ЯДОВИТАЯ КАРЬЕРА МИСС МИЛЛЕР

Опубликовал(а)

Можно предположить, что эту женщину знают все. Её именем называют новые сорта роз и рок-группы, её популярности в своё время позавидовала сама королева Великобритании. Вы все, конечно же, рано или поздно догадаетесь, о ком идёт речь, но пока что мы назовём нашу героиню просто и скромно: мисс Миллер.

Детство и юность у бедной девушки были куда как незавидными. После скоропостижной кончины отца, у семьи Миллеров начались серьёзные проблемы с деньгами, и младшая дочь, пожертвовав мечтами о высшем образовании, отправилась на работу. Эта идея пришлась весьма по душе её матери, отчаявшейся уже свести концы с концами.

«Профессор, провизор – какая разница?»

Впрочем, девушка не особо возражала – почему бы и нет? В конце концов, рассудила она – выучиться на практике почётной и такой нужной профессии фармацевта – это ничуть не хуже диплома. Профессор, провизор – разница, согласитесь с не родившимся ещё в те времена М. М. Жванецким, не слишком велика, не правда ли?

Да нет, шутки в сторону. Фармацевт – весьма неплохая профессия, а раз уж овладеть какой-то специальностью всё равно придётся, так почему бы не этой? Ведь обеспечивать себя материально, судя по состоянию дел в семье, нужно будет совершенно самостоятельно.

Вовремя выйти замуж у бедной девушки тоже не получилось. Забегая вперёд, скажем, что она в конце концов счастливо обвенчалась, но гораздо позже – её муж-археолог был младше неё на 10 лет и обожал свою супругу, причём с течением времени эта любовь лишь усиливалась – как поясняла она сама, «он без ума от всяческих окаменелостей, так что, чем старше я становлюсь, тем я более ему интересна».

Но то было позже, а покуда, в 1915 году, девице Миллер «стукнуло» 25 лет, а в мире бушевала Великая война (так до начала Второй Мировой звали Первую Мировую), гибнут миллионы людей и разрушаются империи, так что мужчин брачного возраста в городе – кот наплакал, а тех, какие имеются, плотно осаждают хорошо организованные армии алчущих замужества красавиц. Пихаться локтями в этой толпе – дело бесполезное: она бесприданница и вовсе не красотка. Она…

Она обычная. Обычная девушка с обычной фамилией Миллер. Поэтому, покуда она ещё не стала обычной старой девой с фамилией Миллер и кучей кошек – самое время освоить профессию фармацевта.

«В задницу ваши свечи!»

В аптеке мисс Миллер проработала два года и за это время прижилась в сем заведении, словно во втором доме. По воспоминаниям родственников, она пропадала там днями и ночами – упорно работая, готовясь к сдаче экзамена по фармакологии. И чувствовала бы себя, словно червячок в яблочке, если бы не одна проблема, омрачившая ей жизнь – ЯДЫ.

Яды преследовали девицу Миллер. Владелец аптеки, некий доктор Р., опытнейший фармацевт, читавший своим студентам по воскресеньям, словно в Хогвартсе, лекции по «зельеваренью», постоянно носил в кармане яд кураре – один из сильнейших ядов в мире – и показывал его слушателям. «Интересная штука, — говорил он при этом, — очень интересная. Если попадёт в рот – не принесёт ни малейшего вреда. Но стоит ему проникнуть в кровь – всё, мгновенный паралич и смерть. Знаете, почему я ношу его в кармане? Полагаю, дело в том, что это даёт мне ощущение силы».

Произнося эти слова, он просто лучился чувством детского восторга, и девица Миллер ежилась — доктор Р. казался ей очень, очень опасным человеком.

Вообще, скучнейшая на первый взгляд профессия аптекаря оказалась жутко опасным делом, и девица Миллер теперь больше всего на свете боялась кого-нибудь нечаянно отравить.

Однажды до этого едва не дошло.

Они изучали изготовление, как бы это поизящней выразиться… ну, мы же о британской леди говорим… в общем, ректальных свечей. Ну, так вот, когда доктор Р. показывал ей, как делать свечи из масла какао, Миллер заметила, что он ошибся с переносом запятой в вычислениях необходимой дозировки — и положил лекарства не одну сотую грамма, а одну десятую.

«Я пересчитала дозу ещё раз — писала позже она, — да, он сделал вычисления неправильно. Но что же должен делать в таком случае новичок? Я только начинала, а он был опытнейшим фармацевтом города. Я не могла сказать ему – мол, мистер Р., вы ошиблись. Мистер Р. принадлежал к тому типу людей, которые вообще не могут ошибиться, в особенности, на глазах учеников. Я как раз размышляла об этом, когда, проходя мимо, он бросил мне: — Когда свечи застынут, упакуйте их и положите в шкаф. Они могут пригодиться. Положение усугублялось. Я не могла положить эти свечи в шкаф. Они представляли собой большую опасность».

И тут ей пришла в голову гениальная идея.

«Прямо перед тем, как свечи уже застыли, я «поскользнулась», «потеряла равновесие», уронила свечи на пол и что есть силы наступила на них ногой.

— Мистер Р., — сказала я, — извините меня, я страшно виновата, но я уронила свечи и наступила на них ногой.

— О, какая досада, какая досада, — рассердился он. — Эта, кажется, еще годится. — Он подобрал одну, которая уцелела под моими каблуками.

— Она грязная, — твердо сказала я, без лишних слов выбросила все в мусорную корзину и повторила: — Извините меня, пожалуйста».

«Выпей яду!»

Экзамен она сдала блестяще, но яды не прекратили её преследовать. Новый случай, уже на новом месте работы, в госпитале, не заставил себя ждать:

«В тот день я готовила мази и для одной из них налила немного фенола в крышечку от баночки, потом с величайшей предосторожностью добавила его пипеткой, считая капли, в мазь и смешала всё вместе на мраморном столике. Как только мазь была приготовлена, я положила её в баночку, наклеила этикетку и начала готовить другую мазь.

Посреди ночи я проснулась в холодном поту — я не помнила, что сделала с крышечкой, в которую налила фенол. Чем больше я думала, тем меньше могла вспомнить, что я с ней сделала: вымыла или нет? А не закрыла ли я этой крышечкой другую мазь? И чем больше я размышляла, тем твёрже считала, что сделала именно так. Ясное дело, я поставила каждую баночку на свою полку, и наутро разносчик отнесёт их по назначению. А в одной из них на крышке будет яд! Её получит кто-то из пациентов. Испугавшись до полусмерти, не в состоянии больше выносить этого ужаса, я встала, оделась и пошла в госпиталь».

Там она на всякий случай заменила крышки на всех приготовленных вчера баночках и, чтобы окончательно успокоиться, аккуратно сняла с каждой верхний слой мази.

Боязнь стать нечаянной отравительницей явно становилась навязчивой идеей. И тогда она решила лечить подобное подобным — действительно отравить кого-нибудь. Только не на самом деле, а на страницах книги — написать детективный роман. Благо, все условия для этого были — в госпитальной аптеке она работала посменно и полный аврал периодически сменялся столь же полным затишьем. Иногда она бездельничала в одиночестве всю вторую половину дня.

Работа над книгой шла полным ходом, но потом неожиданно притормозилась — фармацевта по фамилии Миллер отвлекли более приятные дела: она обзавелась ухажёром. Вскоре мисс Миллер вышла замуж и сменила фамилию, став миссис Кристи.

Агата Кристи с мужем

Да-да, вы уже поняли. Именно с этого момента миссис Агата Кристи, в девичестве – Агата Миллер, и начала свою блестящую, поистине мировую писательскую карьеру. Её ждали всемирная слава и бронзовая ступень на пьедестале самых издаваемых книг планеты — совокупный тираж её детективов более чем на ста языках мира уступает только Библии и сочинениям Шекспира.

Но подлым ядам она ничего не забыла и не простила.

Именно ядами она пользовалась чаще всего — 83 преступления в её книгах были совершены посредством отравления.

Добавить комментарий

Заполните поля или щелкните по значку, чтобы оставить свой комментарий:

Логотип WordPress.com

Для комментария используется ваша учётная запись WordPress.com. Выход /  Изменить )

Фотография Twitter

Для комментария используется ваша учётная запись Twitter. Выход /  Изменить )

Фотография Facebook

Для комментария используется ваша учётная запись Facebook. Выход /  Изменить )

Connecting to %s