ПОПАЛА В РАКУШКУ ПЕСЧИНКА

Албанию не берут в ЕС из-за коррупции. Но как с нею бороться? Премьер-министр Албании Эди Рама нашел оригинальный выход, назначив министром по государственным закупкам искусственный интеллект Диэлу. Виртуальная Диэла неподкупна, так как не способна брать взятки.

Диэлла (Diella), в переводе с албанского означает «солнце». У нее есть аватар – женщина в традиционном албанском костюме.

Создатели искусственного интеллекта уже размышляют, какие профессии отомрут. Кроме политиков и таксистов, по их мнению, уйдут и журналисты.

Весной этого года в Италии вышла газета Il Foglio, где искусственный интеллект первый раз написал все статьи, заголовки и даже добавил иронические замечания. Главный редактор Il Foglio Клаудио Чераса заметил, что статьи искусственного интеллекта были понятные, и в них не было явных грамматических ошибок.

Также предполагается, что искусственный интеллект заменит актёров, композиторов, художников и поэтов. К чему теперь муки творчества, долгая учеба, когда искусственный интеллект может всё?

Многие поэты и раньше не знали зачем пишут стихи, а теперь вообще растерялись.

Ещё в начале прошлого века в России был спор: зачем поэты пишут стихи? Одни вслед за Александром Блоком считали, что писать стихи нужно для величия России, ссылаясь на Пушкина, Тютчева и Некрасова, другие, чьим лидером был Николай Гумилев, – говорили, что хорошая поэзия сама по себе является непреложной ценностью.

– Да, – соглашались первые, но у них было свое понятие о том, что такое хорошая поэзия. Советские литературоведы бескомпромиссно приняли сторону Блока с его:

Мильоны – вас. Нас – тьмы, и тьмы, и тьмы.

Попробуйте, сразитесь с нами!

Да, скифы – мы! Да, азиаты – мы,

С раскосыми и жадными очами!

Но мне, так уж случилось, был милее Николай Гумилев:

Я знаю женщину: молчанье,
Усталость горькая от слов,
Живет в таинственном мерцанье
Ее расширенных зрачков.

Гумилева и Блока попеременно выбирали королями цеха поэтов. Блок умер, как считается от гриппа, Гумилева расстреляли большевики за недоносительство. Поэтический спор Блока и Гумилева так и остался незавершённым…

Власти любят ту поэзию, которая им понятна. Но поэзия появляется не только по указу властей, которые «к штыку приравняли перо». Поэзия порой появляется как жемчужина. Попала в ракушку песчинка, очень мешала, и ракушка превратила её в жемчужину. Но не всякая жемчужина увидит свет, может так и остаться в морской пучине.

Автор «Каскада» Ирина Лукьянова познакомилась с Татьяной Клиориной, и узнав, что та пишет стихи, предложила ей позвонить мне.

Стихи Татьяны Клиориной меня поразили:

Я звоню старикам

Потому что устала:

от металла

пахучих черемух и мух.

Все кружусь я янтарно,

Поверхностно, рьяно,

я скучаю

по голосу бабушки вслух.

Я могу позвонить

и она мне ответит,

даже просто не верится иногда.

У самой уже дети

поют на рассвете

голосом мамы песню отца:

«Бабушка милая,

Вы не старейте,

поберегите себя».

Я почувствовал в этих стихах то, что должно быть в настоящей поэзии. А настоящая поэзия не всем по силам. Мне захотелось узнать о поэтессе, и я попросил её написать о себе.

– Павел, здравствуйте, – ответила Татьяна Клиорина. – Насочиняла Вам биографию, надеюсь будет достаточно.

Вот что поведала о себе Татьяна:

– Я родилась в Москве в 1971 году, выросла в Чертаново, поступила в Московский педагогический институт имени Ленина на дефектологический факультет, проучилась там три года и потом мы с семьей в 1992 году уехали в Америку в город Спрингфилд, штат Массачусетс, где я поступила учиться на микробиолога в университет штата. После окончания проработала год в лаборатории микробиологии, и поняла, что в лаборатории работать мне неинтересно, и что я хочу заниматься русским языком. Я тогда написала в Мэрилендский университет, и они меня приняли в аспирантуру русского языка и литературы. Там я проучилась два года, потом преподавала русский язык. Какое-то время я работала на неправительственные организации в городе Вашингтоне, пока у меня не родилась дочка, а когда она родилась, то я искала работу и нашла её в ещё одной лаборатории микробиологии и там проработала тоже пару лет и поступила в очередную аспирантуру, на этот раз уже по теме молекулярная биотехнология в университете Джорджа Вашингтона. Окончив её, стала преподавателем, потом ассистентом профессора по биологии в разных колледжах города Вашингтона и его окрестностях. Сейчас я то, что называется «образовательный консультант».

Стихи я пишу с юности. Первое стихотворение было написано, наверное, в классе седьмом, и строчки там были такие: «когда живёшь в стеклянном доме не бросаешься камнями, камни как люди, не знающие оправданий»; вот я помню, что эти стихи очень понравились моей преподавательнице. Если вы меня спросите – кто оказал на меня влияние, так вот чисто человеческий фактор – это в первую очередь бабушки. Моя бабушка по папиной линии Гития Купершмидт – она была кардиологом в Москве, заведующая отделением, и часто брала меня с собой к себе на работу, я видела её отношение к делу – она была человеком очень принципиальным, очень честным и очень хорошим, но близким часто с ней бывало не очень легко – она меня очень любила и понимала как никто другой. Другая моя бабушка, Гольберг Вера Натановна, привила мне любовь к искусству, она нам с сестрёнкой показывала репродукции картин из разных музеев, мы их обсуждали, потом я потихоньку стала рисовать… Вот, ну родители, конечно, моя мама, которая была человеком очень образованным и очень, по-своему, творческим, к сожалению, она рано ушла из жизни. Она научила меня относиться к людям по-человечески, ну и папа очень требовательный, ему не просто угодить. Ну и наверно отдельное место в моей жизни занимает моя сестра Нина, она живёт в Колорадо, мы с ней очень близки. Она, кстати, замечательно рисует, и мы друг друга всегда поддерживаем. Если вы меня спросите о том, что для меня важно в человеческом общении, то я, прежде всего, ценю порядочность, доброту и, пожалуй, совесть. Я очень люблю авторскую песню, люблю проводить время со своими родными, с дочкой, гуляю с собакой, читаю, думаю, общаюсь с друзьями.

Стихи Татьяны Клиориной подобны её акварелям и фотографиям:

Уже ничего не сотрёшь,

а в общем, пожалуй, не надо.

Унять бы коленную дрожь,

замазать лучами бравады.

Замазать картины, в которых,

лажал, но не со зла, а поскольку

не видел сюжет и терялась иголка

и есть приходилось с ножа.

Печёной картошки дымок,

морозные тонкие дни;

ночной разговор ни о чем,

короткий звонок

в коридоре:

– Я ждал тебя, заходи,

расскажешь о яблочном поле

и что, наконец, впереди

в бессонном и гулком просторе.

– Стихи пишутся в основном не просто, – признается Татьяна. – Иногда они рождаются благодаря какому-то сюжету или разговору, или встрече, или какой-то поездке, ну это всегда какая-то внутренняя борьба, и я стараюсь чтобы мои строчки задевали не только меня, но и слушателей.

Ну, здравствуй март,

опять квадрат,

небесной проседи солдат,

поэтов уличных собрат,

Ты не женат и не влюблён

и не настроен на весну.

Где ты уснул?

в каком лесу?

не помнишь…

Вот такая интересная поэтесса живет рядом с нами в Мэриленде, и пока такие, как она есть, никакому искусственному интеллекту не победить поэтов!