ВСЁ НАЧАЛОСЬ С ГИКСОСОВ

(Продолжение, начало в #732)

735

Калигула нас рассудит

Итак, в 38 году в Александрии египетские эллинофилы громили еврейских эллинофилов. Не надо думать, что погромщики были тупы и невежественны. Достаточно уточнить, что их лидер Исидор, которого Филон Александрийский описывает как «предводителя черни, сутягу, злодея, возмутителя городов» был гимнасиархом – ректором Александрийской гимназии – центра распространения греческой культуры в Египте.

А теоретик погрома Апион – литературовед. Правда, это не мешало ему быть антисемитом. Иосиф Флавий приводит цитату из Апиона. Эта байка, оправдывающая Антиоха IV Эпифана, осквернившего в 167 г. до н.э. Иерусалимский храм:

«Антиох нашел в храме ложе и лежащего на нем человека, перед которым был поставлен небольшой стол, исполненный изысканными яствами, плодами морскими и земными. Царь был поражен этому. А тот стал тотчас славить его приход, как будто он пришел оказать ему величайшую услугу, и, припав к его коленям и протягивая к нему правую руку, стал молить его об освобождении. Царь приказал ему, чтобы тот сел и рассказал ему, кто он такой, почему живет здесь, и откуда все эти яства, и тогда этот человек, обливаясь слезами, поведал ему жалобную историю о своем несчастии. Он сказал, что по происхождению он эллин, и что, когда он бродил по стране в поисках пропитания, его неожиданно схватили какие-то незнакомые люди, привели в храм и там заперли, и что ему ни с кем не позволяют видеться, хотя и откармливают всевозможными яствами. Поначалу эти бесчисленные видимые благодеяния доставляли ему радость, потом стали внушать подозрение и наконец, привели его в полнейшее недоумение. Когда же ему удалось расспросить об этом приходящих к нему слуг, тут-то он и узнал об ужасном еврейском обычае, ради которого его откармливали. Они совершают его каждый год в определенное время. Поймав какого-нибудь греческого бродягу, они в продолжение года кормят этого человека, затем, отведя в какой-то лес, убивают, тело его по своему обряду приносят в жертву и, вкусив от его внутренностей, во время жертвоприношения приносят клятву в том, что всегда будут ненавидеть эллинов. Вслед за тем останки этого человека они бросают в какой-то ров».

Чем не кровавый навет?

Я не знаю – выдумка ли эта Апиона или Антиоха IV Эпифана? Хотя если даже такой разговор и был, то это явно была шутка. Ведь иудаизм запрещает не только людоедство умышленное, но даже неумышленное. Отчасти из-за этого акулы, свиньи, раки, крокодилы являются не кошерными.

Но Апион был не евреем, а специалистом по творчеству Гомера, и мог этого не знать. И таких невежд, как он, в Александрии хватало. Погром произошел не потому, что евреев не любили, а потому что погром был одобрен и благословлён культурными лидерами и властями города.

Итоги погрома не порадовали не только евреев Александрии, но и самих погромщиков. И те и другие решили искать справедливости у императора. Весной 39 г. послы из Александрии добрались до Рима.

Примерно в это же время в Иудее, в городе Яффа со смешанным греко-еврейским населением евреи разрушили алтарь, воздвигнутый греками в честь императора Гая Юлия Цезаря Августа Германика, более известного по детскому прозвищу Калигула. И вот тут-то делегации противоборствующих эллинофильствующих фракций Александрии прибыли к этому самому Гаю Калигуле. Возглавлявший иудейскую миссию Филон оставил подробное описание этого события:

«Еще с порога мы поняли – по взгляду и движениям его, что не к судье пришли, но к обвинителю, который к нам даже враждебнее, чем противники…

Когда нас привели к нему, мы, только взглянув на него, тотчас же как нельзя более скромно и почтительно опустили очи долу и приветствовали, именуя «самодержцем Августом». Ответ его был столь приветлив и человечен, что мы решили: «Погибло все – и наше дело, и наша жизнь!» Глумливо и с издевкой он сказал: «Вы что, богоненавистники? Уже весь мир признал меня богом, а вы не верите и богом не зовете?». И воздевши руки к небу, он произнес такое обращение, которое даже слушать нечестиво, не то, что пересказывать. Какая радость тут охватила послов противной стороны – они решили, что выиграли дело, и принялись размахивать руками, приплясывать и благословлять Гая, называя его именами всех богов.

Увидев, как радуется Гай, когда обращаются к нему как к существу сверхчеловеческой природы, известный кляузник Исидор (гимнасиарх Александрии – прим. ред.) сказал: «Владыка, ты еще больше возненавидишь этих людей и всё их племя, если узнаешь, сколь они враждебны и непочтительны к тебе: все люди приносят благодарственные жертвы богам за то, что они хранят тебя, а эти (я разумею всех евреев) даже помыслить не могут о жертвоприношениях!».

Тут мы вскричали в один голос: «Нас оболгали, господин, мы приносили жертвы и даже гекатомбы, и мы не просто окропляли кровью алтарь, унося мясо домой, чтобы вкусить его, устроив пир, как это обыкновенно делают другие, – нет, мы жертвенных животных целиком предавали священному пламени и не однажды, но трижды: первый раз, когда ты принял верховную власть, второй, когда избавился от тяжкой болезни – той самой, которой вместе с тобою страдал весь мир, а третий, когда мы уповали на победу в Германии». «Допустим, – сказал он, – это правда, вы приносили жертвы, но не мне, хотя бы и ради меня. Так что в этом пользы? Не мне же вы приносили жертвы».

Услышав эти слова вдобавок к первым, мы глубоко содрогнулись, и это внутреннее содроганье вышло наружу дрожью.

А Гай, произнося все это, расхаживал по своим поместьям, осматривая мужские и женские покои, все помещенья в нижних и верхних этажах, словом, все, и распоряжался: тут плохо отделано, тут надо сделать так-то и так-то, и больше роскоши!..

Отдав ряд хозяйственных распоряжений, Гай задал нам самый значительный и важный вопрос: «Вы почему свинину не едите?». В ответ наши противники опять разразились таким хохотом (одни от удовольствия, другие по соображениям лести – мол, тонко сказано и остроумно), что кое-кто из свиты Гая был недоволен, усмотрев в этом непочтительность к Гаю, с которым и скромная улыбка небезопасна, если ты только не входишь в круг ближайших друзей. Мы отвечали: «У всех свои законы, и есть запреты как для нас, так и для наших противников». Кто-то сказал: «Вот не едят же многие того, что всегда готово к употребленью, – ягнятины». Гай засмеялся: «И правильно, ведь это не доставляет удовольствия». Против такого злого пустословия мы были бессильны.

Потом, спустя значительное время, Гай издевательски сказал: «Хотелось бы знать, какие это законные просьбы имеются у вас касательно ваших гражданских дел?». Мы стали говорить и объяснять, но он, только отведав нашей защиты и ощутив, что это не то, чем можно пренебречь, оборвал нас в самом начале, покуда мы не дошли до более весомых и значимых вещей, и устремился в залу, обойдя которую, распорядился вставить в окна прозрачный камень, – мол, он и свету не мешает, и защищает от ветра и жарких солнечных лучей. Потом он неспешно подошел к нам и спросил уже более миролюбиво: «Так что вы говорите?»…

И Бог, вняв нашим жалобам, обратил душу Гая к состраданию, и тот, смягчившись, сказал: «Мне кажется, что эти люди скорее несчастны, чем порочны, и лишь по неразумию своему не верят, что я божественной природы». И с этими словами он удалился, велев уйти и нам».

Известно, что во время встречи с императором Гаем Калигулой литературовед Апион, входивший в состав антиеврейской делегации Александрии, выступил с большой речью против всех иудеев, как таковых. Так антисемитизм пришел в Рим.

От Апиона до Нерона

Филон вернулся в Александрию, а Апион остался жить в Риме, и открыл там свою школу, в которой преподавал риторику и антисемитизм. Среди его учеников был Плиний Старший. Апионом восторгался Луций Анней Сенека, утверждая, что «Вся Греция полнилась его славой». Римский философ-эллинофил Сенека был учителем императора-эллинофила Нерона. Нерон бросал евреев на растерзание львам. При нём евреи Иудеи восстали, и началась Иудейская война.

Апион, пропагандирующий антисемитизм среди римлян, плохо кончил. Он «умер от загноения в страшных мучениях». Подобный конец был и у многих, кто ему внимал и им восторгался.

О смерти любимого в СССР философа-стоика Сенеки известно, что он покончил жизнь самоубийством по приказу Нерона, чтобы избежать смертной казни.

По одной из версий это происходило так:

«Несмотря на возражения мужа, жена Сенеки, Паулина, сама изъявила желание умереть вместе с ним, и потребовала, чтобы её пронзили мечом.

Сенека ответил ей:

– Я указал тебе на утешения, какие может дать жизнь, но ты предпочитаешь умереть. Я не буду противиться. Умрём же вместе с одинаковым мужеством, но ты – с большею славой.

После этих слов оба вскрыли себе вены на руках. У Сенеки, который был уже стар, кровь текла очень медленно. Чтобы ускорить её истечение, он вскрыл себе вены и на ногах. Поскольку смерть всё не наступала, Сенека попросил Стация Аннея, своего друга и врача, дать ему яд. Сенека принял яд, но тот не произвёл действия. Тогда Сенеку погрузили в бассейн с теплой водой, и он обрызгал ею стоявших вблизи рабов со словами, что совершает этой влагою возлияние Юпитеру Освободителю. Потом его переносят в жаркую баню, и там он испустил дух, после чего его тело сжигают без торжественных погребальных обрядов. Так распорядился он сам в завещании, подумав о своем смертном часе еще в те дни, когда владел огромным богатством и был всемогущ».

Нерон Клавдий Цезарь Август Германик был последним кровным родственником Юлия Цезаря на римском престоле. Правление ученика Сенеки Нерона, как считают историки, ознаменовалось усилением в Риме эллинизма. Этим он снискал всеобщую нелюбовь. Никто не хотел иметь с ним дело.

По наиболее распространённой версии, его конец был печальным:

«Нерон вернулся в Рим, во дворец на Палатине. Охраны не было. Он провёл во дворце вечер, затем лёг спать. Проснувшись около полуночи, император отправил приглашение во дворец всем, кто обычно участвовал с ним в оргиях, но никто не откликнулся. Пройдя по комнатам, он увидел, что дворец пуст – оставались только рабы, а Нерон искал солдата или гладиатора, чтобы опытный убийца заколол его мечом. Вскричав: «У меня нет ни друзей, ни врагов!», Нерон бросился к Тибру, но у него не хватило мужества покончить с собой.

Согласно Светонию, вернувшись во дворец, он нашёл там своего вольноотпущенника, который посоветовал императору отправиться на загородную виллу в 4 милях от города. В сопровождении четверых преданных слуг Нерон добрался до виллы и приказал слугам выкопать ему могилу, повторяя раз за разом фразу: «Какой великий артист погибает!» (лат. Qualis artifex pereo). Вскоре прибыл курьер, сообщивший, что сенат объявил Нерона врагом народа и намеревается предать его публичной казни. Нерон приготовился к самоубийству, но воли для этого вновь не хватило, и он стал упрашивать одного из слуг заколоть его кинжалом.

Вскоре император услышал стук копыт. Поняв, что едут его арестовывать, Нерон собрался с силами, произнёс строфу из «Илиады» «Коней, стремительно скачущих, топот мне слух поражает» и при помощи своего секретаря Эпафродита перерезал себе горло. Всадники въехали на виллу и увидели лежащего в крови императора, он был ещё жив. Один из прибывших попытался остановить кровотечение, но Нерон умер. Его последними словами были: «Вот она – верность».

Но в Талмуде, в этом сборнике невероятных историй, есть другая версия, согласно которой Нерон, принял иудаизм, а его потомком был известный сторонник восстания Бар-Кохбы против римского владычества рабби Меир Бааль Ха-Нес (Чудотворец).

Если бы Талмуд составляли сейчас, то возможно, в него вошел бы и трактат о тайно перешедших в иудаизм Гитлере и Бормане, от брака которых ЧУДОМ родился последний Любавичский Ребе.

Александрия апостола Марка

Убивали не только эллинофилов и учеников Апиона. Доставалось и филосемитам. 24 января 41 года в результате заговора римских казнокрадов и их приспешников среди Александрийских эллинистов был убит император Калигула.

Евреи Александрии решили отомстить за Калигулу и заодно ответить погромом на погром. Риму снова грозило остаться без хлеба. Сменивший на престоле Калигулу Клавдий, чтобы утихомирить евреев Александрии, издал эдикт, в котором подтверждалась древность жительства евреев в Александрии и восстанавливались их права, дарованные императором Августом. Несколько месяцев спустя права евреев Александрии были распространены и на всех евреев римской империи.

Летом 41 года александрийские греки отправили к Клавдию новую делегацию с целью поздравить императора с восшествием на престол и вновь поднять еврейский вопрос. Среди 12 делегатов были видные эллинофилы Александрии. Среди них были учёные и ораторы Тиберий Клавдий Балбил и Херемон, ну и конечно гимнасиарх Исидор. Евреи, опасаясь утраты отвоёванных прав, также послали в Рим делегатов.

Исидор вёл себя вызывающе нагло по отношению к императору Клавдию. Впрочем, Клавдий особым уважением никогда и ни у кого не пользовался. Он считался недалеким калекой и известным подкаблучником, к тому же не сдержанным на язык.

В запале полемики Клавдий назвал Исидора «сыном гетеры». Исидор в ответ заявил, что он – гимнасиарх славного города, а сам император – «незаконный сын еврейки Саломеи».

Как пишут историки, за свою дерзость и подстрекательство к беспорядкам Исидор был приговорен к смертной казни.

Опасаясь несдержанного языка императора, дальнейшие переговоры шли в письменном виде.

Поэтому своё решение император сообщил александрийцам в письме. В нём Клавдий осудил насилие с обеих сторон, и подтвердил свои ранее изданные эдикты, дозволив евреям Александрии иметь права постоянных жителей и пользоваться религиозной свободой, предоставленной им Августом. Угрожая лишением прав, император требовал от евреев более не настаивать на расширении своих прав, не досаждать ему посольствами и не звать соплеменников из других частей империи. Документ вернул положение дел к тому, каким оно было до волнений 38 года, после чего последовал продолжительный период мира.

После казни гимнасиарха Исидора и переезда в Рим Апиона египетские эллинофилы-антисемиты остались в Александрии без чуткого руководства.

Вскоре после казни Исидора около 42 года один из четырех евангелистов – апостол Марк – основал Александрийскую православную церковь, в которую влилась часть египетских эллинофилов, уставших от вражды и насилия.

Неизвестно где точно и когда родился евангелист Марк, и в каком году он завершил свой земной путь, претерпев мучения от толпы разъярённых поклонников Сераписа.

Сераписа изображали как греческого бога, но с египетской атрибутикой, сочетавшей в себе иконографию многих культов, символизирующих изобилие и воскрешение. В римский период он стал не только покровителем Александрии, но и божеством врачевателем, способным решать вопросы жизни и смерти. У него можно было не только получить предсказание, но и обратиться с просьбой о повышении по службе. Это привело к тому, что Серапис стал восприниматься не просто как верховное, а как высшее трансцендентное божество, к которому можно обратиться с любой просьбой. Серапису был посвящён храм Серапеум, построенный Птолемеем III в Александрии. Предполагается, что при Птолемее I Сотере была принята попытка создать образ синкретического божества – Сераписа для того, чтобы объединить египетскую и греческую религиозную традицию. По словам Плутарха одним из первых жрецов Сераписа был Манефон. Да, да тот самый Манефон, с которого мы начинали повествование, ненавистник исчезнувших семитов-гиксосов, и перенёсший эту ненависть на евреев, считая, что за неимением гиксосов, теперь за их грехи должны отвечать евреи.

Так за что поклонники Сераписа замучили Марка? За то, что он из евреев? По одной версии это случилось в 63 году, по другой – в 68 году. Никаких исторически обоснованных антиеврейских акций в это время не было.

Возможно, когда поклонники Сераписа наконец узнали о содержании Евангелия от Марка, оно показалось им кощунственным плагиатом.

Почему?

3 сентября 2023 г. некто Иосиф Бен Яков на фейсбуке написал:

«История Сераписа Христа произошла в III веке до н.э., до истории Иисуса Христа, и они отражают друг друга. Последователей Сераписа Христа назывались «епископами Христа» или «христианами».

За ним некая Джессика Ланкастер написала:

«Серапис (греко-египетский бог) и Иисус имеют предполагаемые сходства, такие как бородатые фигуры, целители, спасители и связь с загробным миром/жизнью после смерти, причем Сераписа иногда называют «Христом» или «Добрым Пастырем», что заставляет некоторых предполагать синкретизм или влияние, хотя ученые в основном оспаривают прямое копирование, указывая на общие культурные тропы, более позднее заимствование христианством образов (например, свечей, колоколов) и то, что Серапис был синкретическим божеством, созданным Птолемеем I, в то время как история Иисуса уходит корнями в еврейскую традицию.

Оба они, наверное, не в курсе, что Христос – это перевод на греческий еврейского слова Машиах или Мессия, что обозначает помазанный. Первым таким был Саул, которого Самуил, помазав елеем, сделал первым еврейским царём. Иисус из Евангелия не был ни христом, ни мессией, так как его никто на мазал. Вот если бы он реально, а не в насмешку был царем Иудейским, то его бы помазали, а так: «И привели Его на место Голгофу, что значит: Лобное место. И давали Ему пить вино со смирною; но Он не принял. Распявшие Его делили одежды Его, бросая жребий, кому что взять. Был час третий, и распяли Его. И была надпись вины Его: Царь Иудейский».

Это из Евангелия от Марка.

Ещё Иисуса называют Спаситель, но Птолемей Лаг носил прозвание Сотер, что по-гречески означает Спаситель.

Марк был учеником апостола Петра. В Первом послании Петра он упомянут как «Марк, сын мой».

Марк был первым епископом в Александрии, где положил начало христианскому училищу. Считается, что он посетил внутренние области Африки, Ливии и Рим, где встретился с находящимся в заключении апостолом Павлом. Богословы уверяют, что в Риме апостол Марк написал своё Евангелие для уверовавших язычников. Оно признавалось подлинным, и считалось воспроизведением того, что он слышал от апостола Петра, как своего учителя. По выражению блаженного Иеронима, «при составлении этого Евангелия Пётр рассказывал, Марк писал».

Пишут, что, вернувшись в Александрию, Марк укреплял верующих, противодействуя язычникам, что возбудило их ненависть. Как сообщают богословы, Святой Марк, предвидя свой конец, поспешил оставить после себя преемником епископа Ананию, которому он исцелил больную руку.

Сераписты эллинофилы напали на Марка во время богослужения, избили его, проволокли по улицам города и бросили в темницу. Ночью ему явился Спаситель и воодушевил его. Наутро толпа эллинофилов египетских снова варварски повлекла апостола Марка в суд, но по дороге он скончался со словами, согласно православному канону: «В руце Твои, Господи, предаю дух мой».

Казалось бы, эллинофилы египетские победили, но последнее слово осталось за еврейскими эллинофилами, одним из которых был апостол Марк. Несомненно, еврейские эллинофилы Александрии внесли весомый вклад в создание христианства.

Римляне зачастую не видели разницы между христианами и евреями. Но христиане были опаснее для римских эллинофилов. Тацит писал в Анналах, что после пожара 64 года император Нерон устроил массовые казни в Риме:

«И вот Нерон, чтобы побороть слухи, приискал виноватых и предал изощреннейшим казням тех, кто своими мерзостями навлек на себя всеобщую ненависть, и кого толпа называла христианами. Христа, от имени которого происходит это название, казнил при Тиберии прокуратор Понтий Пилат; подавленное на время это зловредное суеверие стало вновь прорываться наружу, и не только в Иудее, откуда пошла эта пагуба, но и в Риме, куда отовсюду стекается все наиболее гнусное и постыдное и где оно находит приверженцев. Итак, сначала были схвачены те, кто открыто признавал себя принадлежащими к этой секте, а затем по их указаниям и великое множество прочих, изобличённых не столько в злодейском поджоге, сколько в ненависти к роду людскому. Их умерщвление сопровождалось издевательствами, ибо их облачали в шкуры диких зверей, дабы они были растерзаны насмерть собаками, распинали на крестах, или обречённых на смерть в огне поджигали с наступлением темноты ради ночного освещения».

Этих обречённых на смерть в огне богословы назовут Светочами христианства.

В 66 году наместником Египта стал обратившийся в язычество в прошлом еврей называвший себя Тиберий Юлий Александр.

В том же 66 году началась Первая Иудейская война. Александрийские евреи также восстали против Рима. Их восстание было подавлено, и 50 тысяч евреев были убиты, а повстанец Иосиф сдался в плен, и стал рабом тех, кто подавлял еврейское восстание и разрушил Второй Храм. Так появился Иосиф Флавий.

А в Египте последователи апостола Марка стали решительной силой – Александрийским патриархатом православной церкви. Их называют копты, а их христианство, вместе с армянским и эфиопским – наиболее близкое к иудаизму. Сегодня коптов в мире порядка 20 млн., из них до миллиона проживает у нас в США.

(Продолжение следует)