ДОКТОР ЮНИС-ГУТМАН

История – не только даты, схемы и параграфы в учебнике. Это люди, которые приходили на эту землю, чтобы своими трудами приблизить будущее. Им было нелегко, но они, шаг за шагом, двигались вперед и меняли мир, оставшись в людской памяти. В ряду ярких этих личностей, стоит имя Бат-Шевы Юнис-Гутман. Она стала одной из первых женщин-докторов в еврейском ишуве Палестины. Со дня её рождения минуло 145 лет.

Героиня нашего повествования появилась на свет в небольшой, ничем не примечательной деревеньке на юго-западе тогдашней Российской империи. Отец Бат-Шевы – Шломо Юнис был успешным торговцем – он владел галантерейной фабрикой. Но коммерческими интересами жизнь его не ограничивалась. Был Шломо человеком не только грамотным, но и просвещенным. Увлекшись идеями сионизма, Юнис присоединился к числу сторонников движения «Ховевей Цион», а в русской традиции – «палестинофилы». Общественная структура эта, стоит напомнить, образовалась в начале 1880-х годов, став своего рода ответом на прокатившиеся по Российской империи антисемитские погромы. Главной своей задачей организация провозгласила переселение евреев на историческую родину – в Эрец-Исраэль и обустройство там путем создания поселений, развития сельского хозяйства и ремесленничества. В скобках отметим: учредительная конференция, на которой было оформлено новое сионистское движение, состоялась в Катовице (ныне – польский город Катовицы), в ту пору – в территориальных пределах Пруссии.

В жены себе Шломо Юнис взял девушку из состоятельной семьи евреев-сионистов – Фейгу Лифшиц, родом из Кишинева. И это был случай, когда, как говорится, два сапога оказались хорошей парой. Через несколько лет поле рождения Бат-Шевы, семейство Юнис (а в его составе было уже четверо детей) переехало в Одессу. Родители задались целью: дать своим отпрыскам достойное образование, и Одесса, не столь уж далекая от прежнего места их жительства, подходила в этом смысле как нельзя более. Бат-Шева училась в частной гимназии и параллельно изучала иврит у Иегуды-Лейба Давидовича, одного из первых заговоривших на этом языке в галуте. Вместе с Шаулем Черниховским, Йосефом Клаузнером и другими пропагандистами возрожденного иврита, Давидович основал организацию «Сфатейну Итану» (в переводе на русский: «Наш язык – с нами»). И это было важным для того времени начинанием. В 1897 году Бат-Шева с отличием окончила гимназию. С детских лет возникла у неё мечта: стать врачом, чтобы исцелять людей от недугов. Но в те времена в Российской империи женщинам было запрещено учиться в университетах (это, не говоря уже о национальности Бат-Шевы), поэтому воплотить в жизнь свою мечту девушка могла только, отправившись за границу, дабы поступить в один из европейских университетов: в Цюрихе, Берлине или Женеве. Бат-Шеву, по неизвестным причинам, влекло в Женеву, хотя она даже и за пределы Одессы еще ни разу не выезжала, не говоря уже о Германии или Швейцарии. Намерение дочери Шломо Юнис не одобрил. Он явно не был готов к тому, чтобы 17-летняя дочка покинула родной дом и отправилась в чужую страну. «Зачем тебе медицина?», – вопрошал он. «Займись чем-то более практичным, например шляпным делом. Так ты сможешь прокормить себя, а потом – и свою семью». Но Бат-Шева была непреклонна. А её мама Фейга встала на сторону дочери и помогла ей деньгами – на дорогу до Женевы и на проживание там. Словом, Бат-Шева, не страшась переезда, двинулась навстречу будущему, фактически, сбежав из дому. Добравшись до Женевы, она обратилась в приемную университетскую комиссию, но ей там объяснили, что она не может быть зачисленной до 18-летия и посоветовали вернуться домой, а потом снова приехать через год. Девушка разрыдалась перед профессорами, принимавшими документы, попросив войти в положение, ибо отец больше её не отпустит, а она горит желанием выучиться на врача, и видит в этом смысл своей жизни. Заметим: Бат-Шева приехала поступать не в театральный институт, и это был, отнюдь, не спектакль. Она в своей искренности выглядела столь убедительно, что приемная комиссия, с учетом обстоятельств, пошла Бат-Шеве навстречу. И первый же семестр студентка завершила с отличием. А когда ввернулась на летние каникулы в Одессу, отец встретил ее уже по-иному. Шломо подарил дочери золотые часы, заверив, что готов поддерживать Бат-Шеву во всем и желает ей преуспеть в избранной профессии. Слова эти подарили девушке радость и, как говорится, от сердца отлегло.

Примечательно: во время учебы в Женевском университете, Бат-Шева присоединилась к сионистскому кружку, которым руководил, кто бы вы думали? – Хаим Вейцман, будущий президент государства Израиль, а тогда – доцент-химик. Вместе с Юнис на медицинском факультете училась Александра Белкинд, прибывшая из Страны Израиля (которая тогда была частью Оттоманской Порты, называемой в России Османской империей или Турцией – прим. ред.). Позднее, в 1903 году, к ним присоединилась Мирьям Киселева, успевшая отучиться один год в Берлине. Через несколько лет им, троим, сужено было стать первыми женщинами-врачами в Еврейском ишуве Палестины.

В 1904 году, завершив учебу в Женеве с отличием, Бат-Шева вернулась в Одессу и начала стажировку в Еврейской городской больнице. На тот момент, отметим это, Еврейская больница считалась одной из крупных и технически оснащенных во всей Российской империи. Через 3 года Юнис сдала государственный экзамен и получила лицензию на право заниматься медицинской практикой. Но в России Бат-Шева не видела для себя перспектив, и в 1909 году она решила отправиться в Эрец-Исраэль. Еврейские поселения в Палестине остро нуждались в квалифицированных врачах. Сестра Бат-Шевы, Эстер, к тому времени уже жила в Гедере. Перед отъездом на родину предков, Бат-Шева отправилась в Берлин, чтобы пройти там курсы повышения квалификации в области акушерства, гинекологии и глазных болезней. Ведь самыми распространенными заболеваниями в Еврейском ишуве в то время были малярия и трахома – хроническое инфекционное заболевание глаз. Об этом молодому врачу было известно, и она целенаправленно пополняла багаж знаний, понимая, что набираться опыта ей придется уже в самой Палестине. Бат-Шева отдавала себе отчет в том, что ждет ее множество трудностей, но это не пугало ее и не могло остановить. Она твердо верила, что обретет счастье в служении своему народу, а вера, как известно, окрыляет.

11 апреля 1909 года Бат-Шева Юнис прибыла в Яффский порт. Оттуда она отправилась к сестре, в Гедеру, где собиралась поселиться и приступить к работе. Состояние медицины в Эрец-Исраэль на тот момент являло весьма плачевную картину: почти не было гинекологических и стоматологических клиник, в существовавших больницах не хватало коек, условия гигиены, мягко говоря, оставляли желать лучшего. Отмечался высокий уровень смертности, особенно среди женщин и младенцев. Многое нужно было начинать, что называется, с нуля. В самой Гедере на то время – небольшом поселении – не было ни одного врача, ни одной аптеки и даже ни одной акушерки. Чтобы попасть к врачу, жители должны были ехать в Ришон-ле-Цион. Доктор Бат-Шева Юнис стала первым врачом, начавшим практиковать в Гедере. Ее обязанностью было заботиться о здоровье еврейских поселенцев, излечивать их от болезней, часто инфекционных и очень опасных и, по мере надобности, даже принимать роды. В любое время дня и ночи за ней могли послать, и Бат-Шева безотказно направлялась к пациентам. Доктор Юнис открыла в Гедере небольшую аптеку, где услуги предоставлялись всем желающим: евреям и арабам. Скромную зарплату ей выплачивала местная администрация. Золотая медалистка Женевского университета, выросшая в благополучной городской семье, представьте себе, научилась ездить на осле, чтобы успевать навестить всех своих многочисленных подопечных. И более того, Бат-Шева получила даже специальную «лицензию на вождение осла». Теперь это может показаться смешным, но в ту пору все было всерьез.

После года работы в Гедере, доктор Юнис переехала в Хадеру, чтобы заменить там коллегу – Гилеля Яффе, отправившегося на повышение квалификации в Европу. Добавим: имя этого выдающегося врача-инфекциониста и исследователя малярии в Палестине, выходца из Украины, ныне носит Медицинский центр Гилель-Яффе в Хадере – современный государственный многопрофильный комплекс, расположенный на территории с населением 380 тысяч жителей и оказывающий помощь пациентам по всем направлениям медицины.

В Хадере Бат-Шева познакомилась с Симхой Бен-Ционом (Олтэром, Алтером) Гутманом, писателем и педагогом, вдовцом с 5 детьми. Молодая женщина стала для них матерью. Семья Гутман-Юнис переехала в Тель-Авив, где приобрела участок на улице Ха-Шахар, 7. В одной части участка был построен двухэтажный дом, а остальная территория была передана новыми владельцами недвижимости в дар гимназии «Герцлия». После переезда в Тель-Авив, доктор Юнис начала работать в больнице «Шаар Цион» в Яффо – в единственном тогда медицинском районном центре. Вместе с ней там работала Александра Белкинд, ее соученица. Обе они специализировались на гинекологии, и многие женщины предпочитали обращаться именно к ним, а не к врачам-мужчинам. В «Шаар Цион» было основано гинекологическое отделение, принимавшее женщин из округи – евреек и арабок. Даже самые консервативные мусульманки предпочитали иметь дело с докторами Юнис-Гутман и Белкинд, оставаясь довольными уровнем и качеством медицинского обслуживания в клинике. Профессионализм, чуткость и отзывчивость Бат-Шевы и Александры тоже играли свою роль в росте популярности отделения. Кроме работы гинекологом, доктор Юнис-Гутман также ассистировала доктору Арье Пуховскому, основоположнику еврейской хирургии в Эрец-Исраэль. Доктор Пуховский прибыл, чтобы создать частную хирургическую клинику, и привез с собой все необходимые медицинские инструменты: от скальпелей и до стерильных перевязочных материалов. В своих дневниках доктор Юнис писала, что уже в первый год ее работы в «Шаар Цион» было проведено 46 сложных операций под наркозом. Все больные выжили, и пойдя на поправку, вернулись домой.

Активное участие доктор Юнис-Гутман принимала в деятельности Санитарного комитета «Ахузат-Байт» – первого квартала Тель-Авива. История этого района хорошо известна. Что же касается упомянутого Комитета, то он создавался на добровольных началах, и его целью стала забота о здоровье жителей, которым активисты Комитета прививали знания правил гигиены. Во-первых, чтобы снизить процент инфицирования и заболеваемости, а во-вторых, чтобы способствовать воспитанию «новых евреев» – здоровых телом и душой. Впоследствии Санитарный комитет послужил основой системы медицинского обеспечения Государства Израиль.

Бат-Шева также внесла свой и весьма достойный вклад в реализацию общественно важных проектов организации «Бнот-Брит» и «Ассоциации женщин за равноправие», целью которых было содействие слабым слоям населения, помощь семьям с младенцами и детьми, а также борьба за равноправие женщин в Эрец-Исраэль. В августе 1913 года доктор Юнис-Гутман открыла детский сад для малолетних ребятишек – детей репатриантов из Йемена, матери которых зарабатывали на жизнь уборкой домов и стиркой, часто не находясь дома почти весь день. В садик было принято 20 младенцев и детей в возрасте до 3 лет, ими занимались 2 воспитательницы, а Бат-Шева ежедневно следила за состоянием здоровья малышей.

В начале 1914 года доктор Юнис-Гутман была назначена заведующей акушерским и женским отделением больницы «Шаар Цион». На этой должности она находилась вплоть до того дня, когда больница была закрыта. Вместе с тем, Бат-Шева принимала пациенток и в своей частной клинике. Она входила в тяжелое финансовое положение многих из них, иных лечила бесплатно, а иногда помогала купить необходимые лекарства.

Юнис-Гутман вошла в историю и в качестве одной из основательниц «Еврейской медицинской организации в Эрец-Исраэль», координировавшей всю медицинскую деятельность в Еврейском ишуве. Ранее, в январе 1912 года она участвовала в основании «Еврейской медицинской ассоциации в Яффо и Яффском округе», которая объединила 32 врачей, работавших в то время в Палестине, и была секретарем ассоциации. На базе этой структуры был создан израильский Профсоюз медицинских работников («Ха-Хистатдрут ха-Рефуит»).

С началом Первой мировой войны, доктор Юнис осталась в Яффо, чтобы лечить местное население, но в 1917 году турецкое правительство объявило о всеобщем выселении евреев из Яффо. Больницу закрыли, и тогда Бат-Шева переехала со всем персоналом лечебного учреждения в Петах-Тикву. По завершении войны и с началом Британского мандата, она вернулась в Тель-Авив.

В августе 1918 года в Эрец-Исраэль прибыло «Американское сионистское медицинское подразделение» организации «Хадасса», чтобы оказать со своей стороны содействие в восстановлении еврейских поселений. И от этой деятельности Бат-Шева не осталась в стороне.

У доктора Юнис-Гутман не было своих детей, но она вырастила пятерых детей своего супруга. Один из них – Нахум Гутман, стал известным художником и был удостоен звания лауреата международных и израильских премий.

Из жизни Бат-Шева ушла 9 июля 1947 года и была похоронена на тель-авивском кладбище «Трумпельдор». В своем завещании она распорядилась поделить средства из своих сбережений между Национальным фондом Израиля, Медицинским профсоюзом и другими общественными организациями. На надгробии памятника Юнис-Гутман не указана дата рождения. Вместо неё значится дата приезда Бат-Шевы в Эрец-Исраэль. Так было принято среди переселенцев из Второй волны репатриации на родину предков: отказываться от всего того, что было связано с прежней жизнью, и возродиться заново на Земле Обетованной. Дом семьи Юнис-Гутман в Тель-Авиве не сохранился. Он был снесен, и на этом участке выросла многоэтажка. В 1952 году в Гедере именем Бат-Шевы была названа местная клиника, а в 1962 – открывшийся тогда в районе Хадар Йосеф в Тель-Авиве Центр по оказанию услуг матерям и детям – «Типат халав». Профсоюз медработников учредил Стипендию имени доктора Юнис-Гутман. Стипендия эта выдается студентам, желающим пройти стажировку в медицинских центрах за границей. Из посвященных Бат-Шеве публикаций выделим очерк Ципоры Шхори-Рубин: «Тип сионистского врача на земле Израиля в конце периода Османской империи», вошедший в «Исследования будущего Израиля». Это издание было осуществлено в Иерусалиме, Институтом исследований Израиля имени Бен-Гуриона в 2011 году. Краткая биография Бат-Шевы Юнис-Гутман представлена в «Энциклопедии пионеров возрождения Эрец-Исраэль и строителей поселений». Есть еще и статья Марины Кигель – ее можно найти и прочесть на Интернет-сайте АНУ – Музея еврейского народа в Тель-Авиве. Но лучшая память о человеке – это добрый след, который он оставляет на родной земле.