КТО УБИЛ РАИСИ

Главным событием второй половины мая на Ближнем Востоке, бесспорно стала авиакатастрофа, в которой погибли президент и глава МИД Ирана. Теперь, после похорон, Иран готовится к выборам нового президента.

Гибель президента Ирана Ибрагима Раиси в результате крушения вертолета в гористой местности недалеко от границы с Азербайджаном, прежде всего, взбудоражила конспирологов. Причем, не только израильских. Называющие себя экспертами, они, судя по всему, имеющие мало представления о происходящем, немедленно попытались приплести Израиль к катастрофе, бросая намеки, как будто они были инсайдерами, посвященными в самые сокровенные израильские государственные секреты.

Но каждый, кто вовлечен в ирано-израильские отношения и региональные стратегические вопросы или изучает их, понимает, что Израиль не был причастен к этому, не говоря уже о гипотезе, что у него якобы были агенты, совершившие диверсию.

Ни израильское правительство, ни представители оборонного ведомства не стали бы рассматривать в настоящее время возможность убийства национального лидера, даже такого враждебного Израилю государства, как Иран. Вертолет, в которм летел Раиси, потерпел крушение в горах на северо-западе Ирана, недалеко от границ с Азербайджаном и Турцией. Раиси возвращался из иранской провинции Восточный Азербайджан, на границе с Азербайджаном, где он с президентом Азербайджана Ильхамом Алиевым участвовал в церемонии ввода в строй плотины на пограничной реке Аракс. Остальные два из трех вертолетов из иранской правительственной колонны благополучно добрались до пункта назначения. Они везли иранских министра энергетики Али Акбара Мехрабиана и министра дорог и городского развития Мехрдада Базарпаша. По официальной версии, которую сообщило информационное агенство IRNA, падение произошло из-за неполадок машины. «Раиси погиб в воскресенье (19 мая 2024 года) в результате крушения вертолета, произошедшего из-за технической неисправности», – говорится в материале.

Азербайджан – стратегический союзник Израиля, хотя это не мешает ему поддерживать добрососедские отношения и с Исламской Республикой. Израиль – крупный поставщик оружия в Азербайджан. Сам Алиев на пресс-конференции еще в 2017 году после встречи с премьер-министром Биньямином Нетаниягу в Баку признал, что его страна купила у Израиля оружия на 5 миллиардов долларов. С тех пор объем торговли между Израилем и Азербайджаном, связанной с обороной, вырос почти вдвое.

По некоторым данным, Азербайджан служит для «Моссада» базой для работы в Иране и сбора информации. По словам предыдущего главы «Моссада» Йоси Коэна, агенты «Моссада» – не обязательно израильтяне – действуют на иранской территории. В ходе одной из миссий был выкраден в Тегеране и переправлен в Израиль через Азербайджан ядерный архив Ирана.

Всем понятно, что если бы Раиси действительно стал жертвой убийства его иностранными мстителями, то главным подозреваемым был бы Израиль, что поставило бы Алиева в неловкое положение и сильно испортило бы отношения Израиля с его союзником на Кавказе.

Кроме того, израильские спецслужбы обычно не имеют привычки предлагать совершить убийство национальных лидеров. Как пишет израильский, мною глубокоуважаемый журналист, специализирующийся по делам разведки и действий израильских спецорганов, Йоси Мельман: «У «Моссада» и других служб безопасности нет четкой доктрины, когда, как и при каких обстоятельствах можно убить врага. К такому выводу пришел подкомитет кабинета безопасности, обсудивший неудачную попытку убийства лидера ХАМАСа Халеда Машаля в Аммане, столице Иордании в 1997 году.

Представители оборонного ведомства также знают, что даже если соблазн велик, желание отомстить трудно преодолимо, разведданные имеются и миссия выполнима, убийство национального лидера часто может вернуться бумерангом. Спецслужбы других стран, в отличие от террористических организаций, планировавших убийство израильских лидеров, таких как премьер-министр Голда Меир, могут принять ответные меры и в свою очередь начать преследовать лидеров Израиля».

Правда, были и исключения. В конце Синайской кампании 1956 года в израильской разведке возникло предложение взорвать грузовик с бомбой возле сцены, на которой должен был выступать президент Египта Гамаль Абдель Насер, который тогда считался опасным врагом Израиля. Однако из этой затеи ничего не вышло.

В 1991 году существовал аналогичный план убийства иракского лидера Саддама Хусейна. Целью была месть в ответ на то, что Саддам пригрозил атаковать Израиль ракетами с химическими боеголовками. Тогда идея заключалась в том, чтобы отправить элитных коммандос из спецназа Генштаба «Сайерет маткаль» на открытие моста через реку Тигр; спецназовцы должны были убить диктатора с помощью ракеты. Но во время подготовки к миссии на базе «Цеэлим» на юге Израиля произошла трагедия: пятеро из них погибли от «дружественного огня» при пуске ракеты, предназначенной для имитации убийства.

В итоге во время войны в Персидском заливе в начале того же года Ирак выпустил 40 обычных ракет «Скад»; три израильтянина погибли от ракетных ударов, а 74 умерли от сердечных приступов. В районе Тель-Авива и Хайфы были повреждены десятки зданий. Одна ракета с бетонной боеголовкой, очевидно, нацеленная на атомную станцию в Димоне, упала на открытой местности неподалеку от города Арад.

Впервые с 1948 года израильский тыл подвергся вражеской атаке. Но, думается, даже если бы учения прошли успешно, далеко не факт, что тогдашние министр обороны Ицхак Рабин и премьер-министр Ицхак Шамир одобрили бы эту опасную затею.

Можно смело утверждать, что смерть Раиси, прозванного «тегеранским мясником» за его роль в казни десятков тысяч политических заключенных и противников режима, не является потерей для человечества. Сомнительно, что кто-то на Западе оплакивает смерть президента, ведущего столь экстремистскую линию в отношении Соединенных Штатов и всего Западного мира, а особенно – Израиля.

Хотя любой эксперт по Ирану из академических кругов, «Моссада» или других израильских спецслужб знает, что полномочия иранского президента касались в основном экономических и внутренних дел страны. Его влияние на внешнюю политику и оборону было ограничено.

Кем был погибший президент Ирана и что изменит его смерть, которую оппозиционно настроенные иранцы отметили фейерверками?

Ибрагим Раиси родился в 1960 году в городе Мешхед в семье священнослужителя. Его называют «сейидом» – человеком, ведущим, согласно шиитским традициям, свой род от пророка Мухаммеда.

В 15 лет он поступил в самую престижную религиозную семинарию страны в провинции Кум. Пять лет спустя, сразу после Исламской революции, начал карьеру в судебной системе.

Там он быстро отличился как жестокий преследователь оппозиции и религиозных меньшинств, особенно бахаистов. В 1981 году он уже был прокурором городов Карадж и Хамадан. Затем всего в 25 лет стал заместителем прокурора в столичном Тегеране.

В 1988 году Раиси был одним из четырех судей, заседавших в так называемых комиссиях смерти. Укреплявшийся режим аятолл массово зачищал политических противников. Комиссии с участием Раиси осудили на смерть тысячи оппозиционеров. Эти казни – одна из самых запретных тем в современной истории Ирана. Официальное расследование по ним никогда не проводилось. Власти до сих пор скрывают и число казненных, и места их массовых захоронений.

По данным Amnesty International, «тысячи политических диссидентов были казнены во внесудебном порядке во всех тюрьмах страны. Многие из тех, кто был убит в этот период, подверглись пыткам».

Раиси, по некоторым источникам, лично наблюдал казни. Убийства были поставлены на поток: заключенных грузили на вилочные погрузчики и вешали на подъемных кранах, группами по шесть человек за раз, с интервалами в полчаса.

Юрист-международник Джеффри Робертсон, расследовавший эту бойню, оценил ее как «второе по величине нарушение прав заключенных со времен окончания Второй мировой войны, уступающее только массовым убийствам в Сребренице, Босния и Герцеговина». По разным оценкам, были казнены от 3 тысяч до 30 тысяч человек.

После «чистки» 1988 года Раиси стал прокурором Тегерана и занимал эту должность до 1994 года. Затем он занимал другие руководящие посты в судебной системе, а в 2014-2016 годах был генеральным прокурором страны.

Ибрагим Раиси был ответствен и за другую «чистку» – смертные приговоры нескольким тысячам участников массовых акций протеста в 2009 году, после президентских выборов, на которых победил Махмуд Ахмадинежад.

Занимая серьезные должности в судебной системе, Раиси помог запустить программу «дипломатия заложников». При нем Иран начал бросать в тюрьмы людей с двойным гражданством и иностранцев, чтобы обменять их позже на боевиков КСИР (Корпус стражей исламской революции), попавших в тюрьмы на Западе. Задержанных пытали и заставляли давать ложные признания в суде.

Четверо из назначенных Раиси судей были особенно известны по подобным процессам. Они приговорили к тюремным срокам по сфабрикованным обвинениям 35 иностранцев, среди них – 17 американцев. Многих потом обменяли на иранских боевиков.

Все эти годы Раиси, разумеется, поддерживал хорошие связи с религиозной и военной верхушкой режима аятолл. Он учился у верховного лидера Ирана аятоллы Али Хаменеи и был близок к ключевым руководителям КСИР.

В марте 2016 года Раиси возглавил один из самых богатых религиозных фондов Ирана – «Астан Кудс Разави». Фонд надзирает за главной шиитской святыней страны – мавзолеем имама Резы в Мешхеде. После этого назначения многие заговорили о том, что Раиси может стать будущим преемником аятоллы Хаменеи.

В 2017 году Раиси принял участие в президентских выборах, но проиграл действующему президенту Хасану Рухани. В 2021 году Раиси выиграл выборы – при самой низкой явке в истории страны. Оппозиция обвинила власти в массовых фальсификациях результатов.

За два с лишним года его правления репрессии в Иране заметно усилились. Власти все активнее «боролись за нравственность», требуя от женщин и девочек носить хиджабы. Осенью 2022 года страну сотрясли масштабные протесты. Они начались после того, как «полиция нравов» до смерти забила 22-летнюю правозащитницу из Курдистана Махсу Амини. Ее арестовали за нахождение на улице без хиджаба и жестоко избили, после чего она впала в кому и умерла.

Протесты, включая жесткие столкновения демонстрантов с силами безопасности, продолжались до конца года. По данным Иранской правозащитной организации, на конец декабря 2022 года, иранские силовики убили не меньше 476 участников протестов, в том числе 64 несовершеннолетних. Среди забитых до смерти подростков были 16-летние старшеклассницы Асра Панахи, Зарина Исмаилзаде, Ника Шакарами.

При этом сам Ибрагим Раиси был женат, имел двоих дочерей и даже пытался во время избирательной кампании 2021 года снискать симпатии женщин-избирательниц, рассказывая о том, как он поддерживает свою жену.

Его супруга Джамиле Аламолхода – дочь аятоллы Ахмада Аламолходы, профессор Тегеранского университета. В предвыборных речах Раиси говорил, что идет ради нее на жертвы и даже обходится без готового ужина, когда работа отвлекает ее от дома.

Ультрарелигиозный богослов и юрист, Раиси ненавидел все «западное», стремился усилить роль религии в жизни государства, требовал максимального отделения мужчин от женщин – и вообще был очень жестоким человеком.

За годы его правления Иран увяз в одном из самых глубоких экономических кризисов в своей истории, ужесточил внутренние репрессии, вплотную подошел к «ядерному порогу» – и впервые напрямую атаковал Израиль ракетами и дронами.

Ибрагим Раиси всегда занимал жесткую позицию в отношении Израиля и Запада. При нем развилась и укрепилась концепция «огненного пояса», Иран пытался окружить Израиль кольцом своих прокси-сил в Ливане, Сирии и других странах. Для этого Тегеран вооружал ливанскую «Хизбаллу» и йеменских хуситов. В ночь на 14 апреля 2024 года Иран пошел на беспрецедентный шаг – впервые за 30 лет атаковал Израиль со своей территории несколькими сотнями дронов и ракет, включая тяжелые баллистические ракеты.

При Раиси Иран обогащал уран почти до оружейного уровня и вооружал Россию в ее войне с Украиной. Однако эксперты сомневаются, что смерть иранского президента резко изменит общий курс.

Местом, где обсуждаются все вопросы, особенно стратегической важности, является кабинет верховного лидера Али Хаменеи, которому помогают его советники и командиры КСИР. Хаменеи уже заявил, что иранская политика не изменится после ухода Раиси. В Иерусалиме также понимают, что режим, который пытается окружить Израиль огненным кольцом на всех фронтах, не изменит свою политику.

О гибели президента Эбрагима Раиси в результате авиакатастрофы в Иране объявили в понедельник 20 мая. Вместе с ним в вертолете находились глава МИД Ирана Хосейн Амир Абдоллахиян, губернатор провинции Восточный Азербайджан Малек Рахмати, пятничный имам города Тебриз Мохаммад Али Але Хашем, начальник президентской охраны и пилоты. Никто не выжил.

Похороны президента Раиси стали своеобразным местом сбора представителей “оси сопротивления”, региональных группировок, в той или иной степени опекаемых Ираном. Главнокомандующий КСИР Хосейн Салами и командующий силами “Кудс” Эсмаил Каани встретились с главой политбюро палестинской террористической организации ХАМАС Исмаилом Ханийей, замгенсека ливанской “Хизбаллы” Наимом Касемом, а также представителями палестинского “Исламского джихада”, “Народного фронта освобождения Палестины”, хуситского движения “Ансар Аллах” и иракских шиитских группировок.

Ханийю также принял верховный лидер Ирана Али Хаменеи, пообещав, что настанет день, когда Палестинское государство будет создано “от реки [Иордан] до моря [Средиземного]”, т.е. за счет израильской территории. С одной стороны, это не более чем слова. Но их нельзя игнорировать в тот момент, когда большая часть международного сообщества активно подталкивает Израиль к признанию Государства Палестина в границах 1967 года. Это позиция, принятая международно признанной палестинской администрацией (ПА) в Рамалле.

Траурные мероприятия растянулись на несколько дней. На прощание с президентом приехали десятки иностранных делегаций. В итоге похороны обернулись своеобразной демонстрацией достижений иранской дипломатии последних лет: нормализация отношений с арабскими соседями, усиление связей с Россией и Китаем, акценты на Кавказ, Центральную Азию, а также консолидация так называемой “оси сопротивления”.

Россия и Китай – два постоянных члена СБ ООН, с которыми Иран резко активизировал контакты в последние годы, были представлены на похоронах спикером Госдумы РФ Вячеславом Володиным и вице-премьером Госсовета КНР Чжан Гоцин. Из европейских стран делегацию направила только Сербия. Приехали в Иран и представители Беларуси. В Тегеране побывали президент Таджикистана, а также премьер-министры Азербайджана и Армении.

Из арабских стран наибольшее внимание привлек визит в Тегеран главы МИД Египта Самеха Шукри. Это первое посещение Ирана египетским министром иностранных дел со времен Исламской революции. В 1980 году две страны разорвали дипломатические контакты. Попытка нормализовать отношения была предпринята в 2013 году при недолгом правлении в Египте президента Мохаммада Мурси, но после его свержения вновь возникла пауза. Наконец, в прошлом году Каир и Тегеран объявили, что будут двигаться по пути к полноценному восстановлению контактов. Это произошло в русле нормализации отношений между Ираном и Саудовской Аравией, за которой последовали другие арабские страны, чьи отношения с Тегераном остаются напряженными.

Для Израиля смерть Раиси ничего принципиально не меняет. Главную роль в противостоянии с еврейским государством играет КСИР при полном одобрении верховного лидера Али Хеменеи. В политической системе Ирана 85-летний Хаменеи, верховный лидер с 1989 года, обладает полномочиями по принятию решений по всем основным направлениям политики, и в течение многих лет многие считали именно Раиси наиболее вероятным претендентом на место Хаменеи, который поддерживал политику Раиси. Да и в целом президент – лишь второе лицо в руководстве Ирана после верховного лидера (рахбара). Президентские функции скорее сводятся к премьерским. Поэтому в целом особых перемен в политике Тегерана в ближайшее время никто не ждет. Но есть нюансы. Кто бы ни занял кресло президента, он, очевидно, сыграет роль при выборах нового верховного лидера в случае смерти действующего руководителя Ирана Али Хаменеи.

Единственный плюс для Израиля и Запада заключается в том, что Раиси был ведущим кандидатом на пост Хаменеи, о плохом состоянии здоровья которого ходили слухи на протяжении многих лет. Еще в 2021 году считалось, что Эбрагима Раиси готовят не столько в президенты, сколько в преемники Хаменеи, который и сам был президентом на момент избрания верховным лидером в 1989 году. Впрочем, Раиси не был единственным претендентом. Среди его конкурентов чаще всего называлось имя 55-летнего Моджтабы Хаменеи – сына верховного лидера, хотя публично Али Хаменеи выступал против династического принципа передачи власти, чтобы не вызывать ассоциаций с шахским Ираном. Он – один из руководителей ополчения «Басидж», входящего в состав КСИР, на которое возложена задача поддержания правопорядка и жестокого подавления оппонентов и общественных протестов. Могут появиться и другие игроки, которые пока в тени.

Хаменеи и его помощники обсуждают, стоит ли позволить сыну стать преемником отца, что превратит Иран в вотчину одной семьи. Это вернет Иран к тому, чем он был до исламской революции 1979 года, – наследственной монархии, где скипетр переходит от отца к сыну. Это заставит общество еще больше возненавидеть режим.

Как будет приниматься решение о кандидатуре верховного лидера Ирана, никто не знает. С точки зрения закона Исламской республики, право избрания и снятия высшего руководителя страны есть у Совета экспертов, состоящего из 88 представителей духовенства. Но очевидно, что выбор будет сделан в более узких кругах. И будущий президент может иметь один из решающих голосов, даже если сам не решит претендовать на то, чтобы возглавить Иран.

Поэтому за начинающейся президентской избирательной кампанией в Иране следить будут очень пристально. Она станет лакмусовой бумажкой для определения настроений Али Хаменеи и поможет понять, какой политики будет придерживаться Тегеран в ближайшее время, какие игроки берут там верх. Сам верховный лидер обещает, что ничего не поменяется.

«Мы не увидим внезапного изменения в политике Ирана, его региональной и глобальной стратегии, – пишет обозреватель израильской газеты «ХаАрец» Цви Барэль. – Иран – страна бюрократических аппаратов, в которой последнее слово остается за верховным лидером Али Хаменеи».

В этом плане Раиси ничем не отличался от своих предшественников – он был лишь «исполнительным директором», проводившим в жизнь решения Хаменеи. Стратегические вопросы – развитие ядерной программы, блок с Россией и Китаем, действия прокси-сил в Ливане Ираке или Йемене – оставались в руках Хаменеи.

«Раиси не имел никакого реального влияния на принятие решений ни по одному из этих вопросов. Никаких изменений в формальном и неформальном процессе принятия решений режима не произойдет, даже если Раиси больше не будет возглавлять его исполнительную власть», – заключает Барэль.

Другое мнение в колонке для Sky News высказал эксперт по Ближнему Востоку Доминик Вогхорн. «Ибрагим Раиси был одним из самых стойких сторонников жесткой линии в Иране, фанатичным и абсолютно верующим в иранскую революцию, – пишет он. – Его смерть знаменует важный момент для страны и региона. Она устранит с Ближнего Востока одного из самых жестких и бескомпромиссных игроков».

«Но там, откуда он пришел, есть еще много других, и верховный лидер, скорее всего, найдет нового сторонника жесткой линии, который заменит Раиси», – заключает эксперт.

Конечно, США не могут стоять в стороне от происходящего, хотя, по моему мнению, не имеют никакого отношения к гибели Раиси. Хотя президент Ирана находился под американскими санкциями, в том числе в связи с казнями политзаключенных в 1988 году в конце ирано-иракской войны.

Следует отметить, что в последнее время США предпочитают прямому противостоянию с Ираном путь нормализации отношений с ним. Они реализуют собственные региональные проекты, в результате которых можно будет чуть подвинуть Тегеран и усмирить его региональные позиции. И здесь очень многое упирается в Израиль.

В этой связи отметим публикацию катарского сайта The Middle East Eye. В ней сообщалось, что буквально за несколько дней до гибели Раиси состоялись секретные непрямые переговоры между представителями США и Ирана в Омане. Предыдущий раунд был в январе. Вашингтон представлял старший советник президента США Джо Байдена по Ближнему Востоку Бретт Макгерк, а Тегеран – высокопоставленный дипломат Али Багери. Сейчас последний стал и.о. министра иностранных дел Ирана вместо погибшего Абдоллахияна.

По словам источника США и Иран были близки к соглашению. О чем конкретно шла речь не уточнялось. Но переговоры сводились к эскалации на Ближнем Востоке после начала войны между Израилем и ХАМАСом 7 октября. Это не новость, так как с самого начала США приложили немало усилий, чтобы предостеречь Иран от прямого вовлечения в конфликт и работали над тем, чтобы они сдерживали свои региональные стремления. Но The Middle East Eye утверждает, что на переговорах американцев и иранцев объединяло общее желание смены правительства в Израиле.

Когда лично я услышал о гибели “кровавого мясника”, я находился далеко за пределами США, а следовательно, далеко от источников информации, которыми обычно пользуюсь. Однако я тут же пришел к двум выводам:

Израиль не имеет никакого отношения к гибели Раиси;

Зато к его гибели могут иметь отношение внутренние силы Ирана.

Правильность моих предположений по 1-му пункту подтверждает многое из изложенного выше.

По 2-му пункту кое-что тоже подтверждается изложенным выше (отмеченное красным цветом). Но как весьма серьeзное доказательство хочу еще привести сообщение турецкого издания Turkiye от 21 мая 2024 г. Оно перечислило “странности” гибели Раиси.

Прежде всего, издание выражает недоумение по поводу того, почему высокопоставленные иранские чиновники летели не на российском вертолете Ми-171, как планировалось, а на вертолете Bell-212 американского производства, выпущенном около 30 лет назад. Вертолеты российского производства в Иране обслуживаются российскими специалистами, вертолеты американского производства в Иране американцы уже давно не обслуживают.

Вторая странность: обычно пилоты “президентского вертолета” были из состава летчиков “Корпуса стражей исламской революции”, на этот раз пилотировали вертолет летчики армии Ирана – первый пилот полковник Сайэд Тахер Мостафави, второй пилот полковник Мохсен Дарьянуш и техник майор Бехруз Гади.

Третья странность: почему не фиксировались сигналы после падения вертолета, который должен был быть оборудован тремя разными системами слежения – стандартными GPRS и транспондерами, а также специальной системой, обеспечивающей 72-часовую бесперебойную связь. Система слежения то ли была отключена, то ли отсутствовала, то ли была неисправна, хотя не исключено, что сила удара и последовавшие взрыв и пожар были таковы, что ни один из элементов слежения после крушения не работал.

Четвертая странность: смена списка пассажиров в “президентском вертолете”. В последний момент в “вертолет №2”, в котором должны были лететь президент Ирана Ибрагим Раиси, министр иностранных дел Ирана Хосейн Амир Абдоллахиян и губернатор провинции Восточный Азербайджан Малек Рахмати, подсадили еще двух человек – пятничного имама города Тебриз Мохаммада Али Але Хашема и начальника президентской охраны генерала “Корпуса стражей исламской революции” Мехди Мусави”.

Было и еще несколько заслуживающих внимания моментов.

Во-первых, это довольно длительный промежуток времени, в течение которого было непонятно, жив иранский президент или нет. Более того, CNN со ссылкой на иранское агентство Fars сообщало, что уже после крушения вертолета власти Ирана выходили на связь с потерпевшими. Причем об этом рассказал не кто-нибудь, а вице-президент Мохсен Мансури, который по конституции республики возглавит страну до проведения выборов, которые в свою очередь должны состояться в течение пятидесяти дней с момента смерти президента.

Во-вторых, как заявил министр транспорта Турции, вертолет, на котором летел Раиси, не подавал никаких сигналов о помощи. По его словам, система передачи аварийного сигнала отсутствовала или была отключена. И раз такое вдруг происходит, то едва ли не с уверенностью можно говорить, что данный казус имеет рукотворный характер. То есть кто-то что-то «подправил», а кто-то – недосмотрел.

В-третьих, смущающим обстоятельством является также то, что иранские власти сразу же исключили версию о насильственном устранении своего президента (уж не затем ли, в частности, чтоб скрыть то, что шло «во-вторых»?). Так, посол Ирана в Москве заявил, что он не в курсе версии о теракте в отношении вертолета Раиси, хотя, учитывая высокий уровень напряженности с Израилем, вариант с ликвидацией должен был быть одним из основных. Ну или хотя в принципе – в числе вариантов.

Но не стал. Из чего можно сделать вывод, что историю решили замять. А это уже, если логически рассуждать, говорит о том, что:

а) есть то, что нужно замять (ту же неисправность системы передачи аварийного сигнала);

б) к случившемуся причастны люди с самого верха иранской пирамиды власти. Соответственно, чтобы выяснить (предположить) – кто, нужно понять, кому это выгодно. А для этого следует четко представлять, кому и в каком направлении мог мешать Раиси.

В пользу версии, что к смерти Раиси приложился сын аятоллы, говорит и слух, согласно которому новым президентом Ирана станет (выборы там, как и в России, – безальтернативные, если судить по предыдущим, на которых и победил Раиси при рекордно низкой явке) нынешний спикер парламента (а в прошлом один из высших командиров КСИР во время ирано-иракской войны и градоначальник Тегерана), не раз доказавший преданность режиму и полностью поддерживающий курс Хаменеи – Мохаммад Бакер Галибаф. С этим слухом связан еще один, что сын аятоллы вступил с ним с стратегический союз: тот становится президентом, а Моджтаба Хаменеи – духовным лидером. И получается, что все довольны: Галибаф удовлетворяет свои политические амбиции (до этого он уже баллотировался на пост президента, но безрезультатно), плюс КСИР (а бывших силовиков не бывает) чуть наращивает свои позиции, а сын аятоллы удерживает такой порядок, когда займет место отца. В этой раскладке Раиси оказывался лишним.

Конечно, как говорится, «Время покажет». Но может и не показать. Возможно, мы достоверно так никогда и не узнаем, кто стоял за гибелью иранского президента Ибрагима Раиси. Впрочем, есть основания полагать, что для сегодняшнего миросостояния это не столь важно. А в истории далеко не все деятели определенного времени оставляли свои следы.