ПЛОХАЯ МИНА ПРИ ПЛОХОЙ ИГРЕ

Опасаясь крупного поражения от наступающих украинских войск, российские власти и СМИ пытаются уговорить украинцев, что они-де проиграли. Это получается плохо – и «в бой» идут лживые признания и африканские дипломаты…

Итак, украинское наступление официально началось. Правда, в СМИ оно почему-то называется «контрнаступлением», хотя, с военной точки зрения, это совершенно не так: контрнаступление – это чисто армейский, профессиональный, совершенно не политический термин, означающий оборонительную операцию против наступающих войск противника – встречный удар или отвлекающий удар на другом участке фронта. Так как русские по всей линии соприкосновения с Вооружёнными Силами Украины сидят исключительно в обороне, то действия, предпринятые украинскими войсками – это именно наступление.

Впрочем, как его ни назови – а украинцы перешли в атаку. Об этом официально сообщил… нет, не президент Украины Владимир Зеленский, не Главком ВСУ Валерий Залужный – первым об украинском наступлении поведал миру «бункерный дед» Владимир Путин. Причём сразу же заявил, что это самое наступление, мол, провалилось, украинцы остановлены на всех фронтах и далее наступать не в состоянии.

«Держаться нет больше сил»?

После этого ужасного разгрома украинские войска покатились… нет, не назад, а вперёд. Был освобождён целый ряд населённых пунктов – только 16 июня, когда пишется этот материал, их список пополнился сразу семью сёлами и посёлками – Лобковым, Левадным, Новодаровкой, Нескучным, Сторожевым, Макаровкой и Благодатным. Кроме того, ракетным обстрелом был накрыт штаб 35-й российской общевойсковой армии, где среди прочих полковников и подполковников погиб её начальник штаба, генерал-майор Сергей Горячев – первый с начала 2023 года российский генерал, ставший «хорошим русским» из тех, которых, как шутят украинцы, не видно в тепловизор. То ли погиб, а то ли получил серьёзные ранения ближайший соратник Рамзана Кадырова Адам Делимханов, приведший на оккупированную украинскую территорию своих головорезов из расхваленного отряда «Ахмат». Правда, этот кадр сам виноват в своём несчастье: он, видите ли, выстроил своих «тик-токеров» (так прозвали кадыровских то ли абреков, а то ли баскаков за то, что они обожают выкладывать видосики в социальной сети Tik-Tok) на плацу, чтобы сказать им зажигательную речь, причём протомились они там в ожидании командира целых два часа, покуда их не обнаружили украинские беспилотники и не прилетели украинские ракеты Himars. Делимханова, накрытого ракетным ударом, долго искали среди обломков, а Рамзан Кадыров в отчаянии даже обратился к Службе безопасности Украины со слёзной просьбой сообщить ему о местонахождении его «брата». В конце концов, его отыскали, но в каком он виде и состоянии – Кадыров не говорит, так что теперь это – Адам Делимханов Шрёдингера: то ли жив, а то ли жил. Что касается отчаянно храбрых джигитов из «Ахмата» – они намертво засели в пятой линии обороны и объявили, что с удовольствием послужат Родине в качестве заградотрядов – стрелять по бегущим «чмобикам», а вот на передовую – поцелуйте нас в биополе!

Украинцы, естественно, также несут потери: на данный момент, по сообщению всевидящей британской разведки, они потеряли четыре танка «Леопард-2», один французский «колёсный танк» и семь американских БТРов «Брэдли». Правда, почти вся эта техника (за исключением одного «Брэдли» и одного «Лео-2») уже ремонтируется, но в сводках Генштаба ВС РФ они уже превратились в 32 подбитых «Леопарда» и более сотни уничтоженных «Брэдли». Александр Лукашенко так вообще доболтался до того, что объявил – мол, за первые пять дней украинские войска потеряли… 40 тысяч солдат убитыми. Кроме того, российские СМИ успели уже в третий раз «убить» Главкома ВСУ Валерия Залужного, один раз нанести ему «тяжёлое черепно-мозговое ранение» и один раз «отстранить его от командования».

В общем, покуда Россия пытается убедить не то мир, а не то украинцев в том, что наступление уже провалилось – украинцы с трудом, с потерями, но неуклонно идут вперёд. Это наступление, естественно, совершенно не похоже на стремительную прошлогоднюю контратаку в Харьковской области, когда российские войска буквально сыпались и драпали так, что только пятки сверкали. Русские успели засесть в оборону, окопаться и закрыться «ежами», надолбами, сплошными минными полями и прочими оборонительными средствами. Да и варварский взрыв дамбы Каховского водохранилища не только создал техногенную катастрофу, не только прервал водоснабжение Крыма, но и, как радостно поведал миру Путин, «задержал украинское наступление». Задержал, но ни в коем случае не остановил. Украинцы медленно, но крайне упорно и умело «продавливают» российские оборонительные порядки.

«Запускайте Берлагу!»

Что ж, раз уж на свои войска надежды нет – следует заставить противника самому отказаться от наступления. Не только посредством СМИ, на все лады вопящих о «поражении украинцев», но и с помощью дипломатических ухищрений: к примеру, стоило начаться украинской атаке – как на свет Божий вдруг выбрался министр обороны Индонезии, некий Прабово Субианто (его в одном из украинских изданий совершенно случайно назвали Попробов Убиванто), эдакий «голубь мира» в погонах, принёсший в клювике всю ту же старую китайскую идею: а давайте, мол, немедленно прекратим огонь, оставим русским всё, что они успели ухватить, а они за это пообещают «больше так не делать».

Когда Субианто из Киева завернули, в украинскую столицу, предварительно получив инструкции в Москве, десантировался «дипломатический спецназ» из Африки: президент ЮАР Сирил Рамафоса, которого сопровождали представители Египта, Замбии, Коморских островов, Республики Конго, Сенегала и Уганды. Всем этим странам на Украину, откровенно говоря, наплевать с высокой африканской колокольни, однако им очень хочется украинской пшеницы, которую им и пообещал в Москве Путин за то, чтобы они «остановили кровопролитие». На этот раз предложение было модифицировано: огонь прекращается, Путин отводит свои войска (правда, непонятно, откуда и непонятно, куда), убирает из Беларуси не доехавшее ещё туда ядерное оружие, а с России за это снимают санкции, а с самого Путина – обвинение в гаагском Международном трибунале.

Прибыв в Киев, Сирил Рамафоса первым делом потребовал, чтобы Зеленский немедленно отдал приказ прекратить огонь, пока Его Превосходительство и прочие африканские превосходительства с сиятельствами находятся в столице Украины. Этого, мол, требует дипломатический протокол. К сожалению, об этом протоколе ничего не знали российские войска, устроившие как раз к визиту африканской делегации очередной ракетный налёт на Киев. Президенты и премьеры благополучно пересидели бомбёжку в убежище и уехали, несолоно хлебавши. Правда, какое-то количество украинского хлеба они, видимо, всё же успели съесть, так что их визит нельзя назвать совершенно бесполезным.

Украина есть или Украины нет?

Тем временем в России вдруг резко изменился сам тон подачи информации о «стратегических целях», которых должна достигнуть пресловутая «специальная военная операция». Путин созвал так называемых «военкоров» (почему они так называются в современной России – непонятно: войны же вроде нет и не предвидится, а военные корреспонденты, тем не менее, есть). На этой встрече кремлёвский сиделец вдруг процитировал своего покойного «учителя» Собчака, говорившего когда-то – мол, если Украина хочет отделиться от России, то она-де должна уйти, «с чем пришла». Это известная шовинистическая байка, «на голубом глазу» объявляющая российскими земли, на которых Московского государства никогда не бывало и которые очутились в составе империи в результате банального обмана, устроенного московским царём Алексеем Михайловичем «Тишайшим» Романовым украинскому гетману Богдану-Зиновию Хмельницкому. Собственно, и все остальные имперские успехи провинциального, заросшего паутиной Московского царства, все его победы над Портой и Крымом – тоже результат этого соглашения и, конечно же, его игнорирования Романовыми. Но речь-то, на самом деле, не об истории.

Речь о суете. Еще недавно Путин доказывал, что Украины никогда не было вообще, что это выдумка австрийского Генштаба и дело рук Ленина, «чьи завоевания и чей труп мы никому не отдадим». И что вся территория этой страны – «исконная Россия». Ради обоснования этого горячечного бреда кремлевский пациент даже разродился обширной статьёй, опубликованной на президентском сайте незадолго до вторжения. Но теперь Украина опять появилась – не просто на карте, а в голове Путина. В тех самых границах, в которой она и существовала в этой самой голове в 2014 году, когда Путин произносил свою «крымскую речь» и тоже говорил о «большевистских подарках» Украине. Итак, в 2014 году Украина еще была, в 2022 году ее уже не было, а в 2023 году она опять появилась. Что же случилось? Или, как говорят в украинской Одессе – вус трапылось?

А случилось именно то, что одутловатый путинский диверсант Костя Затулин заранее назвал поражением России – сохранение Украины на политической карте мира. На самом деле, «спецоперация» затевалась именно для того, чтобы Украина исчезла – вспомните отчаянные вопли на всех уровнях о «стране 404» и о «fail state». Возможно, это исчезновение должно было произойти не сразу, а в несколько этапов – вначале присоединение востока и юга, а потом объединение в «союзное государство» с остатками Украины и Беларусью. Но в результате вторжения Украина должна была перестать существовать. Это – главная цель «невойны» под названием СВО.

А что же теперь? А теперь уже не только Затулин, но и сам Путин начинает понимать, что уничтожить Украину ему не удастся. Но надеется, что ему удастся ее расчленить, сохранить за собой хотя бы что-нибудь, хоть немножечко, чтобы отчитаться о «победе». И он привычно начинает рассказывать – в каких границах должно существовать соседнее государство и где находятся «исконные русские земли».

При всем безумии подобных высказываний нужно понимать, что это движение в правильном направлении. Вчера Путин считал, что Украина у него в кармане, и требовал «самоопределения народов». Сегодня он уже не сомневается ни в праве Украины на существование, ни в том, что она может «уходить» туда, куда ей вздумается – то есть, в НАТО. Завтра, после очередного поражения, он согласится с тем, что Украина должна не просто существовать, но существовать в своих международно-признанных границах и в этих же границах вступить в Североатлантический союз. Ну, а «военкорам», если только их не пересажают как военных преступников, придется описывать в своих телеграм-каналах открытие базы НАТО в украинском Севастополе. В способность Путина объяснить им на очередной встрече, почему создание этой базы соответствует национальным интересам России, можно верить безоговорочно. Как и в готовность «военкоров» в очередной раз вильнуть хребтом и согласиться со всем, что им расскажут в Кремле. В конце концов, объявление поражений победами – это путинское фирменное блюдо.

«Плюрализм в одной голове – это шизофрения»

Накануне разрушения плотины Каховской ГЭС, 4 июня, официальная лгунья России Маргарита Симоньян выступила с пораженческим предложением. По крайней мере, именно так оно было воспринято в российских ультрапатриотических кругах. Описав перспективы интенсификации ударов по территории России и возможного вторжения на них украинской армии, Симоньян заявила, что в итоге придется воевать с Западом, а ей «очень хотелось бы, чтобы до этого не дошло». Поэтому она предлагает «остаться там, где все стоят» и «провести референдумы на спорных территориях». При этом Симоньян сослалась… всё на того же министра обороны Индонезии Прабово Субианто – дескать, вот же, «чудесный план». Симоньян допустила, что на «спорных территориях» могут не захотеть в Россию – ну и пусть, зачем они нам тогда такие. И выразила мнение, что «президенту они тоже не нужны».

Как бы ни прибеднялась сама Симоньян, говоря о своем месте в российской политической системе, она важный элемент «вертикали власти», «коллективного Путина». Для того чтобы считать ее высказывание личным мнением, расходящимся с «линией партии», нужно возражение вышестоящего лица или нескольких равновеликих. Но возражений не последовало – по крайней мере, на командном уровне. Возмущенно пошумел «базис» ультрапатриотической пирамиды. Самым высокопоставленным критиком оказался коммунист Сергей Обухов, депутат Госдумы, зампред не самого влиятельного комитета. Он назвал заявление Симоньян «ударом под дых патриотической России». Обухов также предположил, что оно было сделано «по просьбе из высоких кабинетов» или определенной части элит, которую депутат назвал «партией капитуляции». Отметив при этом, что ранее Симоньян принадлежала как раз к противоположному, «ястребиному» крылу.

Известный специалист по России Сэм Грин считает, что не стоит принимать заявление Симоньян за чистую монету. По его мнению, хотя оно может отражать взгляды части российского истеблишмента, даже большей его части, о позиции самого Кремля оно ничего не говорит. И преследует цель скорее сбить с толку Запад, создавая впечатление готовности договариваться, дать неопределенные надежды российским элитам и обществу, а также прощупать почву, чтобы лучше понять, в каком виде скармливать им Z-меню.

Можно было бы согласиться, но это далеко не первое «пораженческое» заявление. В том же духе не раз высказывался Евгений Пригожин, казалось бы, само воплощение «партии войны». Недавно он добавил, что Россия «понесет серьезные территориальные потери» в результате наступления ВСУ и что «общество в недоумении»: зачем было признавать эти земли российскими, если вы их не в состоянии удержать? Константин Затулин, матерый представитель старой гвардии имперских ястребов, неожиданно заявил, что побед нет и не предвидится. К слову, он еще в ноябре прошлого года назвал территории Запорожской и Херсонской областей, на бумаге включенные в состав России, «спорными».

Ни одна из этих трех фигур даже отдалённо не похожа на представителей «партии мира», и было бы странно считать их таковыми. Их можно назвать фракцией «осторожных ястребов». Которые понимают, что всю вот эту добычу им не унести – можно самим головы не сносить, поэтому предлагают часть ее оставить. Данный момент и положение дел на фронте говорят о том, что они могут быть достаточно искренни и прямолинейны.

В то же время, если Затулин уверяет, что смена режима в Украине, как и ее нейтральный статус – недостижимые цели, то секретарь Совбеза РФ Николай Патрушев продолжает уверять: «Вашингтон и Лондон создали киевский нацистский режим, который необходимо сменить, придав на практике Украине статус нейтрального государства». Об этом Патрушев заявил 7 июня на встрече с госсекретарем Совбеза Беларуси Александром Вольфовичем.

Тело российской власти становится все более явно неоднородным, а ее сознание – расщепленным. В одном месте у него сдают нервы и дрожат поджилки, включается инстинкт самосохранения, тогда как в другом все еще кипит дурная кровь и ударяет в голову моча. Усиление такого положения рано или поздно должно привести к его полной дисфункциональности. Скорость этого процесса напрямую зависит от успехов украинской армии на поле боя и готовности Запада к «эскалации», то есть адекватной реакции на серьезность вызова.

Признаки разлада продолжают проявляться и на низовом уровне в армейской среде. Подполковник Роман Веневитин, командир 72-й бригады, которого ранее «вагнеровцы» взяли в плен после перестрелки с его солдатами, рассказал о «подвигах» пригожинских наемников: грабежах, похищениях военнослужащих регулярных войск, применении к ним пыток, обмене похищенных на боеприпасы, а также о случае изнасилования неназванного бойца, покончившего впоследствии жизнь самоубийством.

Дисфункциональность в ситуации гуманитарной катастрофы – разговор особый. На протяжении 6 июня с оккупированного левобережья поступали тревожные сведения о затопленных под самые крыши домах, плавающих трупах стариков и о том, что захватчики препятствуют эвакуации жителей. При этом гауляйтер Херсонщины Владимир Сальдо на фоне прибывающей воды заверял, что жизнь продолжается, ничего экстраординарного не случилось, а ВС РФ так и вовсе оказались в шоколаде. Хотя с мест поступали сообщения о потерях живой силы, затоплении полевых складов с боеприпасами и провизией, потерях бронетанковой и автомобильной техники. Только к вечеру 6 июня Путин разродился поручением «организовать работу по помощи людям и ликвидации последствий затопления».

Даже само освещение событий в украинских и российских медиа наглядно свидетельствовало о том, для кого эти территории «спорные», а для кого – бесспорные. Украинцы по всей стране собирали помощь для пострадавших. Устремлялись в Херсон с лодками. Били тревогу из-за экологической ситуации (главными комментаторами стали именно экологи). Переживали по поводу брошенных на произвол судьбы людей в оккупированных Олешках, Голой Пристани, Новой Каховке. Радовались каждому спасенному. Не только человеку – котику, собачке, морской свинке. Делились фотографией старой овчарки, обхватившей лапами ногу своего спасителя. В российских не было ни тревоги из-за экологической катастрофы, ни вообще каких-либо человеческих реакций. Музей художницы Полины Райко? Зоопарк «Сказочная дубрава»? Не, не слышали. Все тот же бубнеж о «киевском режиме» и «западных кураторах», конспирологическая жвачка, и все это вперемешку с иногда нескрываемым злорадством и заявлениями, что, мол, хорошо бы «рвануть дамбу на Киевском море». Нет у них никакой связи с этой землей и с живущими на ней людьми. Все это для них совершенно чужое. Ничего и никого им здесь не жалко.

Нет уж, господин Субианто и прочие превосходительства, не видать вам краденого украинского хлебушка. Не заработали. Наступление продолжается.