ГОРОД ДАВИДА

«Прямо на юг от Старого Города в Иерусалиме находится еще более старый город, первоначальный Иерусалим, известный и в свое время, и – сегодня опять – как Город Давида. Камни Города Давида рассказывают историю, которая древнее даже, чем камни Старого Города. Они рассказывают историю, которая началась еще до эры Османов, до Средневековья и Византии, до Римской империи и даже до Древней Греции. В предзакатные годы Османской империи ученые и археологи стали раскапывать накопившиеся отложения грунта и находить обломки предметов, которые были старше двухтысячелетних камней древнеримских развалин. Они продолжили копать еще глубже и нашли колонны и гончарные изделия, печати и монеты, стены и дороги, и таблички с именами и датами, которые ученым удалось соотнести с Бронзовым и Железным веками, – временем, которое Библия связывает с правлением царя Давида и царя Соломона.

И среди всех этих камней археологи нашли остатки Города Давида – материальное, осязаемое доказательство того, что еврейский народ жил на этой земле более трех тысяч восьмисот лет назад».

When the Stones Speak

«История Города Давида, – пишет автор бестселлера The New York Times и Wall Street Journal “Когда камни говорят” Дорон Шпильман (When the Stones Speak: The Remarkable Discovery of the City of David and What Israel’s Enemies Don’t Want You to Know. By Doron Spielman / Center Street, Hachette Book Group, Inc., New York-Nashville), – для меня очень личная. Уже двадцать один год как я удостоен чести работать рядом с Давидом Беери, основателем Национального парка Город Давида, которого в Израиле зовут просто Давидле, т.е. “Маленький Давид”. Среди многих археологических раскопок, на которые Давидле водил нас, было путешествие в прошлое, состоявшееся одним ранним утром 2010 года. Дело в том, что накануне вечером землекоп из вечерней смены сделал открытие, причем из тех, которые меняют все».

Он расчищал отложения, накопившиеся в верхней секции древнего подземного тоннеля для воды, построенного в период Второго Храма, вероятно, по приказу царя Ирода, когда неожиданно верхняя часть стены, высотой в два фута, провалилась, обнажив длинный, темный ход – прямо как в фильмах про Индиану Джонса, замечает Шпильман. Землекоп посветил внутрь, даже прополз туда немножко, но понял, что лучше не рисковать, а сообщить вышестоящим. Так об этом узнал Давидле, который в свою очередь позвонил Дорону, отвечавшему в Фонде Города Давида за связи с прессой, и у них быстро собралась команда для экспедиции в неведомое, включая видеооператора, – всего шесть человек.

Наутро великолепная шестерка была на месте. Один за другим они протиснулись в лаз. Поползли. Прошло десять минут. Тут раввин Иехуда Мали попросил всех остановиться и обратил внимание на ошибку – видеооператор Гил Мезуман двигался последним и мог снимать только зады участников экспедиции. Но не пятиться же обратно? Пришлось Гилу переползать через своих товарищей. Я едва не задохнулся, пишет Дорон, когда он лез через меня. Нахлынули воспоминания о клаустрофобии, пережитой несколько лет назад и тоже в подземном тоннеле. Но сердце наконец успокоилось, и путь был продолжен.

Примерно через сорок минут тоннель резко повернул влево, и вслед за своими товарищами Дорон оказался в комнате побольше размером и с куполообразной крышей. Объяснение этому предложил еще один член группы, Эли Шукрон из Управления древностей Израиля. Он сказал: «Единственная причина тому, что тоннель сворачивает налево, состоит в том, что на той стороне стены есть препятствие, которое его строители стремились обойти. Я думаю, что это фундамент Храмовой Горы…». Исследователи продолжили свой путь и, едва не застряв в узком проходе, очутились в круглой комнате, выбитой в основании горы и заполненной мусором. Шукрон предположил, что это был резервуар для воды. В потолке над их головами было проделано углубление, которое вело вверх. Оттуда, примерно в двадцати футах от них, пробивался лучик солнечного света. Видимо, через это отверстие сверху когда-то спускали ведра, чтобы набрать воды и потом идти в храм, предположил Шукрон. Все возликовали, зашумели, но он вдруг их оборвал: «Тихо!»

Они услышали голоса, доносившиеся сверху. Кто-то громко говорил по-английски, давая, судя по всему, объяснения экскурсантам. Это означало, что всего за одно утро и ползком израильские исследователи преодолели путь от Города Давида к Западной Стене Храмовой Горы. Соответственно, можно было допустить, что тем же путем могли пользоваться и их далекие предки. Но под самой Храмовой Горой мы не были, подчеркивает Дорон. Там наверху, на земле, начиналась уже сфера геополитики.

***

Дорон Шпильман из Мичигана впервые попал в Израиль, когда ему было 18 лет. Это был специальный тур для подростков, который назывался Masada и в котором приняли участие 600 человек. За месяц они объездили всю страну, ходили в горы, нежились в Мертвом море, впитывали в себя историю, религию и красивые пляжи. Потом последовали еще поездки – за четыре года три раза. Первый раз его в течение двух недель сопровождал раввин, во втором случае он жил там целый год, будучи стипендиатом образовательной молодежной программы, а в третий – изучал традиционные еврейские тексты и историю в Pardes Institute of Jewish Studies в Иерусалиме. «Я поступил в юридическую школу University of Southern California, – говорит Дорон, – но просыпался только с мыслями об Израиле, о людях, которых там встречал, друзьях, которых там нашел, и служивших в армии солдатах, с которыми познакомился».

Учеба в университете шла ни шатко, ни валко. И тут решающую роль сыграл Джеффри, старший брат Дорона. Он видел, в каком приподнятом настроении приезжал тот из Эреца и как угнетающе действовала на него жизнь в Америке. «Он позвонил мне 1 ноября 1999 года и откровенно со мной поговорил. Это был разговор, после которого твоя жизнь меняется. “Перестань жить мечтами других, – сказал он. – Если ты хочешь жить в Израиле, уезжай и живи там. Следуй за своей мечтой – и перестань жить так, как мечтают мама и папа».

Переехав в Израиль, Дорон отслужил в армии и стал работать бизнес-консультантом в хайтеке. В стране буйствовала интифада, Дорон делил свое время между офисом и службой, почти на грани войны, в резерве и чувствовал себя как-то не очень. Ему хотелось делать что-либо значимое и для себя, и для единственного в своем роде государства, в котором он сейчас жил. И так получилось, что среди тех, кого он и его невеста Сара пригласили на свадьбу, был гид по старому Иерусалиму, который и познакомил Дорона с Давидле – тогда, в 2002 году, проект возрождения Города Давида только начинался.

***

За тысячи лет жители Иерусалима сдвинулись всего на несколько сот ярдов от Города Давида, первоначального, согласно Библии, местонахождения самого Иерусалима. Они искали более безопасное место, а оно было на вершине горы. Иерусалим был городом, где часто вспыхивали войны, и завоеватели один за другим строили вокруг верхнего города новые стены, чтобы защитить его очередных жителей. Прошли столетия, Город Давида у подножья горы был погребен под землей, и исконная территория древнего Иерусалима – этот малюсенький кусочек земли, всего два процента от размера Центрального Парка в Нью-Йорке, – была забыта, покрыта песками времени и развалинами, которые остались после завоевателей.

***

Историческая статистика Иерусалима насчитывает 52 нападения на него, 44 раза он переходил из рук в руки, а два раза был уничтожен полностью: однажды вавилонянами в 586 году до н.э., а затем – римлянами в 70 году н.э. Но чего многие люди не знают, пишет Дорон Шпильман, это того, что попытки расправиться с Иерусалимом предпринимались не только в седой древности, но и совсем недавно. И первой из них было уничтожение Еврейского квартала, который был захвачен иорданским Арабским легионом в 1948 году. Там были осквернены многочисленные религиозные объекты, включая 58 синагог, а главная синагога Хурва взорвана легионерами. В 1959 году иорданский полковник Абдулла эль-Тель описал происходившее в своих воспоминаниях:

«Я знал, что Еврейский квартал был густонаселен евреями… Я приказал обстрелять его из минометов, разрушая все, что там было… Всего через четыре дня, после того как мы вошли в Иерусалим, Еврейский квартал превратился в могилу всех, кто там находился. Он стал царством смерти и разрушения… На заре 28 мая 1948 года в пятницу Еврейский квартал был окутан черным дымом… Впервые за тысячу лет в Еврейском квартале не осталось ни одного еврея, ни одного целого здания. Возвращение сюда евреев стало невозможным».

Следующая попытка не заставила себя долго ждать. В 1996 году Вакф (организация, подчиненная Иордании и отвечающая за поддержание мусульманских религиозных объектов на Храмовой горе) в нарушение статус-кво перестроила подземелья, именуемые «Конюшни Соломона» (название дано в 12 веке крестоносцами-тамплиерами), в мечеть, самую большую в Израиле, вмещающую ни много ни мало десять тысяч человек. В 1999 году израильская полиция потребовала от Вакфа соорудить в ней запасной выход, но под контролем археологов. Вакф сделал в точности наоборот: без всяких археологов и положенных разрешений он пустил в ход тяжелую технику, за три дня разворотив на горе громадный кратер в 30 футов глубиной и выкинув десятки тысяч тонн древних отложений. Одна треть их попала на городскую свалку мусора и навсегда погибла для изучения, а две трети раскидали в Кедронской долине. Вся эта самодеятельность нанесла вред структурной стабильности Храмовой горы, так что на Южной стене, невредимой в течение двух тысяч лет, появилась выпуклость. На нее обратила внимание Эйлат Мазар, известнейший израильский археолог, объяснившая, что это говорит об угрозе как самой Храмовой горе, так и мечети Аль-Акса. В результате все работы на Храмовой горе были заморожены, а то, что не удалось вывезти, осталось наверху сваленным в кучи, – и колонны всякие, и разные прочие предметы. «Все это я видел собственными глазами», – с печалью признает Дорон Шпильман.

Но вот типично израильский выверт – не было бы счастья, да несчастье помогло. В том же 1999 году студент Университета Бар-Илан Цахи Звира обнаружил в отвалах с Храмовой горы в Кедронской долине осколки древнейших гончарных изделий. Его даже арестовала полиция за воровство археологических ценностей. Эта история широко освещалась в прессе, Цахи выпустили, и археологи перешли к делу, а именно к проекту под названием Просеивание Храмовой горы, привлекшем тысячи добровольцев. Дорон резюмирует: «Были найдены многочисленные археологические сокровища, включая печати и прочие артефакты, и не только со времени Второго храма Ирода, но и раньше – вплоть до царствования Соломона. Хронология находок показала, что археологические отложения Храмовой горы охватывают более трех тысяч лет».

***

«Пусть камни говорят сами за себя» – эта крылатая фраза, подсказавшая Дорону Шпильману название его книги, принадлежит только что упомянутой Эйлат Мазар. Про нее говорили, что у нее в одной руке Библия, а в другой – археологический инструмент. Это верно – Библия была для Эйлат путеводителем в ее разысканиях. В Городе Давида она хотела найти дворец, который, как было сказано в Библии, построил для Давида финикийский царь Хирам. Ее подход, между тем, не признавался частью израильских ученых, которых называли минималистами. Они не считали Библию надежным источником, и, даже когда усилия Эйлат увенчались успехом и на территории, где работала ее команда, стало из-под земли вырастать монументальное строение, которое, по оценкам специалистов, принадлежало 10 веку до н.э., минималисты поспешили принизить значимость этого открытия. Они датировали время его сооружения как гораздо более позднее, отвергали предложенную Мазар датировку глиняной посуды и даже выражали сомнения в историчности таких фигур, как Давид и Соломон, в крайнем случае соглашаясь, что они могли быть всего лишь князьками каких-нибудь горных племен. Любопытно, однако, что в ходе раскопок археологи обнаружили вросшую в стену масличную косточку и решили отправить ее на радиоуглеродный анализ в Оксфорд, что должно было занять несколько недель. И вот в самый разгар полемики между минималистами и библейской школой пришло сообщение из Англии – масличная косточка была датирована 10 веком до н.э., как раз тогда, когда правил царь Давид.

Что происходит, когда израильтяне не могут договориться между собой? Правильно! В спор с выгодной для себя позиции вступают палестинцы. «В дебатах вокруг дворца Давида, – пишет Дорон, – палестинцы увидели возможность вбить еще один гвоздь в гроб, который они именовали “Сионистская ложь”. Хани Нур эль-Дин, палестинский археолог, профессор Университета Аль-Аксы, просто отмахнулся от находок Эйлат Мазар. “Она не приводит никакого археологического контекста для своих находок, кроме кусочков битой посуды. И нечего притягивать сюда Библию. Это не историческая книга”». Короче говоря, мир охотно проглотил эффектную палестинскую утку о сионистском заговоре, в то время как занудные израильтяне настаивали на исторической аутентичности каких-то глиняных черепков и масличных косточек.

Так оно все и продолжалось, пока в дело очередной раз не вступила Библия. Летом 2005 года Эйлат Мазар созвала коллег и показала им найденную днем ранее на том же раскопе глиняную печать. В увеличительном стекле были видны буквицы, но прочитать их ни Дорону, ни другим не удавалось. Это прото-иврит, пояснила Эйлат, сейчас язык другой, но этот относится к библейскому периоду. Я всю ночь корпела, сказала она, пока смогла прочитать написанное. После чего Эйлат открыла всю ту же потрепанную Библию. Там, в Книге пророка Иеремии (37:3), говорилось о том, что царь Седекия послал к пророку ИЕГУХАЛА, СЫНА СЕЛЕМИИ. Именно это имя было на печати, обнаруженной в раскопе Города Давида. Это было неоспоримое археологическое открытие, подтвердившее, что еврейский народ жил в Иерусалиме более трех тысяч лет назад.

***

На новое открытие археологов вывела, как бы неаппетитно это не звучало, неисправная городская канализация. Она была построена еще при Британском Мандате, и когда наконец в ней образовалась трещина, то жидкость потекла на сад, росший на дне раскопа. Муниципалитет послал тракториста расчистить пространство вокруг, чтобы ремонтники могли сориентироваться и устранить проблему. И тут вмешался его величество случай – наблюдавший за раскопками археолог Эли Шукрон обратил внимание на то, как тракторист пытается сковырнуть большущий камень, оказавшийся у него на пути. Подойдя поближе, Эли увидел, что это был вовсе не камень, а ступени из известняка, уходившие вглубь прямо под садом. Вывод был однозначен – здесь надо копать.

Оказалось, что ширина лестницы достигает 180 футов, а количество ступеней – 16, причем они спускаются вниз секциями по четыре. Это все было обнаружено во время работ, продолжавшихся несколько месяцев. Только тогда археологи пришли к выводу, что найденное сооружение есть не что иное, как Силоамская купель, известная со времен Первого храма. Но почему такие большие размеры, почему такая сложная конструкция ступеней? Подобная конструкция, но куда в меньших размерах имелась в микве, ритуальном бассейне для омовения, у Ворот Хульды в Иерусалиме. У новооткрытого памятника предназначение, по мнению видного израильского археолога, профессора Ронни Райха, было куда более важным.

Древнееврейские источники, рассказывал группе археологов, в том числе и Дорону, профессор Райх, упоминали целые толпы людей, евреев и неевреев, стекавшихся в Храм, в особенности во время праздников, таких как Песах. Назывались цифры в десятки тысяч, даже миллионы паломников. Согласно еврейскому закону, все евреи, независимо от пола, должны были пройти очищение в микве перед вступлением в пределы Храма.

Но как могли такие массы людей совершить это необходимое омовение за ограниченное время? Тут Ронни Райх показал своим слушателям на сад внизу, лишь частично приоткрывавший ведущие вниз ступени. Когда раскопки будут полностью закончены, заверил Райх, то мы увидим широченный бассейн, достаточно вместительный, чтобы ежечасно принимать тысячи паломников. Но его ожидал еще один вопрос: ведь даже единичное соприкосновение того, кто прошел омовение, с тем, кто остался нечистым, требовало повторного захода в бассейн – и это при том, что Город Давида был переполнен. Возможно ли было вообще соблюсти здесь чистоту? Тогда Ронни и Эли приподняли мешки с песком на самом верху лестницы, и все увидели мощеную дорогу, которую где-то через двадцать футов перекрывала настоящая гора из грунта, накопившегося за тысячи лет. Вот если мы прокопаем ее дальше, то откроем Путь паломников – из Силоамской купели прямо к Храму. План был замечательным. Но дорога проходила под современным районом, в котором жили как евреи, так и арабы. И на то, чтобы подкоп не повредил их дома, требовалось инженерное участие. Где же взять денег на все на это?

***

«Что ж, придется попортить свою одежонку», – сказал Юджин (Евгений) Швидлер. Миллиардер из России с американским гражданством, Швидлер приехал в Израиль в феврале 2005 года смотреть, как идут дела с объектами, которые он на благотворительной основе финансировал в Городе Давида. Естественно, принимающая сторона горела желанием показать ему свои последние открытия – Силоамскую купель и Путь паломников. Гость был в полном восторге. А потом его посвятили в детали предстоящих работ, и Дорон сделал важную оговорку. Стопроцентной уверенности в том, что их Путь паломников продолжится до самого Храма, у них не было. А вдруг они начнут копать и упрутся в скалу… И тут его прервал Эли Шукрон: «Ну-ка пойдем, и я кое-что вам покажу». Они увидели, что еще один отрезок дороги был очищен, но… прикрыт мешками с песком. Эли оттащил их в сторону. Между двумя плитами была дыра, он посветил туда фонарем, и там был туннель. «Я думаю, что во времена Храма здесь был водоотводный канал. Если он проходит под Путем паломников, то возможно, что мы сумеем пройти под ним, как, например, по канализации под дорогой. Если же мы увидим над головой плитку, то это докажет, что дорога идет и дальше. Значит, можно копать». – «А когда это будет известно?» – спросил Швидлер. «Попробуем в конце недели, – ответил Эли. – Мне надо будет найти рабочих, одеться, как положено. В одиночку я бы не стал туда соваться». Тут вмешался Давидле: «Ну а что, если мы согласимся испортить свою одежду, – не без лукавства поинтересовался он. – И прямо сегодня все и сделать?» – Эли замялся: «Нам все равно понадобятся наколенники и налобные фонари». Тогда Давидле похлопал Швидлера по плечу. «Юджин, то, что ты испытаешь сегодня, ты не забудешь никогда». И Швидлер ответил теми словами, которые уже были приведены выше.

И вот дословное описание того, как Дорон, мужчина достаточно крупный, пробирался по древней водосточной трубе.

«Сначала я попытался проверить, смогу ли я достаточно низко нагнуться, чтобы протиснуться в отверстие и при этом не макнуть голову в мерзкую жижу. Не вышло. Еще раз всунул голову и увидел где-то впереди свет фонаря Юджина. Похоже было, что дальше туннель расширяется и продвигаться будет легче.

Я согнул спину, как только мог, и попытался протолкнуться вперед. Мое лицо было над самой водой, а ноги остались где-то сзади. Мне удалось протащить вперед спину, но дальше крыша туннеля стала давить на поясницу, и я просто не в силах был пошевелиться. Я вытянул руки, чтобы за что-нибудь ухватиться, но ничего не получалось. Только пара дюймов отделяла мое лицо от воды. Я вгляделся туда, где был Юджин, но свет его фонаря уже почти не был виден, только белая точка в кромешной тьме.

Меня охватил страх. Даже в этом промозглом подземелье я чувствовал, как у меня на лбу выступает холодный пот. Я застрял.

Я попытался позвать Юджина, но не мог набрать дыхания, чтобы крикнуть. Я был один. Все, кто был со мной, пропали.

Нет, сказал я себе, я не собираюсь умереть. Я чувствовал, как моя грудь вздымается и опускается в воде. Я дышал. У меня был воздух. В конце концов они же повернут назад и вытащат меня наружу. Постепенно мое сердце стало биться медленнее, и я смог думать ясно. Что если я попробую выкрутить свою спину, как штопор в бутылке, и выиграть немного места для движения? Помогая себе руками, я попробовал сделать это. И проскользнул вперед.

Когда все оказались вместе, крыша туннеля уже была значительно выше. Наверху она переходила в лестницу. Они были уже далеко за горой грунта, которая перегораживала найденный археологами плитняк. Так они доказали, что над ними был Путь паломников и что он вел к Храмовой горе.

Дорон проводил Юджина Швидлера до ожидавшей его машины. Перед тем как сесть в нее, он сказал Дорону: «Что бы ни понадобилось для продолжения этих раскопок, я с вами».

***

Археология в Израиле – это не только увлекательные поиски старины, как может представиться со стороны. Это еще и поле боя, на котором евреям приходится защищать уже не настоящее, но и прошлое своего народа, и врагов здесь у них более чем достаточно. И история с открытием Города Давида здесь очень показательна.

Против раскопок в Городе Давида, рассказывает Дорон Шпильман, была оркестрована массовая кампания с участием дипломатов и политиков в Европе и Соединенных Штатах. Почти каждый доклад, статья, выступление были обязаны с редким исключением следовать следующим инструкциям:

– территория Города Давида должна была называться или Силуан, или Вади Хильве, но почти никогда Город Давида:

– никаких упоминаний об археологии древнего Иерусалима или открытиях, там сделанных;

– никаких упоминаний об исторических связях между еврейским народом и этой территорией;

– использовать сочетание «Город Давида» только в исключительных случаях и называть его уловкой археологов, чтобы оправдать экспроприацию земли у палестинцев для «иудаизации» данной территории при содействии правительства;

– никаких упоминаний о миллионных сделках в сфере продажи и покупки жилья между евреями и арабами;

– никаких упоминаний о том, что законность этих сделок была десятки раз подтверждена в суде;

– никаких упоминаний об угрозах убийством, которые арабы получали от Палестинской Автономии или от «Хамаса» за продажу земли немусульманам;

– никаких упоминаний об улучшенных дорогах, обновленной инфраструктуре и возросшей безопасности на этой территории в результате роста Города Давида.

И как же следование этим и подобным шаблонам отражалось в политической риторике западных СМИ и выспренних речах официальных представителей? Да так, что историческая правда и вытекающая оттуда важность Города Давида для национального самосознания всего населения Израиля вообще не принимались во внимание. На первый план выталкивались якобы незаконный захват земли за пределами Старого Города и попрание прав неповинных палестинцев.

Между тем в течение всего 2014 года Город Давида испытывал самый настоящий туристский бум. Вокруг стало куда чище и безопаснее, и цены на жилье возросли. Многие арабы, рассказывает Дорон, стали продавать свои дома «Эладу» (организация, финансирующая археологические раскопки в Городе Давида) и перемещаться в другие районы Иерусалима, где цены были ниже, и там строить себе новое жилье. И нам это тоже было выгодно – как владельцы недвижимости мы были вправе сдавать ее во временную аренду до принятия решения о дальнейшем расширении площади раскопок.

30 сентября 2014 года Дорон сидел вместе с юристами в центре для посетителей и прорабатывал документы о купле-продаже жилья в Городе Давида. Тут раздался звонок. На телефоне высветилось имя Рона Дермера, тогдашнего посла Израиля в США. В это время в американской столице находился с визитом премьер-министр Биньямин Нетаниягу, который должен был встречаться с президентом Бараком Обамой. У Дорона сразу появилось нехорошее предчувствие, и он был прав. «Слушай, Дорон, – спросил Дермер, – вы, что, прихватили какие-то дома в Городе Давида?» – «Привет, Рон. Как раз вчера вечером несколько семей выехали, и мы вселились вместо них». – «Тогда я задам тебе вопрос, чтобы быть полностью уверенным. Все ли было сделано законно?» – «Рон, я сейчас сижу с нашими юристами, и мы выверили каждую строчку. Все правильно на сто процентов. Даю тебе слово». Дальше последовал сюрприз. «Так вот, – сказал Дермер. – Не всем здесь нравится, что вы там делаете. Хочу предупредить тебя, что завтра Белый Дом собирается выпустить заявление с осуждением вас за покупку этой земли». – «Но почему Белый Дом заинтересовался тем, что мы купили несколько домов в Городе Давида?» – «Кто-то связался со старшими советниками президента и убедил их, будто вы выдворили кучу палестинцев из их домов в Силуане и тем самым провоцируете возмущение на всей территории, а в результате возникнет кризис».

Я объяснил Рону, что арабские семьи выехали из своих домов безо всякого скандала, и, хотя какие-то типы в округе были недовольны, но в Силуане все тихо. «Послушай, – ответил Дормер, – я говорил с американцами, и премьер-министр говорил с ними. Я думаю, что мы можем убедить их отказаться от обвинения, будто кого-то изгнали из собственного дома. Но они все равно что-то предпримут». – «А нам-то здесь что делать?» – «Я позвонил вам заранее, чтобы вы об этом знали, как знали и то, что премьер-министр и я будем защищать вас и сделаем это публично».

Заявление Джоша Эрнеста, пресс-секретаря Белого Дома:

«Соединенные Штаты осуждают недавнюю оккупацию жилых зданий в палестинском районе Силуан в Восточном Иерусалиме – вблизи Старого Города – лицами, связанными с организацией, деятельность которой самим своим названием провоцирует напряженность между израильтянами и палестинцами. Эти провокационные действия способствуют эскалации напряженности, когда она и так велика».

Из интервью Биньямина Нетаниягу телеканалу CBS:

«Арабы в Иерусалиме имеют полное право покупать жилье в западной части города, и никто не будет против этого спорить. Я не собираюсь говорить евреям, что они не могут покупать жилье в Восточном Иерусалиме. Это частная собственность, и это право каждого. Здесь не должно быть дискриминации – ни против евреев, ни против арабов».

Дорон Шпильман добавляет здесь, что, когда в любом уголке мира двое людей договорились о купле-продаже жилья, Белый Дом и не думает против этого возражать. Есть единственное исключение – это когда еврей покупает дом у араба, и то только здесь – в Иерусалиме. Законная сделка, говорит он, была осуществлена по желанию мужественных арабских семей, которые пренебрегли угрозами тех организаций, которые запрещают арабам продавать недвижимость евреям. И вместо того, чтобы осудить эти террористические организации за нарушающие закон угрозы в адрес невинных арабов, Белый Дом осуждает нас за то, что мы покупаем у них дома.

Дорон заключает: не подлежит сомнению, что высшие государственные лица и общественные деятели получают искаженную информацию о Городе Давида от радикальных организаций и их зарубежных филиалов. И обязательно необходимо, чтобы мы разоблачали этот массовый обман. И обязательно необходимо, чтобы мы рассказывали правдивую историю Города Давида, как места высшей исторической ценности для еврейского народа и миллиардов неевреев, для которых Иерусалим является святым городом.