ИЗРАИЛЬСКАЯ ПАНОРАМА

Опубликовал(а)

ДЖОНАТАН ПОЛЛАРД СОБИРАЕТСЯ В ИЗРАИЛЬ

Когда стало известно о том, что Джонатана Полларда вызывают в Управление по национальной безопасности США для решения вопроса о его дальнейшем статусе, Израиль затаил дыхание.

Со дня его условно-досрочного освобождения из тюрьмы прошло 5 лет, и срок наложенных на него ограничений по свободе передвижения истек, и с 20 ноября с Джонатана Полларда сняты все ограничения. Он совершенно свободен и может, наконец, вместе с женой Эсти репатриироваться в Израиль.

Трудно сказать, можно ли было назвать этот день историческим, но нет сомнений, что для сотен тысяч, если не миллионов израильтян это, безусловно, была долгожданная и волнующая новость. И тем более легко понять радость тех, кто сделал дело освобождения Джонатана Полларда едва ли не главным делом своей жизни.

— Я включился в борьбу за освобождение Полларда 17 лет назад, когда был еще школьником, — рассказал общественный активист Ади Гинзбург. – До этого я вообще не знал, кто такой Джонатан Поллард, и, наверное, не узнал бы, не попадись мне на глаза небольшая статья об этом. К тому времени борьбу за его освобождение уже вели сотни неравнодушных людей в Израиле, готовилась демонстрация, и мы, старшеклассники, решили на нее пойти.

С этого момента несправедливость, которая творилась по отношению к Полларду, не давала мне жить. Несправедливым было то, что власти США нарушили условия заключенной с ним досудебной сделки и приговорили его к самому суровому наказанию за шпионаж, какое было только возможно, не считая смертной казни. Ни один другой шпион, пойманный за последние десятилетия в США, не приговаривался к такому сроку. Даже если он заслуживал наказания, но не такого – из него явно решили сделать показательный пример и козла отпущения. Несправедливым было и то, что власти Израиля, для которого он столько сделал, почти ничего не делали для его освобождения.

Потом я участвовал во многих акциях за освобождение Полларда – в голодовке возле кнессета, в живой цепочке в кандалах, которая протянулась от кнессета до консульства США, в демонстрациях, приуроченных к приезду видных американских политиков и т.д. Были такие акции и на территории США. Но, как ни странно, большинство из них ни наши, ни американские СМИ упорно не замечали. В 2012 году, когда президент Шимон Перес был приглашен в США для вручения памятной медали, мы организовали сбор подписей под петицией «Поллард раньше медали». В итоге подписи под петицией, призывающей Переса отказаться от медали, если президент Обама откажется подписать помилование Полларду, поставили 200 000 человек. Но, как известно, Перес тогда медаль получил, а Поллард остался сидеть в тюрьме.

Вместе с тем говорить о том, что израильские лидеры совершенно ничего не делали для освобождения Джонатана Полларда из тюрьмы, безусловно, не приходится. В 1995 году тот же Шимон Перес, пусть и под давлением общественности, предоставил Полларду израильское гражданство. В 1996 году Израиль открыто признал Полларда своим агентом, действовавшим от имени государства, и вскоре после этого Полларда посетили в тюрьме министры Юлий Эдельштейн, Лимор Ливнат и др.

В 1998 году премьер-министр Биньямин Нетаниягу вроде бы получил от президента Клинтона обещание освободить Полларда в качестве одного из бонусов за заключение «соглашения Wye Plantation», но по требованию главы ЦРУ Дж. Теннета отказался от своих слов.

Затем был долгий перерыв в этой борьбе, но в 2004 году вновь появилась надежда – на этот раз в связи с односторонним размежеванием, проведенным Ариэлем Шароном. Но нет – в освобождении Полларда как «бонуса» за этот шаг снова было отказано.

Когда же к власти в США пришел Барак Обама, надежды на досрочное освобождение Полларда с учетом отношений между Обамой и Нетаниягу окончательно улетучились. Но тем не менее, именно президент Барак Обама в ноябре 2015 года, под занавес каденции, подписал указ о условно-досрочном освобождении Полларда, но с запретом на 5 лет выезжать за пределы Нью-Йорка, контактировать с прессой, дипломатами, с контролем над его компьютером и целым рядом других ограничений.

По словам информированных источников, решение президента стало результатом огромных многолетних усилий израильских дипломатов, которые предпринимались в тиши кабинетов и тщательно скрывались от СМИ.

Но тогда, в 2015 году, выход Полларда из тюрьмы отнюдь не был воспринят борцами за его освобождение как победа. Они заявили, что не успокоятся, пока израильский разведчик не обретет полную свободу, и они не увидят его на родной земле. Да и сейчас, когда мировые СМИ обошли снимки Полларда, ломающего электронные наручники, они говорят, что их радость пока носит половинчатый характер. Только после того, как Поллард после стольких лет страданий ступит на Землю Израиля, они будут считать свою миссию законченной.

Между тем многие политики, прежде всего, представители правого лагеря поспешили поздравить Джонатана Полларда с победой. О том, что они с нетерпением ждут его в Израиле поспешили заявить Юлий Эдельштейн и Биньямин Нетаниягу. Мэр Петах-Тиквы Рами Гринберг сообщил, что намерен в ближайшие дни назвать в честь Полларда одну из площадей города и будет рад увидеть его на церемонии в честь этого события.

Диссонансом на этом фоне прозвучали слова экс-премьера Эхуда Ольмерта, заявившего, что «лучше бы Полларду не появляться в Израиле».

«Понятно, что Нетаниягу намерен устроить Полларду торжественную встречу. Будь его воля, он давно бы обменял Полларда на 500 террористов-убийц ХАМАСа. Но следует понять, что подобное отношение к Полларду нанесет огромный ущерб интересам самого Израиля. Руководители служб безопасности США не простят нам, если мы продолжим использовать историю Полларда в политических целях. К тому же, он отнюдь не является героем. Поллард работал не за идею, не ради Израиля, а за деньги, которые ему Израиль платил и действительно нанес огромный ущерб интересам США в их противостоянии России», — сказал Ольмерт, выступая на конференции газеты «Маарив».

Надо заметить, что это – далеко не новая позиция. На протяжении всего времени пребывания Полларда в тюрьме против его освобождения активно выступали не только спецслужбы США, но и многие видные американские евреи во главе с сенатором Дж. Либерманом. Среди прочего утверждалось, что Израиль продал полученную от Полларда информацию СССР; что сам Поллард контактировал не только с израильскими, но и с советскими агентами и т.д. Но значительную часть переданных Поллардом материалов составляли как раз данные о новых видах советского оружия и общая информация, касающаяся СССР, и потому эти утверждения выглядят просто смехотворно. Да и та общая сумма, которую выплатил Полларду Израиль, составила $45 000 – совсем немного, если учесть важность поставленной им информации.

В израильских спецслужбах говорят, что в итоге то, как Израиль использовал переданную Поллардом информацию по Сирии, Ираку, Ирану и другим странам, пошло в итоге на пользу не только еврейскому государству, но и самим Соединенным Штатам, хотя последние, понятно, этого никогда не признают.

Как известно, Джонатан и Эстер Полларды сообщили, что их алия задерживается, так как Эстер проходит сейчас курс химиотерапии, и нужно организовать преемственность между сеансами в Америке и Израиле. Биньямин Нетаниягу в ответ на это позвонил Полларду и пообещал, что Израиль предоставит Эстер Поллард лучшее в мире лечение ее болезни, добавив, что на исторической родине перед ними откроются все возможности для самореализации и полноценной, насыщенной жизни.

Так что Израиль, вопреки мнению Эхуда Ольмерта, с нетерпением ждет Джонатана Полларда.

ГОРОДСКОЙ КИБУЦ

Около двух лет назад в новом городе Хариш появился необычный шестиэтажный дом. Точнее, с виду дом совсем обычный, но все его жильцы считают себя единой общиной. Или, говоря привычным для израильтян языком, «городским кибуцем». Речь идет о новой форме коммуны, которая становится все более модной среди израильтян в возрасте от 30 до 40 лет. Сегодня в стране насчитывается 265 таких коммун общей численностью в 15 000 человек, объединенных в 15 различных организаций.

Члены «городского кибуца» покупают вскладчину дом (а иногда и два стоящих рядом дома), беря для этого специальную ссуду в банке. Затем определяется сумма членских взносов, которая включает в себя оплату самых различных нужд новых кибуцников, включая и возвращение ссуды. Сам дом изнутри при необходимости перепланируется так, чтобы у каждой семьи, разумеется, была отдельная квартира, но одновременно оставалось бы и немалое общее пространство – для совместных обедов, собраний, игр, общения и т.д.

И все же необычность дома, о котором идет речь, прежде всего, в том, что 60 из 75 его взрослых обитателей (в доме еще 80 детей) работают в системе образования. Из них 15 преподают в средних школах, 5 работают воспитателями в детских садах, один – директором школы, еще несколько завхозами, а остальные в различных домах культуры или во внешкольных образовательных проектах.

— Жизнь в городском кибуце вообще имеет немало преимуществ, но в нашем случае особенно важно то, что большинство членов нашей коммуны связаны общими интересами, общим видением мира, — рассказывает один из жильцов дома преподаватель школы сети «Дрор» Эяль Садовски (38 лет). – Во-первых, это просто удобно. Например, ты готовишься к уроку на какую-то новую для тебя тему, и всегда можешь посоветоваться с коллегой – спросить, как он подал эту тему, какие приемы применял, какие наглядные материалы использовал и т.д. Во-вторых, многие из нас работают в одной и той же школе; у нас – общие ученики, и потому после работы мы вместе обсуждаем их проблемы и ищем пути решения. Конечно, по этому поводу часто возникают споры, но ведь это нормально!

Еще одно удобство, когда ты живешь в одной общине с коллегой по школе — возможность согласовать с ним расписание, переменить местами те или иные уроки. А ведь не секрет, что споры вокруг расписания – это почти всегда главная причина конфликта между педагогами во всех школах.

Наконец, безусловно, важно то, что мы совместными усилиями воспитываем наших детей, организуем их досуг, помогаем выполнять домашнее задание. И, само собой, занимаемся их внешкольным образованием и расширением кругозора. Когда вокруг такое количество замечательных учителей по разным предметам, для этого открываются гигантские перспективы! Да и такой известной многим проблемы «с кем оставить на вечер детей?» в нашем доме просто не существует. Всегда можно оставить на кого-то из соседей. Причем ты точно знаешь, что детям у них не только не будет скучно, но и, наоборот: по возвращении они тебе наперебой начнут рассказывать, что нового узнали, пока нас не было.

Но самое главное, никто из членов нашей общины не смотрит на педагогику как на карьеру. Нет, для нас – это миссия, призвание, образ жизни. Мы все заинтересованы во внедрении новых педагогических методик, моделей школ и т.д. И вот тут выяснилось, что когда мы выступаем как единая сила, спаянная общей целью, то куда легче становится продвигать такие проекты и находить под них финансирование.

Садовски на минуту замолкает, а затем добавляет:

— Но вы только не подумайте, что мы говорим только о педагогике и больше ни о чем. Нет, мы с удовольствием обсуждаем новые книги, вместе смотрим фильмы, устраиваем вечера отдыха с караоке. Словом, живем полноценной жизнью.

Согласитесь: этим людям можно только позавидовать. Городские кибуцы – это новый социальный эксперимент. И очень интересно, какое его ждет будущее.

ЕВРЕИ БАХРЕЙНА

Небольшая еврейская община Бахрейна возлагает огромные надежды на нормализацию отношений с Израилем, и с нетерпением ждет снятия карантинных ограничений, чтобы в Бахрейне как можно скорее появились израильские туристы, а они сами могли бы посетить Израиль и встретиться с живущими там родственниками.

Корреспондентка «Маарива» Илана Штотленд недавно сделал телефонное интервью с главой еврейской общины Бахрейна Ебрахим-Даудом Нону и депутатом парламента этой страны Ненси Кадури.

Ебрахим-Дауд Нону

По словам Рахама-Даудо, первые евреи в Бахрейне появились только в 19 веке – в основном из Ирана и Ирака. Это был период, когда Бахрейн стал важным центром региональной торговли, и поселившиеся здесь евреи занимались в основном финансами и импортно-экспортными операциями.

Однако детей они посылали учиться за границу, и те по возращении уже становились основой местной интеллигенции – учителями, врачами, журналистами. Были среди евреев и искусные мастера, заложившие основу местной текстильной промышленности. Община постепенно росла, в столице появилось несколько синагог, но следует признать, что большой она никогда не была – даже на пике насчитывала чуть больше 1500 человек.

— История моей семьи – часть этой истории, — рассказал Рахам-Дауд. – Мой прадед прибыл в Бахрейн из Ирака в 1890 году, будучи совсем юным. Причина переезда была проста: после смерти матери его отец женился, и у парня сразу же не заладились отношения с мачехой.

В Бахрейн он сбежал потому, что в то время из него было очень легко попасть в Европу, но тут выяснилось, что и здесь легко можно найти работу – и он остался. Со временем создал небольшую, но крепко стоявшую на ногах торговую фирму, а дед и отец уже продолжали семейный бизнес, прекрасно уживаясь с местными жителями.

Благоприятное отношение арабов Бахрейна к евреям заметно изменилось к худшему в 1948-49 годах, когда Израиль одержал победу в Войне за Независимость. До погромов или какого-либо насилия дело не дошло, но атмосфера была такой, что часть общины уехала в Израиль.

Вторая волна алии из Бахрейна пришлась на 1958 год. С тех пор численность евреев в этой стране начала стремительно сокращаться, и сегодня состоит из 7 семей общей численностью в 60 человек. Почти все живут в столице, но у некоторых есть виллы в пригородах. Богатыми по местным понятиям они не являются, скорее принадлежат к среднему классу, работая в местных банках, компаниях по телекоммуникациям и т.п.

Одна из самых больших проблем нового поколения евреев Бахрейна – это поиски «своего» спутника жизни.

— У нас в доме соблюдались еврейские традиции, но учился я поначалу в мусульманской школе, поэтому хорошо знаком с исламом, — продолжает свой рассказ Нуно. – Затем отец отправил меня на учебу в Англию, где я приобщился к христианской культуре. Словом, я продукт сразу трех культур и религий. У меня своя фирма по предоставлению услуг охраны и обслуживания офисов, так что на жизнь я не жалуюсь. Дети учатся за границей. Я сам две каденции был депутатом Верхней общины парламента, членом комиссии по иностранным делам, внешней и внутренней безопасности, в которую был введен лично Его Величеством.

Сейчас еврейскую общину в парламенте Бахрейна представляет Нэнси Кедури.

Нэнси Кедури.

— Разумеется, день подписания договора о нормализации отношений с Израилем стал одним из счастливейших дней моей жизни, — говорит г-жа Кедури. – Все члены нашей общины мечтают побывать в Израиле, увидеть Иерусалим, встретиться с родственниками, с которыми не виделись годами, а с некоторыми и вообще никогда. В то же время я уверена, что евреям из Израиля у нас понравится. Они обязательно оценят и природное гостеприимство жителей Бахрейна, и их равное радушие к людям любой национальности и вероисповедания.

Будучи депутатом парламента, Нэнси лично знакома с королем этой страны Хамадом ибн Иса аль-Халифой, и характеризует его как необычайно энергичного человека очень современных взглядов, проводящим демократические реформы, коренным образом меняющие политическую, да и не только политическую жизнь Бахрейна.

Когда речь зашла о еврейской жизни в Бахрейне, Рахам-Дауд явно помрачнел.

— В центре Манамы есть большая синагога, но она почти все время пустует; миньян удается собрать только по праздникам, — признался он. – Сейчас мы проводим ремонт синагоги, создаем при ней музей истории нашей общины и еврейского народа в целом. Надеемся, что он привлечет внимание туристов.

Сразу после подписания договора о нормализации ко мне позвонил глава Сохнута Ицхак Герцог, обещал всяческую помощь в возрождении еврейской жизни и работе с молодежью, так что скоро у нас здесь появится эмиссар Еврейского агентства. Хотя сколько у нас там осталось, этой молодежи.

СВАДЬБА В КАРАНТИН

За последнее время мы привыкли к сообщениям о том, что в ультраортодоксальной общине играются многолюдные подпольные свадьбы. Однако на самом деле то же самое происходит и в среде светских израильтян. В период жесткого карантина полулегально, а точнее, совсем нелегально работали десятки банкетных залов, где празднуются свадьбы с сотнями гостей. Нашему корреспонденту удалось поговорить с владельцами двух таких заведений.

— Да, мы работаем, и у нас хватает заказов, — говорит хозяин банкетного зала в районе Нетании Х. — Почему нашим знаменитостям это можно, а мне нет? Я что, рыжий? Разумеется, уже во время первой встречи с потенциальными клиентами я предлагаю им сделку: они могут изначально заплатить 3000 шекелей сверх общей суммы свадьбы, и тогда если в зал нагрянет полиция, штраф в 5000 шекелей буду платить я. Если же их это не устраивает, то тогда штраф будет за их счет.

Само собой, вся оплата осуществляется наличными, «по-черному», поскольку зал официально закрыт, и я получаю субсидию от государства. Кого-то это устраивает, а кого-то нет. Лично себя преступником не чувствую, хотя взял закон в свои руки. В конце концов, я столько потерял из-за этой эпидемии, что субсидия все равно не покрывает понесенные убытки.

За последние полтора месяца мы справили десятки свадеб, на самой крупной из которой было 300 гостей, и слава Богу, все они остались незамеченными полицией.

— А если она все-таки нагрянет?

— Разумеется, 100% гарантии того, что этого не произойдет вам никто не даст. Но мы принимаем все возможные меры предосторожности. Во-первых, у всех гостей на всякий случай хотя бы в кармане должна быть маска. Во-вторых, на подъезде к залу я устанавливаю охрану, которая должна вовремя предупредить о появлении полицейских. В этом случае мы тут же переводим большую часть гостей во второй, «потайной» зал, а в основном остаются те 20 человек, которые разрешены законом, и они старательно разыгрывают из себя «хороших мальчиков и девочек».

Разумеется, мы уменьшаем громкость музыки, чтобы не привлекать к себе излишнего внимания, но должен заметить, что это даже пошло на пользу. Раньше на многих свадьбах диск-жокеи слишком уже поднимали децибелы, что очень многим не нравилось. Особенно, пожилым людям. Наконец, уже на этапе заключения сделки я уведомляю, что никаких фотографий и видеороликов с этой свадьбы не должно появиться в «Фэйсбуке» и других социальных сетях, так как полиция может использовать эти материалы против меня.

Повторю, пока у меня неприятностей с полицией не было, но даже если будут я их не боюсь. В крайнем случае, заплачу штраф. Терять мне по большому счету нечего. Но я считаю, что если кто-то и виноват в сложившейся ситуации, то это наше правительство. Это оно заставило нас работать таким пиратским образом, запретив даже свадьбы с участием до 50 человек.

— И как новобрачные выходят на ваш зал?

— Сначала через «Фэйсбук» и «Телеграмм», а сейчас уже по принципу «друг приводит друга». Слухами, как известно, земля полнится.

Второй банкетный зал, с хозяином которого нам удалось переговорить, находится в районе Сдерота.

— Сразу после объявления карантина ко мне стало поступать множество просьб провести «пиратскую свадьбу», но я какое-то время всем отказывал. Потом узнал, что другие залы работают едва ли не на полную катушку, и тоже решил открыться, — рассказывает Н. – Тем более, что у нас достаточно места, чтобы расставить столы для гостей на свежем воздухе, а это, как известно, сводит риск заражения к «нулю».

При этом мы оставляем множество свободных мест, изменили музыкальный репертуар и просим танцующих не приближаться слишком близко друг к другу. Я подозреваю, что полиции известно о нашем существовании, но она закрывает глаза и на наш, и на многие другие банкетные залы, так как понимает, что все равно не сможет пресечь это явление. Мне известно всего два случая, когда полицейские испортили свадьбу своим появлением, но оба они произошли в районе Иерусалима. Видимо, в каждом округе полиция ведет себя по-разному.

— Заказов хватает?

— До декабря все уже давно расписано. Да и в декабре осталось всего несколько свободных дней. То есть у потенциальных клиентов выбор небольшой: либо соглашаться на предложенную дату, либо искать другой зал.

Среди счастливых пар, сыгравших свадьбу в октябре – Елена и Шай К.

— Мы планировали поставить хупу сразу после Лаг ба-Омера, но ограничение в 50 человек нас никак не устроило, поскольку даже если приглашать самых близких родственников, то у нас набиралось не менее 170 гостей, — рассказывает Шай. Поэтому мы отказались от уже арендованного зала, за что пришлось заплатить немалую неустойку. Начали искать новый зал, и тут грянуло сообщение, что грядет второй локдаун.

Но снова откладывать свадьбу мы не хотели и стали искать пиратские залы. Вроде бы нашли один, но тут оказалось, что его хозяин не готов принять больше 150 гостей. Начали искать снова, и в итоге нам повезло. Правда, стоило все это намного дороже, если бы мы справляли такое же торжество до эпидемии, и к тому же нас предупредили, что в случае появления полицейских штраф – за наш счет.

Но в итоге все прошло замечательно. Только две пары отказались прийти, мотивировав это тем, что они боятся заразиться. Это было нормально, и мы их понимаем. Многие пожилые родственники попросили сделать так, чтобы они могли соблюдать социальную дистанцию с другими гостями, и мы учли эту просьбу. Но и гости учли наше пожелание не размещать фотографий со свадьбы в социальных сетях.

У другой молодой пары, Яны и Бориса, опыт общения с владельцами пиратского банкетного зала оказался куда более печальным.

— Когда мы начали переговоры, нам сказали, что мы вполне сможем провести свадьбу примерно на 200 человек, причем без соблюдения каких-либо указаний Минздрава, — говорит Яна. – Затем речь зашла о цене на каждого гостя, и она показалась нам чрезмерно высокой. Хозяева объяснили, что она включает в себя услуги охраны, которая будет расставлена на всех подъездах к залу, а также диспетчеров, которые при появлении полиции отведут часть гостей в укромное место, а часть разведут на капсулы, чтобы создать видимость, что все законно. Оплата должна была производиться по-черному.

В общем, мы сдуру согласились, но от всего этого разговора остался очень неприятный осадок – было такое ощущение, что мы столкнулись с воротилами преступного мира, и все это очень дурно пахнет. Короче, за ночь мы еще раз все это обсудили, и решили отменить. Но когда днем я сообщила одному из хозяев зала, что мы передумали, он стал кричать, что мы нанесли ему колоссальный ущерб и должны заплатить 7500 шекелей отступных. Я заявила, что платить не буду, и тогда он стал мне угрожать. Если угрозы продолжатся, я пойду в полицию. Недавно я в интернете познакомилась еще с двумя парами, которые нарвались на этот зал торжеств и оказались в похожей ситуации. Так что при необходимости будем действовать сообща.

— Но свадьбу вы отпраздновали?

— Да. Оказалось, что все это вполне можно сделать в доме моих родителей. В том числе, и поставить хупу. После долгих колебаний пригласили только самых близких членов семьи – родителей, бабушек, дедушку, дядей, тетей и двоюродных, да и то не всех. В результате как раз набралось те самые 20 человек, которые и предусмотрены указаниями Минздрава. И знаете, было весело и очень тепло, по-семейному. А еще очень вкусно. Думаю, точно вкуснее, чем в любом банкетном зале – очень уже постарались наши мамы и бабушки. Настоящее кулинарное соревнование устроили.

Добавить комментарий

Заполните поля или щелкните по значку, чтобы оставить свой комментарий:

Логотип WordPress.com

Для комментария используется ваша учётная запись WordPress.com. Выход /  Изменить )

Google photo

Для комментария используется ваша учётная запись Google. Выход /  Изменить )

Фотография Twitter

Для комментария используется ваша учётная запись Twitter. Выход /  Изменить )

Фотография Facebook

Для комментария используется ваша учётная запись Facebook. Выход /  Изменить )

Connecting to %s