РОДОМ ИЗ ВИТЕБСКА

«Вы не из Витебска?» – вопрос этот знаменитый художник Марк Шагал задавал каждому, приезжавшему к нему в гости из бывшего Советского Союза. Настолько дорог был мастеру кисти город, даривший ему вдохновение, даже и после десятилетий разлуки с ним. А вот героиня нашего повествования – певица и музыкальный педагог Дженни Турель точно родилась в том самом Витебске, 125 лет назад – в июне 1900 года.

Настоящее имя этой талантливой исполнительницы – Эйжения (Евгения) Давидович (в ряде источников указывается другая фамилия – Давидсон). Ее отец – Соломон, успешный торговец, был родом из Полоцка, а мать – Песя, урожденная Шулькина была коренной витебчанкой. Дженни стала в семье первенцем – затем родились ее сестры и брат – Дора, Рахиль и Мозес.

С детских лет Дженни проявила музыкальные способности, и обучилась игре на фортепиано и на флейте. А потом в России, и в частности, в еврейской среде, произошел исторический раскол – одни, в надежде на перемены к лучшему, пошли в революцию, а другие, не веря в такой поворот, отправились в эмиграцию. В числе тех, кто покинул родину, оказалась и семья Дженни. Жившая богато, ни в чем не испытывая нужды, она потеряла почти всё, что имела. Они оказались в Данциге, оттуда перебрались в Берлин. Далее у скитальцев был еще и швейцарский транзит, после чего еврейские странники, наконец, обосновались в Париже.

Во французской столице Дженни продолжила музыкальное образование, начав постигать искусство вокала. Одним из ее наставников стал Рейнальдо Ан (Хан) – композитор, пианист, дирижер, руководитель оркестра. Мать музыканта происходила из Венесуэлы, а отец был немецким евреем из Гамбурга. А еще с Дженни работала певица и преподаватель Анна Эль-Тур. За этим псевдонимом скрывалась Анна Исаакович, родившаяся в Одессе в семье караимов. Она также покинула Россию после Октябрьской революции. Утверждается, что свой псевдоним (Турель) Дженни придумала, попросту, переставив слова в сценическом имени учительницы: Эль-Тур. Правда, позднее Дженни это отрицала, хотя в такое совпадение (если считать это совпадением) поверить трудно.

Дебют Турель как певицы состоялся 27 января 1929 года на сцене парижской Русской оперы. Дженни исполнила маленькую партию – половецкой девушки в опере Александра Бородина «Князь Игорь». Дирижировал оркестром в этом спектакле Эмиль Купер (Купершток) – выходец из одесской еврейской музыкальной семьи, дирижировавший в «Русских сезонах» (театральной антрепризе С. Дягелева). Стоит отметить: под управлением Купера состоялось знаменитое представление оперы Модеста Мусоргского «Борис Годунов» с Федором Шаляпиным в главной роли. Эмиль Купер порекомендовал Дженни Турель попробовать свои силы на оперных сценах Соединенных Штатов, вызвавшись посодействовать в этом. Прислушиваясь к совету Купера, чей авторитет был непререкаем, Дженни отправилась в начале 1930-х годов за океан. Турель пела в Чикагской опере, но, выступая не в главных партиях – они исполнялись там звездами тогдашнего оперного искусства, и установленная ими «планка» была для молодых певцов и певиц недосягаемо высока.

В 1933 году Турель вернулась в Париж и была принята в труппу «Опера-комик» – в театр, который, как известно, создавался для постановок музыкальных спектаклей на французском языке – в противовес доминировавшей по всей Европе итальянской опере. На этой сцене в те годы Дженни выступала с партиями Кармен в опере Жоржа Бизе, Керубино – в «Свадьбе Фигаро» Вольфганга Амадея Моцарта, Адальжизы – в опере «Норма» Винченцо Беллини и других представлениях, имевших большой успех.

Мечта – покорить сердца слушателей в Америке, однако же, не покидала певицу, и в 1937 году она снова совершила поездку в США, и вновь – без желаемого результата: ее выступления, а проходили они на сцене «Метрополитен-опера», носили эпизодический характер. Любопытная деталь: певицу представляли там, как «канадское меццо-сопрано». Это была попытка таким вот образом придать исполнительнице, не известной еще американской публике, больше значимости.

Находясь в 1940 году в Париже, Турель, со своим давним спутником, талантливым художником Якобом Михельсоном, спешно покинула город, и саму Францию в самый канун вторжения нацистских полчищ. Вместе с другими беженцами они через Испанию добрались до Португалии. В Лиссабоне в ту пору свирепствовала эпидемия тифа, и Турель заболела. Ее приютил женский монастырь, где о ней заботились – до тех пор, пока она не поправилась. Преодолев множество трудностей, Турель и Михельсон получили въездные визы на Кубу, откуда они отправились в Канаду и, наконец, добрались до Нью-Йорка. Так состоялось третье «пришествие» Дженни. На этот раз, будучи принята в труппу «Метрополитен-опера», она выступала в этом театре на протяжении четырех сезонов. Дженни Турель стала первой певицей, которая, обладая голосом «меццо-сопрано», спела партию Розины в «Севильском цирюльнике» (обычно в этой партии звучало сопрано).

13 ноября 1943 года в Нью-Йорке состоялся первый сольный концерт Дженни. Критики писали тогда, что виртуозность, с которой она исполняет любое из произведений, включенных ею в свой репертуар, делает госпожу Турель достойной продолжательницей традиции, заложенной мастерами прошлого. В 1946 Турель было предоставлено американское гражданство. Надо сказать, что в Америке у Дженни поначалу не было менеджера, пока она не познакомилась с музыкальным агентом Фридой Роге, очарованной голосом певицы. Роге организовала для Дженни прослушивание у Артуро Тосканини, после чего Турель получила приглашение петь в филармонии Нью-Йорка. Ей также предоставлена была возможность выступить в сопровождении нескольких известных симфонических оркестров, и тогда звезда певицы засветила в полную силу.

Основные успехи Дженни были связаны не с оперными, а с камерными выступлениями. Ее сольные концерты стали уникальными событиями, которых с нетерпением ждал все более широкий круг поклонников. Турель была среди первых исполнителей, которые стали регулярно включать в концертные программы произведения Рахманинова, Чайковского, Шопена, Берлиоза и Россини.

Наиболее значительной страницей в творческой биографии Турель стало ее содружество с Леонардом (Арье-Лейбом) Бернстайном, американским композитором, пианистом, дирижером и популяризатором академической музыки. Дженни пополнила свой репертуар несколькими вокальными циклами Бернстайна, а потом, и это стало важнейшим событием в жизни Турель, она исполнила его симфонию «Иеремия» в Иерусалиме – в ознаменование исторической победы Израиля в Шестидневной войне. Памятное выступление, в котором участвовал и Леонард Бернстайн (он и Дженни вместе прилетели по этому случаю из Соединенных Штатов в Израиль) прошло на горе Скопус 9 июля 1967 года. Премьера упомянутого произведения состоялась в Питтсбурге 2 января 1944. Симфония посвящена библейской истории пророка Иеремии. В ней использованы тексты из «Плача Иеремии» – книги, входящей в состав ТАНАХа и Ветхого Завета. За это произведение Бернстайн в 1944 году был удостоен премии Ассоциации музыкальных критиков Нью-Йорка. Исполнение симфонии в столице Израиля стало демонстрацией причастности композитора, вокалистки и музыкантов-исполнителей к судьбе еврейского народа, воссоздавшего свое государство на земле предков. Позднее Турель исполняла симфонию «Иеремия» во многих странах мира.

Сохранилась трогательная переписка Дженни Турель с Леонардом Бернстайном. Вот – несколько выдержек из её посланий ему:

«Мои мысли всегда с Вами, и знайте, что нет никого, подобного Вам»

«Я нахожусь сейчас вдали от Европы, и чувствую, как мне не хватает Вас. Как хочется поговорить с Вами, послушать и приять мудрые Ваши советы»

«Где бы я не находилась, продолжаю следить за Вашими новыми успехами и восторгаюсь Вами. Рада тому, что нас связывают дружба и совместное творчество. И пусть оно длится еще долго-долго».

Турель стала также первой участницей американского исполнения канаты Сергея Прокофьева «Александр Невский». Произошло это 7 марта 1943 года. Участвовала Дженни и в премьере оперы Игоря Стравинского «Похождения повесы». Событие состоялось в Венеции 11 сентября 1951 года. В 1951-52 годах Дженни, кроме всего прочего, прияла участие в музыкальных фестивалях «El Festival Casals», проводившихся во Франции – в Перпиньяне и в Праде, и получивших свое название по имени одного из организаторов – Пабло Казальса, широко известного виолончелиста, дирижёра, композитора и музыкально-общественного деятеля.

Многие певцы и певицы со временем начинают совмещать выступления с преподаванием вокала, а на определенном этапе педагогическая деятельность, в большинстве случаев, становится для них основной. Что же касается Дженни Турель, то она, впервые занялась преподавательской деятельностью в 1957 году, в Джульярдской школе. Это – одно из крупнейших в Соединенных Штатах высших учебных заведений в области музыкального искусства. Расположена эта школа в Нью-Йорке, в Линкольн-Центре. Ее традицией является устойчивый интерес преподавателей и студентов к современной музыке и совместное их участие в исполнении тех или иных произведений. Среди учениц Турель выделяются американская певица Фейт Ишем, ставшая в 1980 году одной из победительниц Наумбурговского конкурса молодых вокалистов, а также – оперная и джазовая певица Барбара Хендрикс, снимавшаяся, кроме всего прочего, в кино и приглашавшаяся в 1999 году в жюри международного Каннского кинофестиваля. Вспоминала о своей наставнице Барбара так: «Для меня ее уроки были очень важны. Я нуждалась именно в том, что госпожа Турель могла мне передать, – как большой мастер своего дела». В 1963 году Дженни начала серию публичных мастер-классов в Карнеги-холле, которые привлекали как любителей, так и профессионалов. А еще Дженни преподавала в Аспенской музыкальной школе в Колорадо. Добавим: наряду с этим, Турель проводила ежегодные мастер-классы в Академии музыки Сэмюэля Рубина в Иерусалиме. Первый из них был организован в 1949 году, и Дженни тогда стала одним из первых артистов международного уровня, поехавших в появившееся на карте мира Государство Израиль. Турель познакомила израильских учеников музыки с новыми стандартами исполнения, принятыми в Европе и в США. Если уж говорить о еврейской тематике в творчестве Турель, то следует добавить замечательно исполнявшийся ею, и не раз, «Кадиш» Мориса Равеля, где ее интонации были сравнимы с лучшими образцами синагогального пения. К слову, творчество женщин-канторов хорошо известно. Но это уже – особая тема.

19 апреля 1970 года Турель с блеском выступила в одном из залов Линкольн-Центра, с Джеймсом Левиным, который более 40 лет считался в США одним из ведущих дирижеров. Голос Дженни сохранил свой блеск, даже когда ей было уже за семьдесят. Она дала некоторые из своих, наиболее запомнившихся концертов, в том возрасте, когда многие другие исполнители давно сошли со сцены. Последним ее оперным выступлением стала роль Доньи Марты в мировой премьере оперы «Черная вдова» Томаса Пасатьери, на сцене Оперы Сиэтла в 1972 году.

Из жизни Дженни Турель ушла вследствие онкологического заболевания 23 ноября 1973 года в Нью-Йорке, в 73-летнем возрасте. Леонард Бернстайн произнес надгробную речь на ее похоронах, сказав, в частности, так: «Когда Дженни открыла рот, можно было услышать голос, идущий от самого Бога». А в некрологе, помещенном в издании «The New York Times», было сказано: «Ее исполнительское искусство граничит с колдовством. И что поразительно, мастерство ее с годами на радость слушателям, только росло. Она никогда не рассматривала пение, как средство к существованию. Это был выход для ее эмоций. Но она подчеркивала при этом, что эмоций и таланта недостаточно – певцы и певицы должны на высоком уровне владеть техникой исполнения, и создавать свои, оригинальные интерпретации темы, заданной композитором».

Дженни жила строго по режиму, вставала рано, и к 10 утра, – как она рассказывала, – готова была исполнять арию. Певица освоила оперные арии и романсы на семи языках, и трудно было понять, какими из них она владеет, а на каких просто поет. «Постижение и передача смысла слов, положенных на музыку и стиль их произношения, – говорила Турель – это часть сложного умственного процесса. Пение и исполнение – глубокая психологическая работа». Но она никогда не позволяла публике замечать усилия, которые вкладывались ею в каждую из своих интерпретаций – пела всегда с легкостью и простотой, и при этом ее выступления отличал глубокий драматизм.

А еще отмечалось, что Турель заслужила высокую оценку критиков, исполнив оперную роль – Графини в телевизионной постановке «Пиковой дамы» П. И. Чайковского. Один из обозревателей в данной связи в издании «The Times» отмечал: «В лице госпожи Дженни Турель «телевизионная опера» обрела бесценную актрису, которой по силам всё».

Что же касается личной жизни Дженни, то она у певицы не сложилась. Эта дама выходила замуж трижды, но все ее попытки обрести семейное счастье заканчивались разводами. Увы, успешно совмещать творчество с домашними заботами удается далеко не всем – так было, есть, и, наверно, так будет всегда. Тут уж ничего не поделаешь.

В Академии музыки С. Рубина была учреждена ее именная стипендия – для поддержки и поощрения молодых дарований. В память о Дженни выпустили грампластинку «A Tribute to Jennie Tourel» с записями 23 произведений в ее исполнении – на французском, итальянском, испанском, португальском, русском и польском языках. Со временем появились компакт-диски, куда пластиночные записи певицы были переведены. Голос Турель удивительно передавал переливы мрачных и светлых тонов, и через них – смену настроений – от печали до радости. По оценкам музыковедов, Дженни владела способностью превращать каждое произведение в мини-спектакль, максимально приближенный к замыслу, положенному в его основу автором, то бишь композитором. Сделанные Турель записи «Песен и плясок смерти» Мусоргского, обработок Дебюсси, адаптированных для певческого исполнения стихотворений Верлена, «Шехеразады» Равеля, а также творений Шуберта и Шумана стали коллекционными редкостями.

Музыканты уходят в мир иной, но мы помним их имена, и голоса из прошлого, чаруя, продолжают звучать для нас, ибо музыка, благодаря божественному таланту композиторов, аккомпаниаторов и вокалистов, вечна.