ИЗРАИЛЬСКАЯ ПАНОРАМА

СТРАСТИ ПО “БИТУАХ ЛЕУМИ”

Не так давно Институт Национального страхования Израиля “Битуах Леуми” в очередной раз сообщил, что к 2036 году дефицит его бюджета достигнет критического характера, и это ведомство просто не сможет платить те пособия по старости, которое платит сегодня – при том, что каждый гражданин страны ежемесячно отчисляет туда часть своего дохода. А ведь до 2036 года остается совсем чуть-чуть!

Если задуматься, то ничего общего израильский Институт национального страхования со страхованием не имеет. Вам не выдают на руки никакого страхового полиса, у вас нет четко фиксированных условий страховки, как это принято в страховых компаниях и т.д. Если говорить совсем начистоту, то наши выплаты в “Битуах Леуми” это, по сути дела, еще один налог – наряду с подоходным, налогом на здравоохранение, НДС, налогом на покупку и т.д. Само же это ведомство представляет собой не что иное как гигантскую финансовую пирамиду: за счет выплаченных вами взносов выплачиваются различные пособия, а затем, когда вам придет время выходить на пенсию, вы должны будете получать пособия за счет следующего поколения работников.

Но в том-то и дело, что доля пожилого населения в стране постоянно растет, а значит, доля работающего падает, и именно эта ситуация (если забыть, что в стране есть немало репатриантов и членов их семей из разных стран, которые никогда не работали в Израиле, но тоже получают пособия по старости!) и грозит привести к коллапсу 2036 года. Уже сегодня в бюджете “Битуах Леуми” образовался значительный бюджетный дефицит, который покрывается Минфином, то есть из других наших налогов, изначально не предназначенных для этой цели.

Самое любопытное, что на этом фоне прозвучало требование повысить базовое пособие по старости и привязать его к минимальной зарплате. Однако серьезные экономисты говорят, что речь идет о чисто популистском предложении, которое грозит обернуться национальной катастрофой гораздо раньше 2036 года.

Объясняют они этот свой вывод просто.

Сегодня базовая сумма пособия по старости составляет 1795 шекелей в месяц. Сумма эта вроде звучит смехотворно. Но в 2023 году на выплату пособий по старости и социальных надбавок “Битуах Леуми” потратил 45 млрд. шекелей – и это уже поистине большие деньги. Привязка этой суммы к минимальной зарплате потребует увеличить ее вчетверо, что станет просто неподъемным для госбюджета, составляющем сегодня 620 млрд. шекелей.

Как следствие экономисты активно ищут пути, которые позволят предотвратить или хотя отсрочить коллапс-2036. Среди прочего предлагается ввести более дифференцированную выплату пособий по старости или социальной надбавки, которую сегодня получают 17.9% семей, достигших пенсионного возраста. По мнению некоторых, это – слишком высокий показатель. В частности, предлагается урезать или даже вовсе отменить выплату пособий по старости тем, кто получает пенсию в размере средней зарплаты по стране – дескать, им и так должно хватать на жизнь. Но, согласитесь, есть в этом предложении что-то несправедливое – ведь эти люди, в отличие от части получателей пособия, на протяжении всей жизни исправно вносили свои взносы в общенациональную “пирамиду”.

Еще более несправедливым, на взгляд автора этих строк, является предложение повысить пенсионный возраст мужчин с нынешних 67 до 70 лет (женщинам он уже поэтапно повышается до 67). Во-первых, далеко не каждый мужчина, даже с учетом успехов современной медицины, может сохранить работоспособность до 67 лет, не говоря уже о 70. А, во-вторых, получается, что таким образом граждан превращают в рабов, которые должны отрабатывать дополнительные годы за предыдущие поколения, включая тех, кто в Израиле ни дня не работал! И уж точно, никто из них в молодости не рассчитывал, что им придется выйти на пенсию только в 70 лет!

Одновременно звучат и голоса, требующие провести широкую реформу “Битуах Леуми”, слив этот институт с Налоговым управлением – поскольку, как уже было сказано, взносы в него, по сути, являются ничем иным, как видом налога. Это предложение было, кстати, впервые озвучено Биньямином Нетаниягу еще в 1997 году, то есть во время его первой каденции на посту премьера. Однако тогда руководство “Битуах леуми” выступило резко против, и сегодня, думается, реакция будет похожей.

Сторонники реформы Института национального страхования в качестве одного из главных его недостатков называют непрозрачность его деятельности. По их словам, “Битуах Леуми” действует во многом не по закону, а по внутренним инструкциям, в которые посвящены лишь сами его работники да узкая группа юристов. Как следствие, большинство граждан не знает всех тех льгот и выплат, которые реально может ему предоставить это ведомство, а те, кто хочет реализовать свои права вынуждены обращаться к адвокатам, которым в итоге достается та или иная часть выплат, предоставленных “Битуах Леуми”. Речь идет о целой юридической индустрии, живущей, по сути, за счет государства.

Впрочем, то же самое вполне можно сказать и о Налоговом управлении.

* * *

В конце минувшего июля госконтролер сообщил, что 1.3 млрд. шекелей, выплаченных государством бизнесменам в качестве компенсации за убытки, понесенные ими в результате войны, осело в карманах бухгалтеров, адвокатов и советников по налогам.

Объясняется это тем, что для правильного оформления компенсации требуется предоставить массу документов, а кроме того, хотя вроде бы все компьютеризировано, заполнить соответствующую форму в интернете требует не только большой потери времени (по данным OECD, для самостоятельного составления годового финансового отчета владельцу среднего предприятия в Израиле требуется порядка 40 часов, в то время как в странах ЕС – от трех до пяти), но и детального знания тех внутренних инструкций, которые позволяют получить дополнительные льготы.

В результате большинство бизнесменов для оформления просьбы о компенсации предпочло нанять специалиста, выплатив ему за услуги 10-15% полученных от государства денег. Вот и выходит, что государство кормит целую армию аудиторов, откровенно паразитирующих на нашей бюрократии…

МОБИЛИЗОВАННЫЕ СОБАКИ

Среди тех, кто в 2025 году удостоился знака отличия президента за добровольческую деятельность на благо общества, значится и майор ЦАХАЛа Мейтар Села, удостоенная этой награды за создание компании “Клавим бэ цав 8”, название которой можно перевести как “Мобилизованные собаки”. Волонтеры компании вместе со своими четвероногими друзьями прибывают в различные больницы и реабилитационные центры страны, чтобы помочь раненным бойцам и тем, кто страдает от посттравматического синдрома. А началась эта деятельность со служебной собаки Мейтар Села по кличке “Рейнджер”.

– Все началось шесть лет назад, когда в моей жизни появился Рейнджер, – рассказывает Мейтар Села. – До этого во время операции “Цук эйтан” (“Несокрушимый утес”) в секторе Газы я пережила состояние боевого шока, переросшего в посттравматический синдром. Кроме того, я получила сильную травму лодыжки и с тех пор ходила с палочкой. В течение нескольких лет я почти не выходила из дома и ни с кем не общалась. Были и другие симптомы, о которых я не хочу сейчас вспоминать. Но самое главное, я совершенно не отдавала себе отчета, что со мной происходит что-то ненормальное. И вот в 2019 году мне предложили взять Рейнджера в качестве служебной собаки, и он кардинальным образом изменил мою жизнь. Началось все с того, что хотелось мне того или нет, но с ним надо было, как минимум, три раза в день выходить на улицу. А затем мы стали с ним разговаривать. Но главное даже не в этом. На основе своего личного опыта я убедилась, что у собак есть некие сверхспособности, отсутствующие у людей, и они умеют каким-то образом лучше любых экстрасенсов заряжать нас позитивной энергией, внушать волю к жизни и лучше любых психотерапевтов способны залечивать наши душевные травмы.

Словом, если говорить коротко, Рейнджер вернул меня к жизни. На улице, когда мы выходили с ним гулять, он, с одной стороны, обеспечивал мне безопасное личное пространство, что было для меня крайне важно, а с другой, как это ни странно прозвучит, помогал контактировать с людьми. Так постепенно я начала возвращаться к нормальной жизни: в один из дней начала ходить без палочки, затем вернулась к службе в армии и сейчас служу в Департаменте технологии и логистики. Рейнджер и сегодня остается моим самым близким другом. Он понимает меня без слов, очень тонко чувствует все, что со мной происходит.

7 октября 2023 года Мейтар встретила в психотерапевтическом центре, где время от времени все еще должна проходить в течение одного-двух дней регулярные осмотры. Когда она узнала о том, что произошло Отеф-Аза, ей         показалось, что тот шок, который она пережила во время операции “Цук эйтан”, снова к ней вернулся. Но Мейтар сумела взять себя в руки, и стала думать, чем она может помочь жертвам резни. Спустя три дня она с еще двумя страдающими посттравматическим синдромом пришла в больницу “Шиба” в Тель а-Шомере, и они стали просто ходить с собаками по больничному коридору и заглядывать в палаты раненных. И эффект превзошел все ожидания: на четвероногих визитеров очень тепло реагировали и сами раненные, и члены их семей, и медперсонал. На лицах людей, все еще не оправившихся от случившегося, появлялись улыбки, раненные говорили, что после общения с собаками у них резко улучшилось самочувствие, поднялось настроение и т.д. А собакам не нужно было говорить, что делать: было видно, что они прекрасно чувствуют, что переживает тот или иной человек и как его следует утешить: к кому подластиться, кому положить лапы на кровать, а кого и “поцеловать”.

– После таких походов по больнице в течение нескольких дней подряд терапевтический эффект общения с собакой для раненных или переживших состояние боевого шока стал неоспорим, – продолжает рассказывать Мейтар. – И именно после этого я решила создать движение “Клавим бэ-цав 8”, и через социальные сети обратилась ко всем хозяевам собак, которые хотят принять в нем участие. Сейчас наше движение объединяет вокруг себя более 300 собак и их хозяев, которые регулярно посещают 14 больниц страны.

Часть четвероногих посетителей обряжают в цветные костюмчики, напоминающие костюмы героев известных мультфильмов, и, по словам Мейтар, это само по себе настолько забавно, что даже тяжелораненые начинают улыбаться. Обычно в каждую палату одновременно заводят по трое собак, которые иногда просто усаживаются возле кровати раненного и смотрят на него, словно проводят консилиум. Затем одна из них подходит к нему и, к примеру, лижет руку. Другая может встать на ноги и положить на него лапы…

– В это можно верить или не верить, но факты говорят, что общение с собаками ускоряет процесс заживления ран и реабилитации, – говорит Мейтар Села. – Некоторые раненные утверждают, что физически это чувствуют. Один из них, получивший ранение в голову, сказал нам об этом и попросил, чтобы мы подняли Рейнджера до уровня его кровати, чтобы он мог его погладить. И потом врачи сказали, что именно после общения с Рейнджером в его состоянии, наконец, наступило улучшение. Есть у меня и другой еще более яркий пример, в котором, впрочем, нет никакой мистики. Согласно нашей договоренности с больницами, нам с собаками разрешено посещать любые отделения, кроме реанимационного, что, согласитесь, вполне логично. Но вот где-то год назад ко мне подходит мать лежащего в реанимации бойца кинологического подразделения “Окец” и просит, чтобы мы вместе с собаками подошли к ее сыну. Как оказалось, в бою, где он был ранен, была убита его собака, и врачи пришли к выводу, что главная проблема этого парня в том, что он просто не хочет жить. В виде исключения нам разрешили посетить реанимацию, и надо было видеть, что произошло после этого в палате – описать эту сцену словами просто невозможно. Но главное – с этого момента пациент пошел на поправку, и через несколько дней его перевели в обычное отделение.

Разумеется, не все люди относятся к собакам одинаково. Поэтому, прежде чем войти в палату мы всегда спрашиваем на это разрешения у тех, кто там находится. Бывает и так, что сам солдат не против встретиться с животными, но вот его мама или жена их терпеть не могут, и тогда возникает проблема. Я в таких случаях ни на чем не настаиваю, но пытаюсь осторожно выяснить, в чем проблема. Одно дело, когда люди просто не любят собак, и совсем другое – когда они их боятся. Этот страх как раз очень легко помочь преодолеть.

Кстати, предложение удостоить Мейтар Селу знака почета за волонтерскую деятельность направил президенту Ицхаку Герцогу один из пациентов больницы “Шиба”, на себе испытавший чудодейственные возможности “собакотерапии”. А сам Рейнджер носит на ошейнике знак, свидетельствующий, что он носит звание собачьего “генерал-лейтенанта”, и с этим знаком тоже связана своя забавная история. После нескольких месяцев работы в больнице Села решила присвоить своему любимцу звание “генерала”. И вот как-то во время очередного визита в больницу она столкнулась в ее коридоре с бывшим министром обороны Йоавом Галантом, любовь которого к собакам хорошо известна. Галант, как выяснилось, был наслышан о деятельности движения “Клавим бэ-цав 8”, и спросил: “А почему он у тебя только генерал? Такая собака заслуживает звания генерал-лейтенанта!”. “Это невозможно, так как это звание носит начальник генштаба, а он может быть только один!” – ответила Мейтар. Но через какое-то время она подумала: “А почему бы и нет?! В конце концов, пусть Рейнджер будет условно считаться начальником Генштаба всех собак, несущих службу на этой войне! Ведь все они, если задуматься, своего рода рейнджеры”.

Сегодня Мейтар Села продолжает совмещать службу в армии с добровольческой деятельностью, и, по ее словам, с каждым днем лишь все больше утверждается в мысли, что собаки – очень необычные существа, для которых помощь людям является главным смыслом существования и многие способности которых остаются от нас скрытыми. Что отнюдь не означает, что мы не можем их использовать.

ПОЛЕТТ ПИНХАСИ

В возрасте 97 лет скончалась Полетт (Пнина) Пинхаси – единственная женщина за всю историю Израиля, служившая в морском спецназе “Шаетет-13”.

Полетт родилась в январе 1928 года в Польше, и поначалу все в семье звали ее Пниной. Перед Второй мировой войной семья Пинхаси эмигрировала во Францию, и здесь она сменила свое имя на французское Полетт (Полина, Паулина, что было отчасти созвучно с Пниной). После того, как немцы вместе с местными жителями начали “зачищать” Париж от евреев, Полетт с сестрой и братом переправили в тайное убежище, где они и жили до 25 августа 1944 года, когда в город вошли силы Сопротивления, французская дивизия Леклерка и американская 3-я армия. Выбравшись из убежища, дети узнали, что их родители были убиты нацистами.

После этого 16-летняя Полетт-Пнина отправилась в Марсель, где разыскала группу евреев, собиравшихся добраться на корабле до Хайфы. Едва ступив на берег, они все были арестованы как нелегальные иммигранты. Так девушка оказалась сначала в знаменитой женской тюрьме в Атлите, а затем англичане все же решили ее освободить, и Полетт поселилась в кибуце Сдот-Ям.

В 1947 году Полетт вступила в ряды Хаганы, и как жительнице кибуца, расположенного у самого синего моря, а потому умеющую великолепно плавать девушке предложили стать бойцом только-только формирующегося морского подразделения ПАЛМАХа. А в 1948 году один из создателей морского спецназа Израиля Йоселе Дрор предложил ей вступить в новую морскую диверсионную группу, создаваемую для взятия на абордаж английских кораблей, депортирующих на Кипр еврейских беженцев из Европы, а также нанесения ударов с моря по арсеналам арабских стран и находившуюся в подчинении “Моссада”. Большая часть операций, проведенных этой группой аквалангистов, остается засекреченной до сих пор, но известно, что в дни Войны за Независимость она активно действовала у берегов Ливана и Сирии, а также… в Адриатике и на побережье Франции.

Полетт была и так и осталась единственной девушкой среди бойцов-мужчин этого сверхсекретного отряда. Вместе с ними она прошла подготовку по взрывному делу, навигации, рукопашному бою, погружению на большие глубины, подводному плаванию на значительные расстояния.

В том же подразделении она встретила свою любовь – Реувена Пинхаси. Молодая пара переехала в мошав Михморет, также расположенный на берегу моря. В 1950 году подразделение аквалангистов Йоселе Дрора объединилось с подразделением быстроходных катеров Йохая Бен-Нуна, и так родился спецназ “Шаетет-13”, в котором супруги Пинхаси служили еще несколько лет.

Завершив службу, Полетт и Реувен сосредоточились на мирной жизни. Они вырастили четырех сыновей, которые связали жизнь с военно-морскими силами, в том числе и с “Шаетет-13”. И среди внуков также есть бойцы этого легендарного спецназа.

Как известно, бойцов “Шаетет-13” часто называют “аншей адмама” – “людьми молчания”, так как при поступлении на службу они дают подписку о неразглашении, верность которой должны сохранять до конца жизни. По словам детей и внуков, Полетт до конца своих дней соблюдала данные в юности обязательства и никогда не рассказывала подробностей о службе и дерзких операциях, в которых ей довелось участвовать, даже самым близким людям, не говоря уже о журналистах. Поэтому в интернете о ней нет практически никакой информации, за исключением разве что нескольких строк в книге Майка Эльдара “Шаетет-13 – рассказ о морских коммандос Израиля”, в главе “Как женщина-лягушка нанесла удар по мужскому эго аквалангистов”.

В книге утверждается, что мужчинам не нравилось присутствие “неправильного бойца” в рядах спецназа, и многие надеялись, что девушка, успешно пройдя стадию отбора, потерпит провал во время тренировок. Но Полетт вынесла все их тяготы на равных с мужчинами, ни в чем не уступала им и в итоге считалась таким же членом отряда, как и все остальные. Также в интернете отмечается, что другого такого прецедента в рядах ЦАХАЛа больше никогда не было.

“Бабушка чувствовала себя так, что все время находится на передовой. Ей было тяжело смириться, что внуки тоже воюют, но она была горда каждым из нас”, – рассказал на похоронах Полетт Пинхаси ее внук Том.

Полетт Пинхаси умерла в своем доме, окруженная детьми, внуками и правнуками, и пусть нам все еще не дано узнать обо всех ее подвигах, ее имя навсегда вписано золотыми буквами в книгу воинской славы Израиля. Да будет память о ней благословенна.

ПРОКЛЯТОЕ СЛОВО “ИЗМЕНА”

Психологи и социологи говорят о том, что на фоне Войны Железных мечей в Израиле резко увеличилось число супружеских измен, а вокруг них сложилась… настоящая индустрия с оборотом в сотни миллионов шекелей в год.

Разумеется, никаких точных цифр в этой области нет и быть не может. Но в ходе опроса, проведенного недавно по заказу внутреннего медицинского журнала больницы “Ихилов”, 46% его участников признались, что изменяют супругам. Это, безусловно, очень высокая цифра. Причем более, чем тревожная, если учесть, что в ходе аналогичного опроса 2020 года подобное признание сделали лишь чуть больше 30% респондентов.

Еще одним косвенным показателем роста числа измен может служить тот факт, что в 2024 году в Израиле было зарегистрировано 11 542 развода (на 6.5% больше, чем в предыдущем), и почти 50% разведенных в качестве причины расставания назвали именно супружескую измену. А ведь в Израиле сегодня живет десятки тысяч пар, не связанных какими-либо религиозными или другими официальными узами, но при этом сами для себя определяющие свои отношения как “брак”, а поход партнера “на сторону” как измену. И эти пары в статистику не вошли.

Еще одна очень приблизительная цифра, озвучиваемая “на основе оценок специалистов”: порядка 10% родившихся в последние годы израильских младенцев не являются биологическими детьми мужчин, записанных в качестве их отцов.

В связи с этим стоит вспомнить, что в наши дни это выяснить довольно просто: почти во всех странах Европы сегодня в аптеках продают экспресс-тесты на ДНК, позволяющие осуществить такую проверку дома за считанные минуты. Однако в Израиле продажа таких тестов запрещена специальным решением главного раввината. И раввинов можно понять: если они будут вынуждены признать 10% израильских детей “мамзерами”, то это станет самой настоящей национальной катастрофой.

При этом социологи и экономисты говорят, что супружеская измена всегда оставляет “экономический след”, так как неминуемо влечет за собой те или иные траты со стороны любовников. Начать обзор “индустрии измены” следует, вероятно, с гостиниц, циммеров и съемных апартаментов, предлагающих услуги всем желающим за часовую оплату. В последнее время во многих крупных городах и, в первую очередь, в Тель-Авиве появилось множество таких заведений.

– Лично мне скрывать нечего, так как я не занимаюсь ничем противозаконным, – сказал автору этих строк владелец нескольких таких гостиниц в прибрежной и северной части Тель-Авива Эран А. (тем мне менее, не пожелавший, чтобы его фамилия фигурировала в какой-либо газете). – Спрос, как известно, рождает предложение, а спрос на почасовую аренду номеров есть, и постоянно растет! Кстати, сегодня нет никакой проблемы снять номер на несколько часов в любой, самой фешенебельной гостинице Израиля. Те, у кого есть деньги и кого не волнует проблема дискретности, именно так и делают. Но в том-то и дело, что проблема дискретности здесь основная – большинство влюбленных пар не хотят “засвечиваться”. Они ищут место, куда могут добраться и откуда можно уехать неузнанными, и сегодня достаточно задать соответствующий поисковый запрос в интернете – и вам сразу предложат десятки адресов мест, где никто не попросит у вас документы и не поинтересуется, в каких именно отношениях вы состоите.

Система, по которой я лично работаю, заключается в том, что вы оплачиваете номер по интернету, и получаете код, с помощью которого сможете войти в отель и открыть двери номера. По окончании пребывания вы выходите на улицу, и дверь за вами сама захлопывается. Таким образом, внутри отеля вы ни с кем не сталкиваетесь, даже с обслуживающим персоналом, и ваше посещение этого места сохраняется в тайне.

Да и входные двери у меня расположены так, что они не бросаются в глаза и мало кто может догадаться, что это за заведение. Сигнал о том, что гости покинули номер приходит на компьютер, и только после этого горничные приступают к уборке и готовят его для следующих посетителей.

Что касается цен, то понятно, что в разных отелях они разные – все зависит от места расположения, величины и комфортабельности номера. Двухчасовая встреча может обойтись вам в несколько сотен шекелей, а может и в 1200-1500 – если речь идет о номере класса “люкс” с джакузи и всем прочим.

Известный израильский адвокат Одед Гофман, специализирующийся на бракоразводных процессах, говорит, что только арендой “гнездышка для любви” расходы на измену не ограничиваются. По его личному опыту, любовники почти всегда обмениваются подарками, и чем дольше продолжаются их отношения, тем больше они теряют осторожность и тем более дорогими становятся подарки.

“Именно появление в семейном бюджете “черных дыр”, необъяснимой утечки денег и является первым признаком супружеской измены”, – считает Гофман, хотя и признает, что иногда у такой утечки могут быть и иные причины.

Подарки в виде дорогих ювелирных изделий, поездок за границу и т.п. давно уже стали еще одной отраслью “индустрии измены”. Но в тот момент, когда один из супругов начинает подозревать, что именно происходит, в дело включается другая отрасль – юридическая.

Траты на адвокатов, добычу доказательств фактов измены и саму процедуру развода могут достигнуть многих десятков тысяч шекелей. Только первая, носящая консультативный характер встреча с адвокатом сегодня стоит в среднем 2000 шекелей, но может обойтись и значительно дороже. Адвокат обычно рекомендует нанять частного детектива, а то и команду таких детективов. И здесь разброс в ценах на такие услуги достаточно велик, но в среднем детективы просят 12 000 шекелей за 30 часов работы.

– Как правило, для доказательства самого факта измены достаточно 3-4 дней, включая наблюдение в вечерние и ночные часы, – рассказывает детектив Шмулик Маман. – Но этим дело почти никогда не ограничивается, поскольку на бракоразводном процессе бывает крайне важно доказать, что измена нанесла экономический ущерб семье, и тот, кто его совершил, должен за него ответить материально.

Для этого, например, надо заснять мужчину в тот момент, когда он в элитном ювелирном магазине покупает для любовницы дорогую “побрякушку”. Или выяснить, что для того, чтобы высвободить время для любовных свиданий, объект просил сократить ему рабочую ставку и таким образом потерял в зарплате. Вообще, во время наблюдения (оказывается, израильские частные детективы никогда не употребляют слова “слежка”, заменяя его “расследованием” или “наблюдением”) нередко выясняются удивительные вещи. Например, что у объекта есть тайная недвижимость, бизнес или свой секретный счет в банке, позволявший ему скрывать расходы на подобные похождения. И, понятно, что обнаружение таких фактов крайне важно для суда, так как в итоге определит ту сумму, которую получит обманутая сторона.

– Хотя я действительно зарабатываю на разводах, я всегда предупреждаю клиентов, что бракоразводной процесс с делением имущества в суде – это очень дорого, говорит тот же Одед Гофман. – Средняя стоимость такого процесса составляет порядка 150 000 шекелей, но иногда процессы длятся годами, и обходятся людям в миллионы. Я знаю немало семей, которые потеряли на этом огромные деньги, и в итоге пришли к экономическому краху.

Поэтому я всегда говорю обратившимся ко мне людям: для начала попробуйте восстановить отношения и избежать развода, чтобы потом о нем не жалеть. Обратитесь к хорошему семейному психологу – я знаю немало примеров, когда это помогало. К сожалению, обнаружение измены нередко порождает такую жажду мести и агрессию, что люди перестают адекватно мыслить и их перестает интересовать материальная сторона вопроса. Иногда дело доходит до абсурда.

К примеру, в моей практике был случай, когда 70-летняя женщина узнала, что ее муж встретился со своей первой школьной любовью, с которой у него были близкие отношения 50 лет назад. Было ли там что-то или не было, не знаю, но сам факт этой встречи она восприняла как измену и была непреклонна в своем требовании развода.

Адвокат Гофман напоминает, что у измены есть и другая цена: к примеру, если женщина забеременеет от любовника и докажет это в суде, то последнему придется платить немалые алименты. Да и алименты на детей, рожденных в браке, никто не отменял. Что же касается того, что симпатии судей якобы, как правило, находятся на той стороне, которая хранила супружескую верность, и они учтут это при разделе имущества, то так, возможно, и в самом деле было в прошлом, но не в наши дни. После решения БАГАЦа о том, что супружеская измена не может считаться убедительным доводом для расторжения брака и ведения супругами раздельного хозяйства, израильские суды, как правило, вообще игнорируют этот факт.

И тут самое время задаться вопросом о том, что толкает людей к романам на стороне, а заодно и обратиться к еще одной отрасли “индустрии измены” – семейным психологам, услуги которых стоят тоже очень недешево.

* * *

– Резкий всплеск числа супружеских измен во время Войны Железных мечей вполне объясним с чисто обывательской точки зрения, – говорит профессор клинической психологии Йорам Юваль. – В результате того, что столь большое число мужчин было призвано на резервистскую службу, и, соответственно, тысячи женщин надолго остались одни, да еще и в таком сильном эмоциональном напряжении, это было почти ожидаемо. В то же время только войной это, безусловно, не объяснишь; корни проблемы гораздо глубже.

Следует понять, что сама по себе измена – это не проблема, а ее симптом. Уверен, что, большинство браков совершается по любви, и, стоя под хупой, никто не думает изменять своей избраннице или избраннику. Измена почти всегда – это следствие охлаждениях отношений между супругами, превращение их в рутину. Причем далеко не всегда главную роль в этом играет сексуальная неудовлетворенность.

Кстати, социологические исследования показывают, что порядка 40% измен приходится на служебные романы с коллегами. Причем зачастую инициаторами интимной близости в них, вопреки распространенному мнению, часто выступают именно женщины. Современные мужчины как раз очень боятся быть обвиненными в харрасменте. Это тоже относительно новое явление, связанное с тем, что современные женщины зачастую экономически независимы, и у них нет былого страха разрушения семьи по экономическим причинам.

Именно исходя из основной причины развода я убежден, что обращение к семейному психологу является вполне эффективным средством восстановления семьи. Причем чем старше супружеская пара, тем более эффективным.

Остается добавить, что стоимость одного сеанса семейной психотерапии начинается с 450 шекелей, курс обычно включает в себя 10 сеансов, но ими, как правило, не ограничивается. С другой стороны, как вы уже поняли, бракоразводной процесс может обойтись куда дороже…