«БУДЬ ПРОКЛЯТЫ ТВОИ ГЛАЗА!»

«Я слишком стар, чтобы умирать молодым, и слишком молод, чтобы взрослеть», – так сказал, незадолго до своей смерти, Мартин Алан (или, просто Марти) Фельдман, английский литератор и актер. 8 июля ему исполнилось бы 90 лет.

Родился Марти в Лондоне, в семье эмигрантов из Киева. Его родители – Мейер и Сесилия обосновались в английской столице, покинув Советский Союз в самом начале 1930-х годов. Глава семьи зарабатывал на жизнь мелкой торговлей – с тележки на колесах. Марти появился на свет курчавым, с носиком-пуговкой, и никто не мог себе представить, как изменится в будущем внешний его облик. С детства Фельдман-младший стал проявлять характер. Родители вынуждены были переводить его из одной школы в другую, поскольку отовсюду их сына изгоняли. Главной причиной было то, что Марти, как еврейский ребенок, чувствовал недоброжелательное отношение к себе со стороны педагогов. К тому же, они не распознавали в нем таланта. Когда он написал свое первое стихотворение, его не поощрили, а наказали, пребывая в уверенности, что он стихи эти где-то списал, и приписывает авторство себе. Короче говоря, в 15-летнем возрасте Фельдман бросил школу, полностью утратив к ней интерес.

Что же касается внешности, то в детском возрасте Марти получил несколько довольно серьезных травм. Однажды в лицо ему угодил мяч с крикета и сломал нос в нескольких местах. Но еще более существенным оказалось то, что ему как-то ткнули карандашом в глаз. Травма эта вызвала детский стресс, и вероятно, именно она дала толчок генетическому аутоиммунному заболеванию – Базедовой болезни, – она привела к пучеглазию. Но даже и повзрослев, обретя профессию, и имея уже для этого все возможности, от пластических и прочих операций Марти Фельдман отказывался, поясняя: «То, как я выгляжу – мое «снаряжение» комика». Правда, по некоторым сведениям, операцию на лице Фельдман, все-таки впоследствии сделал – после аварии, в которую он попал, но хирургическое вмешательство оказалось неудачным. Позднее, в 1976, он признавался, что и проблему с глазами попытался решить: «Мне пообещали, что глаза снова станут нормальными. Это было 14 лет назад. Вот, до сих пор жду. Теперь я смотрю на жизнь косо – не со злостью, но с подозрением. На самом деле, каждый из моих глаз идеален, но работают они не вместе… Человек привыкает ко всему, из всего, что с ним случается, он извлекает пользу. Что есть, то есть – я научился подниматься после ударов судьбы».

Стать комиком, кстати сказать, Марти мечтал еще в школе. Попытался выходить на публику, но особого впечатления произвести не сумел. Тогда, не будучи обделен слухом и чувством ритма, взял пару уроков игры на трубе, после чего, решил попробовать себя в роли джазового музыканта. Профессия эта была востребованной, но предполагала (как, впрочем, и любое дело), не говоря уже о способностях, упорный труд. А Марти своей игрой как бы демонстрировал: лучше у меня не получится. А на такой «лошадке» далеко не уедешь. Парень ночевал на вокзалах, лишь изредка бывая дома: домашний уют был для него скучен, и казался болотом.

Не видя в Лондоне никакой для себя перспективы, Фельдман подался в Париж, с мечтою – сделать там карьеру писателя и художника. Но эта, еще одна, явная его авантюра ни к чему хорошему не привела: через некоторое время Марти арестовали и депортировали – за бродяжничество.

В Лондоне похождения Фельдмана продолжились – он начал было работать в рекламном агентстве, но откуда его «попросили» – за нарушение субординации, потом был музыкальный магазин, но и там ему вскоре указали на дверь – он раздавал товары друзьям – разумеется, бесплатно. В армию Марти не взяли – психиатр посчитал, что парень немного не в себе, и будет влиять на других солдат деструктивно. Родители помогли Фельдману поступить в колледж искусств Хорнси, но и оттуда Марти был изгнан – за постоянные пререкания с преподавателями. Не находя для себя другого занятия, парень стал красть книги из магазинов, пользуясь невнимательностью продавцов – но не для перепродажи. Он их читал запоем, и это принесло ему пользу: произведения Дороти Паркера, Стивена Ликока, Марка Твена, Франсуа Рабле и Мигеля де Сервантеса способствовали формированию литературного вкуса у будущего юмориста и сатирика. Марти вернулся к сочинению стихов, которые нежданно получили высокую оценку со стороны его кумира, поэта Дилана Томаса. Томас посодействовал поэтическим публикациям Фельдмана, но и тут дело дальше не пошло: выяснилось, что Марти не приемлет ни малейшей критики.

Знакомство с писателем-юмористом Барри Туком в 1954 году возвратило Марти Фельдмана к мечте – стать стендапистом-комиком. В том же году на экраны вышло их первое совместное детище – телесериал «The Army Game», – он получил лестные отзывы критиков и был благожелательно принят зрителями. И это послужило ступенькой – вверх по лестнице, которая уже не вела вниз. В 1966 Марти стал главным из сценаристов, создавших многосерийное сатирическое шоу «The Frost Report». Оно транслировалось по каналу BBC. Еще через год Фельдман выступил и как актер, и как автор сценария юмористической программы, завоевавшей популярность. А сериал «Марти» с Фельдманом в главной роли, транслировавшийся в 1968-69 годах, поспособствовал тому, что герой нашего повествования из категории «случайных выскочек» благополучно перекочевал в категорию признанных талантов. Именно в ту пору он выступил в театре «Лондон Палладиум». Представление это было примечательно тем, что почетной гостьей стала королева-мать.

В круг друзей Марти вошли известные деятели искусства. К нему названивал Джон Леннон, а его муза – Йоко Оно заливалась долгим смехом от фельдмановских шуточек. Некоторые из отпускаемых Фельдманом реплик, хотя и не предназначавшихся для прессы, время от времени, попадали туда, и далее – шли в народ. А Марти, при этом, вслух, признавался: «Я не знаю шуток, которые могут меня смутить. Увы!».

Такой человек, со всеми его талантами и внешностью, контрастно выделявшей его на общем фоне, не мог не пройти мимо Голливуда. А мог ли Голливуд не использовать такой типаж? В 1974 году состоялся американский кинодебют Фельдмана – в фильме «Молодой Франкенштейн» режиссера Мела Брукса. Главного героя в этой комедии, пародирующей сюжеты и отдельные сцены черно-белых фильмов ужасов, которые снимались в минувшие десятилетия, сыграл давний друг и творческий партнер Мела Брукса – Джин Вайлдер (сценарий картины они написали вместе), а Марти Фельдман воплотил на экране образ горбатого помощника доктора Фредерика Франкенштейна. Есть мнение, что роль эта специально писалась «под Фельдмана». К примеру, в картине есть сцена, где исполнитель главной роли Джин Вайлдер говорит своему помощнику, которого играет Марти: «Будь прокляты твои глаза!», а тот поворачивается к экрану и сообщает: «Слишком поздно». Эту ленту в 2000 году Американский институт киноискусства включил в список «Ста самых смешных фильмов, снятых в США за 100 лет», а Марти удостоился премии «Сатурн», вручаемой национальной Академией научной фантастики, фэнтези и фильмов ужасов – за лучшую роль второго плана. Далее Фельдман принял участие в еще одном пародийном фильме – «Немое кино» – того же Мела Брукса. И снова сыграл роль помощника (вернее, одного из помощников) главного героя – кинорежиссера Мела Фанна (его роль исполнил сам Мел Брукс). Брукс заявлял не раз, что считает «Немое кино» лучшим фильмом в своей режиссерской и артистической карьере. А сюжет картины таков: на студии «Большущие фильмы» Фанн с ассистентами предполагает снять немую кинокомедию. Студия находится на пороге разорения и хватается за предложение Мела, как за последнюю возможность остаться на плаву, и не оказаться в цепких когтях нью-йоркского конгломерата «Хватай и Тикай». Конгломерат тоже находится на грани банкротства и бросает все силы на то, чтобы помешать Мелу и его единомышленникам начать съёмки. Понятно, что все приведенные названия переведены с английского языка на русский, но перевод, смею заверить вас, идентичен оригиналу. Фильм этот выдвигался на премию «Глобус» в четырех номинациях, и, в том числе, как лучшая лента года. Любопытная деталь: в роли самих себя в этой ленте снимались Марсель Марсо, Лайза Миннелли, Пол Ньюман и другие звезды. Сыграл Марти еще в нескольких картинах, причем, в некоторых отметился и как сценарист. По официальным данным, он написал сценарии, ни много, ни мало, к 25 фильмам и телесериалам. Что же касается его ролей, то играл он не героев-любовников, а глуповатых простаков, но делал это блестяще. Как говорится: каждому – свое. Примечательный эпизод, характеризующий личность Фельдмана, произошел на церемонии вручения премии «Оскар» в 1976 году. Ему предстояло передать награду в руки двум победителям. К этой почетной миссии он подошел весьма нестандартно, разбив статуэтку об пол, и невозмутимо выдав остолбеневшим лауреатам по куску «Оскара». Потом Марти рассмотрел осколки и поделился со зрителями своими наблюдениями: «Там стоит надпись: «Сделано в Гонконге».

Кому-то покажется удивительным, но Фельдман, несмотря на пугавшую иных внешность, привлекал многих женщин, и сам постоянно увивался за ними. «Бывало, что я влюблялся десятки раз в день, – признавался Марти, а за всю жизнь был влюблен не менее 500 раз». Но в брак он вступил лишь однажды – в 1959 году – с кинопродюсером Лауреттой Салливан, причем предложение сделала ему она, а не он ей. До этого они встречались каждый день в течение 9 месяцев, но он все никак не мог отважиться позвать ее замуж. Поженились тайно, и прожили в браке, в целом, счастливо. У них было двое детей.

Зимой 1982 года Марти отправился в столицу Мексики – на съемки приключенческого фильма Мела Дамски «Желтая борода». С подробностями о этой картине, пародирующей известный сюжет «Острова сокровищ» Р. Л. Стивенсона, рассказывать не стоит, ибо для Фельдмана поездка эта обернулась трагедией. По одной из версий, он поужинал морепродуктами, после чего в гостиничном номере ему стало плохо. Марти успел позвонить коллеге и сценаристу фильма Грэму Чепмену. Тот понял, что на этот раз актер не шутит. Но когда к нему прибежали люди, Фельдман был уже в агонии. Врачи диагностировали обширный инфаркт. Могло ли спровоцировать его пищевое отравление? Ответить на такой вопрос могут специалисты, но нет в этом, наверно, особого смысла. Впрочем, как тогда сообщалось, друг Фельдмана, который с ним ужинал, тоже, воде бы, почувствовал недомогание. Но этим, для него, все и закончилось – до симптомов тяжелого отравления дело не дошло. Мел Брукс рассказывал, что Фельдман выкуривал порой по шесть пачек сигарет в день и злоупотреблял черным кофе, вследствие чего, вероятно, не выдержало сердце. Что же касается других продуктов питания, то Марти не признавал мяса, но налегал на все молочное. Он охотно ел яйца, а также иногда включал в меню рыбу. В этой связи, показательным было пояснение самого вегетарианца: «Я не могу поедать животных, наделенных, хотя бы, зачатками разума, но с удовольствием съел бы иного телепродюсера или политика». И еще, о том же: «Когда началась война, меня отвезли в сельскую местность, поселили в семье фермеров, и я очень подружился с кроликом по прозвищу Джордж. И вот однажды кролик Джордж стал «обедом». Для фермерской семьи в этом не было ничего необычного. Они убивают животных, подают их к столу и говорят: «Эй, да это – то животное, с которым ты вчера играл!» А я принять такого не мог». В добавление, еще один «камешек» – на этот раз в «огород» политических деятелей: «В отличие от них, проститутки не только говорят, но и делают». При всем, при том, всерьез на политические темы Марти никогда не высказывался, хотя конечно, в этой сфере были и фигуры, которым он симпатизировал. Не без того.

Очевидцы смерти Фельдмана вспоминали, что накануне вечером, известный мультипликатор Серджио Арагонес чем-то очень сильно напугал Марти, при слабом сердце у того. Предполагали также, что, поскольку Мехико расположен слишком высоко над уровнем моря и воздух там очень разряжен, у Марти могла возникнуть серьезная проблема – в добавление к тем, что у него были. Так или иначе, его не стало 2 декабря 1982. Вскрытия тела не производилось. Марти Фельдмана похоронили в Лос-Анджелесе на кладбище «Голливуд Хаиллз», которое, как известно, является частью мемориального парка «Форест-Лаун», хранящего память о Золотом веке американской киноиндустрии. Могила Марти находится неподалеку от места захоронения комика Бастера Китона, которого Фельдман боготворил. «Он заставлял нас смеяться. Он забрал мою боль. Я люблю тебя, Лауретта» – такую надпись можно прочесть на надгробной плите, где увековечено имя Фельдмана. Уже после того, как он покинул этот мир, вдова нашла его мемуары, но она так тяжело переживала смерть любимого мужа, что сообщать о книге никому не стала. Лауретта прекрасно понимала: рукопись захотят опубликовать, а она стремилась избежать излишней публичности. Мемуары обнаружили повторно, когда и Лауретты уже не стало, в семейном архиве в 2010 году. Подготовленная к печати книга увидела свет только в ноябре 2015 года. «Марти был профессиональным литератором, и считал себя в первую очередь писателем, а уже потом актером», – сказано в предисловии к этой книге. И далее: «Он являлся одной из важнейших творческих сил в британской комедии. Весёлый, глубоко обаятельный, афористичный, ироничный, полный жизненного оптимизма, – таким был и останется в нашей памяти Марти Фельдман». По поводу своей литературной деятельности, Марти подчеркивал: «Перо эффективнее, чем меч, и им гораздо проще что-то создавать».

«Ваше лицо является вашей судьбой!» – нет подтверждений тому, что автором высказывания этого является Фельдман, но, по отношению к нему, данное утверждение следует признать абсолютно верным.