ОПЕРАЦИЯ «СДЕЛАЙ САМ»

Эта история – про одну израильскую спецоперацию, о которой в свое время много писали в газетах, но позднее она оказалась позабытой: в конце концов, в данном случае речь не шла о каких-нибудь боевых действиях или шпионских триллерах. Это не «Энтеббе» и не охота на Эйхмана. Тем не менее, она, эта благополучно забытая широкой публикой операция, является, пожалуй, одной из наиболее важных для нынешнего и будущего существования Государства Израиль. Это история о том, что должна делать любая страна, которой суждено жить и выживать рядом с пришибленным собственным величием и умученным непомерными притязаниями соседом. История о том, как «играть в долгую», чтобы таких историй попросту не происходило.

Для начала – несколько цитат с одного украинского форума производителей оружия:

«Мировые производители вооружений на нас пока делают глобальный маркетинг, но открывать свои производства у нас не спешат. Используют Украину как большой рекламный ролик, что раньше стоил бы миллиарды долларов, а теперь этот маркетинг достается им, как бонус…

В общем, давно пора понять: дело создания нового индустриального ядра в Украине возможно лишь, если у нас появится своя промышленная политика.

Да, с участием иностранных инвестиций и технологий, но это должна быть наша инициатива и стратегия. И стоит помнить, что ВПК – это производная от развития промышленности. А промышленность – производная от имеющихся компетенций и навыков человеческого капитала, развития науки и образования.

Поэтому всё начинается с образования, науки и компетенций. Продолжается в промышленном производстве. А завершается в виде новых видов вооружений».

Израиль осознал эту непреложную истину в 70-х годах минувшего столетия, когда на своей шкуре прочувствовал всю прелесть военных поставок извне в режиме “даем – не даем”. Был случай, когда израильскому спецназу даже довелось угонять из французского порта построенные для Израиля корабли, заблокированные по решению Парижа накануне очередной войны с арабскими странами.

Зато потом, когда Израиль создал и свою промышленность, и свой ВПК, и свою науку с системой образования, и вторую в мире экосистему инноваций, все захотели с ним сотрудничать. Теперь Израиль выступает уже не в роли просителя танков и ракет. Скорее – в роли производителя и продавца. Тем, кому посчитает нужным продать.

Ноев ковчег

Так что же это за операция – угон кораблей? Суть её такова:

21 октября 1967 года, два катера проекта «183Р» (классификация НАТО «Komar»), укомплектованные египетскими экипажами, атаковали противокорабельными ракетами П-15 «Термит» израильский эсминец «Эйлат».

Все четыре выпущенных ракеты попали в цель, эсминец затонул. Из 200 членов экипажа погибло 47 матросов и офицеров, 41 человек получил ранения.

Израильтяне были застигнуты врасплох смертельным «укусом комара», а египтяне поверили в возможность победы в бою. Эта атака подтолкнула их к дальнейшим агрессивным действиям, египтяне, подавленные сокрушительным поражением в Шестидневной войне, воспряли духом.

Леви Эшкол, премьер-министр Израиля, приказал военным срочно обеспечить израильские ВМС ракетными катерами. Катера заказали во Франции. Израильтяне успели забрать три из них, когда под давлением арабов, Париж ввел оружейное эмбарго против Иерусалима.

Несмотря на запрет на продажу, строительство катеров, как таковое, продолжалось: его прекращение оставило бы без работы сотни местных рабочих, на что французские власти в обстановке экономического кризиса не могли пойти. Поэтому верфь CMN продолжала работы в плановом порядке, хотя её владельцу пришлось залезть в долги: Израиль оплатил только 30% стоимости катеров, а остальная часть должна была поступить французам только после прибытия их в порт назначения.

Ещё два катера удалось увести в начале января 1969 года во время испытаний: согласно договору, они проводились израильскими экипажами, которые по окончании просто отвели их в Хайфу. Французское правительство смирилось с этим, не попытавшись устроить скандал, но получить от Франции оставшиеся пять катеров никак не удавалось. И в начале октября 1969 года лично Голда Меир дала секретное указание провести спецоперацию “Шербур”, направленную, по сути, против Франции. В рамках реализации плана операции во Францию были посланы более 70 офицеров и матросов для обучения управлению и обслуживанию новых боевых судов. План угона поначалу держался в глубокой тайне даже от самих участников операции. Им говорилось, что их якобы учат обслуживать уже полученные суда.

Израильтянам удалось создать видимость, что Тель-Авив якобы смирился с потерей катеров и хочет вытребовать от Парижа “хорошую” компенсацию – ну, или, на худой конец, перепродать технику кому-нибудь: не убытки же терпеть, в конце концов.

В начале ноября владелец французской верфи Амио получил письмо из Осло на фирменном бланке компании «Старботт». Компания запрашивала, нет ли у него 4-6 быстроходных катеров, которые можно использовать для разведки нефти на шельфе и снабжения буровых платформ у берегов Аляски. Причём катера требовались как можно скорее, максимум в течение трёх месяцев. И, разумеется, абсолютно случайно – требования «Старботта» соответствовали характеристикам шербурских катеров.

Обрадованные возможностью сбыть с рук опасный «неликвид», французы как бы “продали” катера норвежской фирме “Стартботт & Вайль”. Ведь международное право на “невоенное” использование кораблей Израиль имел – все-таки, извините, за них заплачено, что хочу, то и ворочу.

В ночь на 25 декабря 1969 года на борт пяти катеров поднялись “представители норвежской фирмы”, как две капли воды похожие на тех же самых израильских моряков, которые уже больше месяца изучали во Франции матчасть. В Сочельник практически все местные жители должны были уже сидеть за праздничными столами и предаваться веселью. И в два часа ночи, когда французы поднимали рождественские тосты, все пять ракетных катеров без огней и опознавательных флагов покинули порт Шербура и вышли в бурное штормящее море. Их исчезновение обнаружили только спустя сутки! Вместе с боевыми катерами, естественно, бесследно исчезли и те самые 72 израильских моряка. – они повели боевые суда к израильским берегам.

«Верните всё взад!»

В течение целой недели, до самого прибытия катеров в Израиль, эта операция находилась в центре внимания СМИ. Все были поражены решительностью и дерзостью израильтян. Скандал был неслыханный…

Публика откровенно веселилась и исподволь одобряла израильтян, но правительство республики было в гневе. Французские источники утверждают, что тогдашний министр обороны даже приказал начальнику Генерального штаба поднять в воздух самолеты, догнать беглецов и нанести удар по катерам. Тот сделать это напрочь отказался, заявив, что скорее уйдет в отставку. 31 декабря 1969 года пять катеров наконец вошли в Хайфу. Их встречали восторженные толпы израильтян.

В общем, “Операция Шербур”, конечно, привела на какое-то время к острому кризису в израильско-французских отношениях. Но, в конце концов, французы решили, что уже поздно махать кулаками, и со временем снова с Израилем помирились.

Шербурские катера, вооружённые противокорабельными крылатыми ракетами «Габриэль» израильской разработки, приняли участие в войне Судного дня и Ливанской войне. В конце 1980-х годов, по мере постройки катеров нового поколения, они были выведены из состава ВМФ Израиля. Три катера были проданы Чили и оставались в строю до 2000 года.

В 1974 году руководивший операцией бригадный генерал Адар Кимхи, уже ставший заместителем командующего ВМФ Израиля, снова посетил Шербур и был тепло встречен горожанами: «Вы сбежали, но обеспечили нам потрясающую рекламу». У верфи CMN теперь не было отбоя от заграничных покупателей.

А Израиль с тех пор, хоть и заказывает по-прежнему боевые корабли в других странах (в основном, в Германии), но многое стал строить и на собственных верфях – те же ракетные катера типа «Саар 4,5», «Решеф» или «Двора». Ну, чтобы угонять не пришлось, если кому-нибудь опять взбредёт в голову заниматься «миротворчеством» за израильский счёт.