«БЕЙС ЯААКОВ» И ЕГО «МАМА» САРА

Год назад в прессе сообщалось о том, что на Новом еврейском кладбище в Кракове вандалы разрушили могилу Сары Шенирер, основательницы движения «Бейс Яаков» и родоначальницы ортодоксального еврейского образования для девушек в Польше. Ныне со дня смерти этой замечательной женщины исполнилось 90 лет.

Говорят, что первая ласточка не делает весны. Это так, но без нее, весна не наступает. А еще принято считать: один в поле не воин. И тем более, если это не один, а одна – представительница слабого, как его называют, пола. Однако это не про евреев.

О биографии героини нашего повествования сохранились лишь краткие сведения. Известно, что она, родившаяся в 1883 году, в семье Бецалеля Ха-Коэна из Тарнова и его супруги Шейны-Фейги, была скромной краковской портнихой, разведенной с мужем. В ее время традиционная система еврейского образования включала в себя обучение мальчиков. Девочки же, как правило, не получали религиозной подготовки, не считая домашней. Приводило это к ощутимому несоответствию в образовательном уровне мужчин и женщин. К тому же, под влиянием светской культуры наблюдался отход от еврейской традиции, прежде всего, как раз таки у девочек. Над ортодоксальным Краковом нависла угроза женского вероотступничества. Получая образование в польских школах, еврейские девушки перенимали воззрения и поведение своих одноклассниц‑неевреек. Юные еврейки убегали из дома, и меняли веру. В 1900 году разразился, привлекший к себе широкое внимание, так называемый, «Аратенский скандал» – 13-летняя Михалина Аратен, старшая дочь Цвии и Израиля Аратена, из известной в Галиции хасидской семьи, пропала из дому. Девочка обнаружилась в католическом монастыре, где позднее приняла крещение. По одной из версий, причиной побега стала её любовь к польскому юноше, но по убеждению семьи Аратен, девочка обманом, а то и насильно была уведена в монастырь польской домработницей семьи. Отец Михалины обращался за помощью к местным властям, и даже достучался до императора Франца-Иосифа, чтобы тот своей волей вернул родителям дочь. По законам того времени менять веру могли люди по достижении 14-летнего возраста, а Михалине не хватало до этого ещё трёх месяцев. Но император не стал портить отношения с церковью. Данный случай описывался во всех еврейских газетах того времени. На его фоне понимался вопрос о необходимости изменения в подходе к женскому образованию в еврейских общинах. Забегая далеко вперед, сообщим: в конце жизни Михалина Аратен встречалась со своими родными, уехавшими на жительство в Эрец-Исраэль. Ее тетя Рахель Сарна-Аратен выпустила книгу «Михалина, дочь Израиля», где описала все подробности этой истории. Книга была издана на английском языке, а затем переведена на иврит – сестрой автора – Авивой Сарна-Аратен. «Аратенский скандал» был положен в основу новеллы лауреата Нобелевской премии по литературе Шая Агнона «Тегила».

Но вернемся в главное русло темы. В 1903 году на конференции раввинов в Кракове один из участников поднял вопрос о том, что открытие школ для девочек может сдержать волну ассимиляции. Однако большинство участников форума с ним не согласилось. Было решено, что отцы должны предпринимать больше усилий для обучения и воспитания дочерей на дому, а в специальных учебных заведениях нужды нет. Но наперекор этому мнению в 1917 году Сара Шенирер открыла у себя в ателье школу для девочек, где они могли получить современное образование, не отходя от еврейской традиции. Руководством к действию послужило для Сары учение раввина Шимшона Рафаэля Гирша (Хирша) «Тора им дерех-эрец» (сочетание религиозных предписаний с участием в жизни окружающего нееврейского общества). С этим трудом Шенирер познакомилась, находясь во время Первой Мировой войны в столице Австрии. Там она посещала синагогу рава Моше Флеша. Его проповеди сильно ее впечатлили. В ханукальную субботу он, в частности, рассказал общине о героине тех далеких, но памятных событий – Иегудит, и призвал прихожанок проявлять такую же силу духа. Сару поразили как содержание этой проповеди, так и ее форма. Ведь раввин обращался напрямую к женщинам, что было немыслимо в краковских синагогах. Сара решила, что если она научит девушек в своем Кракове тому, что услышала в Вене, то высветит для них тем самым дорогу из мрака ассимиляции к свету еврейской веры. На первых порах ее инициатива вызвала значительное сопротивление в ортодоксальных кругах и стала предметом саркастических насмешек. Но Шенирер не остановилась на полпути, не опустила руки, будучи убеждена, что начинает важное и нужное дело. Вот, как вспоминала об этом годы спустя сама Сара: «Я не могла избавиться от мечты устроить религиозную школу для девочек. Сначала даже родной брат посмеивался надо мной. Но когда я сообщила ему, что от своего намерения не откажусь, он ответил: «Ну, тогда поехали в Мариенбад к Бельзер Раву, и посмотрим, что скажет цадик нашего поколения». Не было предела моей радости. И хотя денег у меня было в обрез, я спешно собралась в дорогу. В Мариенбаде мы с братом сразу же отправились к Бельзер Раву. Брат написал ему квитль (записку): «Она хочет обучать еврейских дочерей жить по-еврейски». Ответ я услышала из уст самого раввина. Он гласил: «Браха ве ацлаха» («Благословения и удачи»). Эти слова были для меня, как самый дорогой целебный бальзам и вдохнули в меня новую силу. Благословение цадика дало мне надежду на то, что сбудутся мои чаяния». А вот что писал рав Иегуда Лейб Орлеан, который возглавил проект после смерти Сары Шенирер: «Мацав хинух абанот» (положение с образованием девочек) в Польше было похоже на каменистое невозделанное поле. Не было ничего такого, что Сара могла бы взять за образец. Она строила всё с нуля. Люди, к которым она обращалась за помощью, сначала ей отказывали. Они не задумывались о том, какая беда нависает над нашим народом. Но Шенирер проявила завидное упорство. Снова и снова она объясняла, уговаривала, умоляла. Сара будила людей от спокойного сна и убеждала принять верное решение, способное предотвратить подлинную катастрофу». В скобках заметим: упомянутый нами выше рав Орлеан был отправлен в Берген-Бельзен в день праздника Симхат-Тора в 1943 году и оттуда не вернулся.

В течение нескольких месяцев первая школа Сары выросла с 25 до 40 учениц, и из других польских городов стали обращаться к ней за помощью в открытии такого учебного заведения. Подчеркнем еще раз: и до основания «Бейс Яаков» раввины и ортодоксальные газеты обсуждали тему образования девочек. Но общины ждали, чтобы изменения начались по указанию сверху – то есть, от их руководителей. Шенирер была не первой, озвучившей назревшую потребность в еврейских школах для девочек, но вместо того, чтобы и дальше вести одни только разговоры или молча ждать директив, она стала действовать, начав строить свою мечту с фундамента.

Шенирер, согласно утверждениям авторов ряда публикаций на эту тему, удалось заручиться поддержкой таких авторитетных раввинов, как Гурский Реббе и Хафец-Хаим, хотя в ряде публикаций это ставится под сомнение. Так или иначе, подлинный прорыв произошёл в 1919 году, когда идея создания сети школ была подхвачена движением «Агудат Исраэль». В начале 1920-х годов были основаны десятки еврейских учебных заведений для религиозных девочек, образовавших систему «Бейс Яаков», что на иврите (в ашкеназском произношении, или «Бейт Яаков» в произношении сефардском) означает библейское «Дом Иакова».

Сара стала ездить из города в город, помогая открывать женские школы и готовить учителей. «Любая юная еврейка сегодня получает ортодоксальное образование благодаря Саре Шенирер», – указала в интервью Агентству еврейских новостей Энн Коффски, написавшая в 2019 году для еврейской молодежи биографию основоположницы «Бейс Яаков» – «Сара строит школу». Образовательная программа включала в себя изучение Торы, ТАНАХа, Галахи, книг Шимшона Гирша, Моше Хаима Луцатто и других раввинов, а также иврит, польский и немецкий языки, основы педагогики и психологии, рукоделие и физическую культуру. «Структура «Бейс Яаков» являлась большим, чем просто сетью учебных заведений, – подчеркнула Энн Коффски, – там издавался свой информационный бюллетень, осуществлялись сценические постановки. Это создало «еврейское пространство» для девочек, и они с охотой и радостью заполняли его». Добавим: у «Бейс Яаков» были также издательские проекты и действовали летние лагеря.

Что касается школьных спектаклей, то о них стоит рассказать подробнее, ибо они становились подлинными событиями в небольших городах, и даже нерелигиозные девушки начинали интересоваться движением «Бейс Яаков». Газеты, издававшиеся на языке идиш, посвящали этим постановкам заметки, а то и статьи. То, что интерес к искусству театра возник у еврейских девушек, а не юношей, – не случайность. В традиционном иудаизме к мальчикам предъявляются более строгие требования по части соблюдения традиций. Известно, что они должны уделять много времени изучению Торы, и в результате, у них остается меньше времени для досуга. Еврейские подростки из религиозных семей традиционно, не только не участвовали в театральных постановках, но и не присутствовали на женских мероприятиях – даже в качестве зрителей. Такие спектакли могли посещать только женщины. Помимо запрета мужчинам слушать женское пение – из соображений скромности, считалось, что юношам вообще не подобает смотреть на актерскую игру девушек.

А теперь – о пьесах, которые разыгрывались на школьных сценах в «Бейс Яаков». Тексы присылались на места из главного офиса организации. Сара Шенирер и сама написала несколько произведений для сценических постановок. Часто за основу сюжета брались жизнеописания того или иного известного религиозного деятеля. Примечательная деталь: ученицы тоже предлагали сюжеты, в которых беззлобно представляли своих наставниц – в юмористическом восприятии их личностей. Школьницы деятельно участвовали и в изготовлении костюмов и афиш.

Возникает логичный вопрос: «А как реагировали на любительские эти спектакли раввины?». Ответить можно так: «Не столь уж сурово, как этого можно было ожидать». Согласно исследованию профессора Рейчел Мэнекин из Мэрилендского университета, белзский ребе не советовал Шенирер заниматься театральной деятельностью, потому что это – «хукас а‑гой» (нееврейское занятие), но в целом, постановки пьес считались делом безвредным. Для Шенирер и «Агудат Исраэль» – движения ортодоксальных евреев, которое взяло «Бейс Яаков» под свое крыло, ученические спектакли представлялись неотъемлемой частью воспитательной работы. По словам Мэнекин, до определенного времени для краковских иудеек из религиозных семей походы в театры вообще были обычным видом проведения досуга. Шенирер в ранней молодости и сама посещала такие представления.

К 1935 году действовали уже сотни школ в сети «Бейс Яааков», охватывавшие около 35 тысяч учениц. Сара поздно вышла замуж во второй раз. Она умерла вследствие онкологического заболевания 1 марта того же 1935 года в возрасте 52 лет. Своих детей у неё не было, но тысячам девочек она открыла дорогу к еврейским и светским знаниям. Женщина эта не дожила до начала Второй Мировой войны, разрушившей созданную по ее инициативе и ее усилиями, систему религиозного женского образования в Польше. Надгробие могилы Шенирер было разрушено нацистами в период оккупации. В 2000-х годах ей был поставлен памятник, но и его в начале минувшего года варварски разбили местные злоумышленники-антисемиты – с помощью бульдозера или экскаватора. Кстати сказать, место захоронения Сары Шенирер находится рядом с Мемориальным музеем Краков-Плашув – экспозицией под открытым небом, развернутой на месте бывшего нацистского концлагеря. Преступники, кощунствуя, снесли мемориальный камень, повредив его, и вырвали с корнем бетонные сваи, которые поддерживали небольшой цепной забор, окружающий усыпальницу. Ущерб оказался весьма серьезным.

«Община шокирована и возмущена этим актом вандализма», – заявил агентству еврейских новостей Йонатан Оренштейн, генеральный директор Еврейского общинного центра Кракова. «Краков очень гордится Сарой Шенирер и ее влиянием на еврейское образование, – добавил он. – Несколько поколений молодых еврейских женщин стали образованными, благодаря новому подходу, проявленному Сарой». Краков, по словам Оренштейна, «весьма безопасный город для евреев, антисемитские инциденты здесь немногочисленны и редки, и если происходят, то к ним очень серьезно относятся полиция и местные власти». Но факт налицо – могила праведной женщины пострадала, и единственное, что было обещано городским руководством – восстановить надгробие в короткие сроки.

Труд, начатый Сарой Шенирер, получил достойное продолжение, в первую очередь, – в Израиле и в Соединенных Штатах Америки. Учебные заведения системы «Бейс Яаков» с замечательной их историей превратились в своеобразный бастион еврейского женского религиозного образования.

Продолжается в этих школах и традиция постановок сценических произведений силами учителей и самих учениц. Год назад сообщалось о премьере спектакля «Волшебная ермолка», состоявшейся в женской школе «Бейт Яаков» в Майами. Аудиторию составили более 900 женщин, преимущественно, религиозных. Сюжет представления был простым, но с весьма глубоким смыслом: жизнь «шлимазла» резко меняется после того, как он примеряет на себя волшебную – так он считает – кипу, и в результате начинает понимать: у тех, кто носит этот головной убор, происходят внутренние перемены к лучшему. Мораль такова: верьте в свои силы, которыми наделил вас Творец. В развернутом комментарии к постановке было сказано, что ежегодно в разных уголках США ученицы ортодоксальных женских школ, входящих в образовательную систему «Бейс Яаков», разыгрывают поучительные пьесы. При этом, девочки трудятся сообща: дорабатывают реплики, сочиняют музыку, придумывают танцевальные номера, расписывают декорации, шьют костюмы. Что же касается тематики спектаклей, то она включает не только историю, но и новые реалии. К примеру, рассказ о семействе иммигрантов, члены которой, буквально, разрываются между религией и светской жизнью в Нью‑Йорке начала ХХ века. Или вот: современный подросток противостоит соблазнам смартфона. Каковы бы ни были сюжетные линии и антураж, все постановки «Бейт Яакова» несут в себе четкий и недвусмысленный призыв: придерживайтесь традиций, соблюдайте заповеди, храните веру в Б‑га.

По самым скромным оценкам, ныне насчитывается около 300 школ «Бейс Яаков» в Израиле, 105 – в Северной Америке, 30 – в Европе, Южной Америке и других регионах планеты. Обмен опытом между ними происходит в летних лагерях и на организуемых слетах. Любопытная деталь: в самом начале в школах структуры «Бейс Яаков» в Америке ставили бродвейские пьесы, тщательно редактируя их и приспосабливая для ортодоксальной публики. Но к концу 1980‑х учителя уже сами сочиняли пьесы, максимально подходящие для их общин. Одна из целей постановок – дать школьницам возможность выплеснуть энергию, проявить инициативу и творческие способности. Но есть установка, которая касается и зрителей: упор на нравственное воспитание. Главная идея выступлений такова: зрители должны расходиться, укрепившись в том, что превыше всего остального – духовность, и нужно меньше думать о материальной стороне жизни. В основу постановок положено естественное желание многих людей слушать моральные наставления, причем в любом возрасте. И надо признать – у юных артисток это неплохо получается: зрители, и не только религиозные, присутствующие на спектаклях, бывают растроганы до слез.

В учебных заведениях, о которых идет речь, принявших характер широкой реки, помнят об истоках, которые навеки останутся связанными со светлым именем Сары Шенирер – в некоторых общинах оно обросло легендами, передаваемыми из уст в уста. Но возникли сказания эти, конечно же, не на пустом месте. Как писала сама Сара: «Если быть убежденной, что намерения искренние и устремления благие, то нужно идти вперед и всё, в итоге, получится».