 1957 года он был тяжело ранен группой молодых людей. Один из них, как выяснилось, принадлежал к организации «Лехи» («Борцы за свободу Израиля»). Кастнер скончался через несколько дней в больнице, куда был доставлен в тяжелом состоянии. К сказанному следует добавить: последней книгой Хекта стала «Шейлок, брат мой». Закончить ее он не успел. «Мне жаль, что так много евреев не признают в Шейлоке своего собрата и отворачиваются от него, — писал Хект. — Я не считаю Шейлока отъявленным подлецом, а его образ — поклепом на евреев. Напротив, Шейлок — один из немногих, а может быть, и единственный образ героического еврея в классической литературе».

Хект стал первым «сценарным доктором» — его приглашали отшлифовывать чужие сценарии, не вполне удовлетворявшие режиссеров, либо продюсеров. Кроме того, в 50-е годы прошлого века Бен Хект вел одно из первых в истории американского телевидения ток-шоу. Примечательная деталь: сделав столько для американского кинематографа, Хект, вместе с тем, не одобрял того влияния, которое оказывал этот вид искусства на театр, на формирование в стране культурных стандартов, да и на свое творчество тоже. Вот одно из показательных, в этом смысле, его высказываний: «Кинофильмы – одна из плохих привычек, которые развратили наш век».

Бен был женат дважды. Его первой избранницей в 1915 году стала Мэри Армстронг, и у них родилась дочь Эдвина, но через 10 лет супруги развелись. Вскоре Хект женился на Роуз Кейлор, даме, полностью разделявшей его взгляды и интересы – она была репортером, писателем и драматургом, — и Бен прожил с ней всю дальнейшую жизнь. Их дочь Дженни, появившаяся на свет в 1943 году, когда ее родители уже были немолоды, стала актрисой, но в 1971 в возрасте 27 лет она трагически погибла от передозировки наркотиков. А Бен Хект неожиданно скончался 18 апреля 1964 года в 70-летнем возрасте, в своей квартире на 67-й Вэст-стрит. Поминальную речь на его похоронах произнес, что мало кому известно, специально прилетевший для этого из Израиля, Менахем Бегин, бывший руководитель «Иргуна», а впоследствии – седьмой премьер-министр Израиля, удостоенный (вместе с президентом Египта Анваром Садатом), Нобелевской премии мира.

В 1969 году на экраны вышла кинокомедия «Веселье через край» с Бо Бриджесом в главной роли, основанная на истории жизни Бена Хекта в его ранние годы, по мотивам автобиографии «Дитя века», опубликованной в 1954. Фильм номинировался на премию «Оскар» по трем категориям. И это тоже говорит о многом. А в завершении – еще одно высказывание героя нашего повествования: «Я всегда опасался, как бы не подумали, что я занимаюсь хвастовством».

Добавить комментарий

Заполните поля или щелкните по значку, чтобы оставить свой комментарий:

Логотип WordPress.com

Для комментария используется ваша учётная запись WordPress.com. Выход /  Изменить )

Google photo

Для комментария используется ваша учётная запись Google. Выход /  Изменить )

Фотография Twitter

Для комментария используется ваша учётная запись Twitter. Выход /  Изменить )

Фотография Facebook

Для комментария используется ваша учётная запись Facebook. Выход /  Изменить )

Connecting to %s