ИЗРАИЛЬ ПРОИГРАЛ СИРИЙСКУЮ ГРАЖДАНСКУЮ ВОЙНУ. НЕУЖЕЛИ?

Самой проигравшей стороной в 12-летней гражданской войне в Сирии оказался Израиль – так утверждает известный израильский телекомментатор и параллельно научный сотрудник The Washington Institute for Near East Policy Эхуд Яари. Его сенсационная статья на эту тему, опубликованная журналом The Jerusalem Strategic Tribune, обратила на себя внимание экспертов, и, в частности, на нее поспешил ответить Джеймс Джеффри, бывший американский дипломат в ранге посла и заместитель помощника президента США по национальной безопасности, а ныне руководитель ближневосточного направления мозгового треста Wilson Center (Вашингтон). Отрывки из возникшей дискуссии мы предлагаем вниманию читателей в сжатом пересказе.

Эхуд Яари. Итак, Башар Асад остается у власти, и в результате Иран превращается в непосредственного соседа Израиля и может как по воздуху, так и по земле (через Ирак) перебрасывать «Хезболле» в Ливане высокоточные ракеты. Это также позволяет шиитской милиции, опекаемой иранским Корпусом стражей исламской революции, организовывать рейды по контрабанде оружия и наркотиков в Иорданию для палестинских боевиков на Западном Берегу. Короче говоря, угроза Израилю возрастает, и задачи его армии усложняются.

Между тем сирийская проблема остается как-то в тени внутриизраильских политических дебатов. Военные и разведчики заверяют общественность, что сотни воздушных атак против Стражей, проведенные начиная с 2016 года, предотвратили иранские планы создания наступательного потенциала на сирийской территории. Однако успехи эти краткосрочные, а вот долговременные риски никуда не делись. Иранцы готовы терпеть потери сколько угодно, лишь бы разместить в Сирии ракеты среднего и дальнего радиуса действия и продолжать выполнение стратегического плана, разработанного покойным командиром Стражей генералом Касемом Сулеймани. В отличие от египетского президента Гамаля Абдель Насера, намеревавшегося сокрушить Израиль коллективным ударом арабских армий, Сулеймани стремился выстроить вдоль границы с ним тысячи ракетных установок, сонмы беспилотников, массу батарей ПВО и создать укрепрайоны, обороняемые даже не регулярными войсками, а вооруженными до зубов полувоенными формированиями. Периодические столкновения и обстрелы израильской территории стали бы своего рода медленной войной на изнурение, незаживающей психологической травмой для израильтян. Имея все это в виду, говорит Яари, можно сделать следующее заключение: то, что Асад, близкий союзник Ирана, продолжает удерживать власть, есть не что иное как стратегический провал Израиля.

Не так быстро, коллега, – возражает на это Джеймс Джеффри. – У тех из нас, кто здесь занимался сирийской проблемой, и в мыслях не было, что Израиль видит своей целью устранение Асада от власти, да он был и не в состоянии сделать это в одиночку. Со своей стороны мы наблюдаем несомненный тактический успех Израиля против иранских ракет и его конструктивный вклад в то, что у нас есть сегодня: замороженный конфликт, но не победа Асада.

Удивительно не то, что Асад спасся, а то, что за последние два года довольно индифферентной американской политики в отношении Сирии он не победил. И эта ситуация, опять же в значительной степени благодаря действиям Израиля, сохраняет возможность для него, США и других сторон воздействовать на окончательный расклад сирийского пазла так, чтобы укрепить региональную безопасность. Но пока – конфликт в Сирии еще далек от завершения.

Так, может быть, задается вопросом Эхуд Яари, Израилю все же следовало своевременно, т.е. до сентября 2015 года, когда в Сирии оказался иранско-российский военный тандем, ликвидировать ее президента и тем самым избежать всех последовавших осложнений? Ведь был момент, когда Асад уже, что называется, паковал чемоданы – его армия разваливалась, и многие ближайшие сторонники были убиты. К тому же израильские ВВС уже накопили опыт операций в пределах Дамаска вплоть до полетов непосредственно над президентским дворцом. Однако еще в 2011 году, когда восстание против Асада только началось, Израиль уже принял решение о невмешательстве в ее внутренние дела. Для этого решения были две причины. Во-первых, Израиль хотел избежать хаоса и иметь у себя на севере правительство, которое соблюдало бы перемирие, державшееся с 1974 года. Во-вторых, в Иерусалиме были серьезно обеспокоены тем, что в лагере противников Асада милиция джихадистов из Исламского Государства и «Аль-Каеды» возьмет верх над светскими и более умеренными группами повстанцев. Как бы то ни было, после появления в Сирии российских войск в сентябре 2015 года положение в стране изменилось.

Все равно убийство Асада не привело бы к поражению режима, втолковывает своему оппоненту Джеймс Джеффри. Да и зачем оно было нужно? Разве Асад не проявил сдержанность во время Второй ливанской войны (Израиля с «Хезболлой», 2006 год)? Разве не набрал он в рот воды после уничтожения израильтянами в 2007 году строившегося им атомного реактора в аль-Кибар? А посягни они на его жизнь в ходе гражданской войны, то наверняка на смену пришел бы его брат Махер, известный своим взрывным характером и к тому же сторонник Ирана.

Эхуд Яари и сам признает, что все варианты устранения сирийского президента были связаны с немалым риском. И главное – как американцы, так и их западные союзники отказались от шагов в этом направлении, хотя да, конечно, они признавали его мясником собственного народа и ответственным за бегство из страны половины её населения. Выходило, что Израилю надо было отказаться от нейтралитета, открыть военные действия против правительственной армии, разбомбить её базы и открыть повстанцам дорогу на Дамаск. Некоторые израильские офицеры среднего звена именно это и предлагали, но премьер-министр Нетаниягу и генштаб были категорически против. Они не исключали вероятность того, что отчаявшийся Асад мог отдать приказ о нанесении удара по Израилю ракетами «Скад» с химическими боеголовками.

Сирия представляет собой пример того, резюмирует свои возражения Джеймс Джеффри, как в большом региональном конфликте с участием многих игроков, включая две ядерные супердержавы, даже такая сильная страна, как Израиль, не может добиться нужного ей стратегического результата, действуя в одиночку. Но если эта страна мудрая, и именно так проявил себя Израиль, то она может добиться тактических успехов и с помощью других, перевести их в успехи стратегические.

Короче говоря, – а это уже опять Эхуд Яари, – к лету 2018 года комбинация из русских самолетов, спонсируемой Ираном милиции и частично сирийской армии, а также местных ополченцев удержала Асада у власти. Он сохранил за собой две трети страны, правда, степень его контроля над ними варьируется.

Сегодня Иран продолжает попытки расширять свое военное присутствие в Сирии, подвергаясь при этом постоянным ударам израильской авиации. Но экипируемые им полувоенные формирования уже дислоцированы в разных районах страны. По данным сирийской оппозиции, Корпус стражей исламской революции и «Хезболла» контролируют примерно 460 её населенных пунктов. При этом израильская разведка считает, что от 80 до 90 процентов иранского военного потенциала в Сирии уничтожено.

Но Эхуд Яари не ходит вокруг да около. Он еще раз подчеркивает: пока Асад остается у власти, наращивание иранской военной машины в Сирии будет продолжаться. Надеяться на то, что Запад или арабские государства найдут Асаду привлекательные стимулы для разрыва с Ираном, бессмысленно. На данный момент присутствие Ирана в Сирии незыблемо.

Была ли когда-нибудь возможность не допустить возникновения нынешней угрозы? Если и была, то она была упущена.

В качестве иллюстрации к этой небольшой полемике – последние сообщения информационного агентства Jewish News Syndicate.

11 сентября: как заявил, выступая на саммите по контртерроризму в Герцлии министр обороны Израиля Йоав Галант, Иран построил для террористических операций аэродром в горах южного Ливана. Министр так и сказал: «Земля – Ливана, контроль – Ирана, цель – Израиль». Наша армия, продолжил он, должна оставаться наготове, глаза должны смотреть в бинокли, а пальцы – быть на спусковом крючке.

10 сентября: директор «Моссад» Давид Барнеа сообщил на той же конференции в Герцлии, что с начала 2023 года эта спецслужба совместно с иностранными союзниками сорвала 27 заговоров с целью убийства израильтян и евреев за пределами еврейского государства. «Эти заговоры организовывались, разрабатывались и направлялись Ираном», сказал он, заметив, что нападения должны были происходить по всему миру, конкретно «в Европе, Африке, Юго-Восточной Азии и Южной Америке».

11 сентября: также в Герцлии советник по национальной безопасности Израиля Цахи Анегби предупредил, что «если Иран начнет обогащение урана на уровне выше 60 процентов и мы обнаружим это – а то, что мы не обнаружим это, исключено, – то у Израиля не останется иного выбора, кроме как действовать. Другими словами, при таком положении Иран однозначно заявляет о намерении создать бомбу. Я не думаю, что при такой политике Ирана мы можем рисковать и ставить на кон нашу судьбу. Надеюсь, мы не придем к такой точке, но в любом случае готовимся к такой ситуации».

Возникает вопрос: так кто же прав в диспуте между Эхудом Яари и Джеймсом Джеффри? Следовало ли Израилю вмешаться в 2015 году в сирийский конфликт, или он поступил правильно, воздержавшись от этого шага? Приходит на ум известный анекдот про раввина, который отвечает пришедшим к нему спорщикам: и ты прав, и ты прав. Только в нашем случае, сказал бы я, почему-то совсем не смешно. И раввин бы ответил мне: и ты прав.