ВДОГОНКУ ОТ КОВИДА

Опубликовал(а)

(Продолжение. Начало в #636)

1502 году Христофор Колумб исследовал восточное побережье Панамы в своё четвёртое плавание в «Новый Свет». Далее история Панамы чем-то напоминает историю ее соседки Колумбии.

Экономика Панамы базируется на эксплуатации Панамского канала, а также на банковском деле, страховом деле, регистрации судов под флагом страны и туризме. В этих отраслях занято две трети работающих.

Основные сельскохозяйственные культуры — бананы, рис, кукуруза, кофе, сахарный тростник, овощи. Также занимаются разведением скота.

Отрасли промышленности — строительство, пивоварение, цемент и другие стройматериалы, производство сахарного песка, переработка нефти.

С 2009 года в Панаме развивается Транспанамская тропа. TransPanama Trail — пеший туристический маршрут протяжённостью 1127 км, который проходит через всю страну от границы с Колумбией до границы с Коста-Рикой.

Отдельно от панамцев следует рассматривать американцев — граждан США, проживающих компактно преимущественно в районе зоны Панамского канала на постоянной основе, из которых около 75% являются военнослужащими ВС США (армия, авиация, флот и морская пехота). Американцы живут вместе с семьями обособленно в своих городках, специально построенных для их размещения, практически не соприкасаясь и не контактируя с местным населением (имея собственные административные органы, полицию и другие муниципальные и коммунальные службы, школы, церкви, магазины, развлекательные учреждения и т. д.). За многие десятилетия выработался такой субэтнический тип как панамо-американец — так называемые “200-процентные американцы”. В связи с этим распространённым явлением для членов семей американских служащих в Панаме является практика, когда за несколько десятилетий проживания там они не понимают ни слова по-испански.

Тем не менее, американцы довольно массово переселяются в Панаму и сегодня, причем, отнюдь не военные. Многие из них, уйдя на пенсию, покупают за сравнительно дешево дома и живут вполне прилично, на ту пенсию, которую получают из США, так как жизнь в Панаме дешевле, чем в США.

Отдельно хочется сказать несколько слов о Панаме — головном уборе. Чаще всего панамой называют лёгкую шляпу с упругими полями из особого сорта соломы — токилья. Однако это слово используют для обозначения и других головных уборов, например: головной убор из плотной ткани с узкими полями, в английском языке этот головной убор называют Bucket Hat (шляпа-ведро); головной убор из ткани к военной форме в некоторых армиях мира.

Исторически панама — национальный головной убор… Эквадора. “Панамские шляпы” изготовляются не только в Эквадоре, но и в ряде других стран Латинской Америки, однако главным производителем остаётся Эквадор. Своё имя головной убор получил благодаря тому, что приобрёл свою известность в Европе и США во время строительства Панамского канала.

В Панаме мы никогда не были и уже предвкушали удовольствие от ее посещения. И тут нас постиг первый в этом круизе удар, нанесенный Ковидом. Коварный Ковид проник на корабль и захватил в свои объятья несколько пассажиров. Тут же об этом сообщили на берег, властям Панамы, а те запретили кораблю выпускать в их страну пассажиров нашего корабля. Т.е. войти в канал, шлюзоваться, плавать по озеру Гатун мы могли, а ступать на землю Панамы (государства) “ни в коем случае“!

Конечно же, уже в 6 часов завтрашнего утра я стоял на открытой палубе, чтобы не пропустить важный для меня момент приближения к входу канала. Еще было полусветло. В обозримом окружении стояло большое количество разных кораблей, очевидно ожидавших своей очереди на прохождение через канал. Наш корабль не мог ждать, он должен был попасть в канал точно по круизному расписанию. Очевидно, это условие специально оговаривалось с администрацией канала. Мы прошли под гигантским и высоким мостом и приблизились к прорытому “горлу”, ведущему к первому шлюзу.

Собственно, шлюз там всего один (в каждой из двух ниток канала), состоящий из трех камер, поскольку технически почти невозможно поднять корабль на высоту почти 26 м с помощью одной камеры. Это делается в три ступени.

При входе в первую два электровоза-”мулла” подошли с двух сторон к носу нашего корабля и канатами как бы привязали его к себе. И на очень малой скорости, но очень синхронно втянули его в первую камеру. Закрылись входные ворота, заработали насосы и уровень воды в камере начал подниматься, а с ним и корабль. Когда мы поднялись на нужную высоту, открылись выходные ворота камеры, заработали локомотивы и синхронно пошли в гору, перетягивая корабль во вторую камеру. В это время в другой параллельной камере ”муллы” перетягивали другой корабль (контейнеровоз) в обратную сторону.

Когда открылись ворота третьей камеры, мы вышли в озеро Гатун, после чего несколько часов гуляли по его глади. Вокруг тоже стояло несколько кораблей, очевидно, ждали своей очереди продолжить путь уже непосредственно по каналу.

А мы, нагулявшись, пошли обратно через шлюз, но уже по другим, параллельным камерам. Естественно, все повторилось, но уже с понижением уровня воды.

Прошли мимо города Колон и вышли в открытое море для продолжения нашего круиза. И тут нам объявили: в следующей стране — Коста-Рике — мы тоже НЕ будем, нас туда тоже не пустили. Постарался все тот же Ковид, которого власти Коста-Рики тоже испугались. Хотя заболевших им на корабле было ничтожное количество. Администрация корабля даже не объявила сколько их есть и не ввела никаких дополнительных профилактических мер.

В Коста-Рике, как и в Панаме, я тоже никогда до этого не бывал (как и на Арубе, Кюрасао и в Колумбии). Таким образом, Ковид ”украл” из моей коллекции визитов в страны и территории две страны, остановив меня на числе 94. Правда, вместо Коста-Рики нам предложили посетить мексиканский Козюмел. Мексике Ковид был, что называется “до лампочки”. Для этого поменяли “день в море”. Коста-Рику мы должны были посетить назавтра после Панамы, а потом провести заключительный ”день в море”.

В Козюмеле мы уже бывали, правда, много лет назад, в нашем самом первом в жизни круизе. Но мы были почти довольны, ”с паршивой овцы…”

Но и в Козюмел мы НЕ попали. Правда, не из-за Ковида: у корабля вышел из строя один из двух гребных винтов, и он потерял возможность двигаться с нужной скоростью (16 узлов в час вместо 20). Починить его на ходу в море у команды корабля не было никакой возможности. И, чтобы прийти вовремя домой, капитан принял решение не заходить в Козюмел, а провести этот день тоже в море. Чтобы там, во время стоянки дома поставить новый винт и вовремя выйти в очередной круизный рейс. В качестве сатисфакции за украденные у нас две остановки капитан предложил каждому пассажиру по $100. Кто был против, мог отказаться. Я про таких не слышал. Кроме того, в тот “день в море” почти сразу после объявления о безостановочном возвращения в наш порт, на верхней палубе было устроено массовое пиршество: вино и другие напитки лились рекой, чем-то закусывали… Всё, понятное дело, за счет корабля. Пьяных и упившихся не было, кто-то, возможно, про себя возмущался. Но, судя по всему, в суд никто по возвращении из круиза не пошел. Очевидно, никто не хотел портить себе оставшееся, пусть и не полное, удовольствие от круиза.

В порт Лоудердейл мы пришли вовремя, и 6 февраля вечером уже были дома, закончив очередную встречу с Ковидом, в общем-то, не в нашу пользу. Несмотря на все прививки и бустер.

“Мы едем, едем, едем…”

И начались наши обычные трудовые будни, уже послековидные. Однако, увы, не начались. У нас было объявлено несколько поездок по США: ”Цветет сакура в Вашингтоне, ”Библейский пояс“, “Пo среднему западу и Чикаго”, ”Вся Новая Англия”. Все их пришлось отменить. Нет, не из-за Ковида. Вмешалась война в Украине. Наши люди раскололись на разные группы. Коренные американцы и другие нерусскоговорящие, в основном симпатизировали Украине. А владельцы автобусных компаний отказались предоставлять нам автобусы. Англоязычные хозяева опасались перевозить русскоязычные группы. Мол, американцы, увидев где-нибудь на остановке выходящую из автобуса группу, говорящую по-русски, могут повредить автобус. А русскоговорящие владельцы автобусов тут же настолько вздернули цены на их аренду, что осилить их было невозможно. Конечно же, мы получили массу советов (мы ведь все из страны советов), как обойти препоны, к примеру, “мы будем говорить только по-украински”, но мы всё отменили.

С зарубежными поездками тоже не получилось: ковидные ограничения продолжали быть в Японии, Исландии, некоторых арабских и балканских странах. В общем, у нас получился очередной невольный перерыв в работе и поездках до осени 2022 г.

Но уж осенью мы, что называется, отыгрались, поехали почти в одночастье в целых три. Стоит отметить, что за длительные перерывы-походы мы почти разучились ходить и очень опасались, что в предстоящих поездках будем иметь с этим проблемы. Но, мы заранее настроились, что ходить будем, а там по ходу увидим, что именно “будем.”

Сначала поехали в Марокко. Там у нас был обновленный маршрут, мы снова включили в программу Шефшаузен – знаменитый на весь мир голубой город: дома, мостовые, целые улицы, все окрашено в голубой. Я когда-то писал, что изгнанные из Испании в конце 15-го века евреи обратили свой взгляд на Марокко. Но туда их решили пустить при условии, что они откроют марокканцам секрет голубой краски. Благодарные марокканцы за это впустили к себе евреев.

По этому городу надо только ходить и наслаждаться каждым домом, каждой дверью, каждым двориком. А улицы, даже улочки — узкие, кривляющиеся, то вниз, то вверх. Но мы пошли. И прошли весь маршрут! И ничего! Пошли дальше, по всему Марокко! В этот раз посещение Сахары у нас было в основной программе, в середине маршрута. Причем, переезд от конца асфальтированной дороги до лагеря в пустыне предусматривался на верблюдах. Я поехал, даже не поинтересовавшись, насколько долгий путь нам предстоит. К точке отправления мы подъехали уже к вечеру. Оставили вещи и некоторых ”комфортников” для джипов и поехали. Наш караван состоял из порядка 20 верблюдов, в каждой связке по 4.

Для каждой – один сопровождающий бедуин, босоногий, пешком. Где-то недалеко двигались другие караваны. Вскоре распрощались с солнцем. Быстро наступила почти полная темнота. А мы продолжали идти. Особенно трудно было, когда спускались с барханов. Верблюд наклонялся вперед, а я съезжал почти к его шее. Когда он выравнивался, я пытался, ёрзая, передвинуться на середину его спины. Не всегда получалось. В общем, через полтора часа мы добрались до лагеря! Я, немного проклиная тех, кто меня соблазнил на эту длинную авантюру, но в то же время очень гордый собой, быстро поскакал в отведенную нам палатку, надел галстук (в Сахаре я всегда при галстуке, где-то уже рассказывал об этом) и побежал ужинать. Назавтра, при отъезде обратно к асфальту я получил полную сатисфакцию: у нас за рулем сидел сам хозяин джипов – истинный асс, он домчал нас до асфальта очень быстро, при этом, не упустив почти ни одну дюну: крутые спуски и прыжки следовали почти без перерыва.

Вечером мы оказались в знаменитом высокогорном ущелье Дадес. Уютный несколько экзотичный отель прилепился буквально на краю обрыва. Но на утро, пересев на микроавтобусы, мы ”полетели” еще выше. Диву даешься, как там ухитряются жить люди. Да еще принимать гостей-туристов!

А днем добрались мы до Уарзазата. Там расположен марокканский Голливуд – огромный комплекс, в котором снималось множество знаменитых фильмов. Обычно мы проезжали это место уже к вечеру, когда всё уже было закрыто, а тут оказались днем. Все пошли осматривать окружающие киношные окрестности, а меня почему-то понесло на сторону. Там оказался Музей кино. На мое удивление, он был не только открыт, но и по случаю недавнего Ковида, туда еще можно было зайти без билета. Взглянув на часы и, сообразив, что времени уже почти нет, я помчался по киношным улицам и павильонам. Летел почти без остановки, замедлив темп, только когда увидел вдруг большую еврейскую Менору. Почему она была там, из какого фильма, я так и не знаю.

В Эссуэйру мы приехали вечером, переночевали в ”заезжем доме” в старом квартале, а утром пораньше пошли в порт. Время его посещения оказалось, что называется ото-то. Было часов 9 утра, местные рыбаки приехали с уловом. Зрелище неописуемое! У причалов стояли полные рыбы лодки, на берегу сновали грузчики и продавцы с полными ящиками и мешками рыбы.

Рядом стояли лотки, а то и ящики на земле, там эти свежайшие морепродукты можно было купить. Мы их попробовали через несколько часов на шикарном обеде в одном из местных ресторанов.

Закончили мы наш 11-дневный марокканский вояж, как обычно, на курорте в Агадире, на океанском берегу. Откуда, оставив группу на 2 дня на попечение нашего марокканца Нури, полетели в Грецию на встречу с другой группой.

В Греции мы бывали очень давно и с удовольствием решили поехать вот теперь. Группу формировали вместе с нашими давними партнерами из Германии. И вдруг оказалось, что народ ”проснулся” по обе стороны океана, и устремился именно в Грецию. Может быть потому, что Греция не ставила никаких ограничений в связи с Ковидом, может потому, что доллар сравнялся по ценности с евро, и американцам в Грецию стало ехать очень выгодно. В общем, было столько желающих, что нам пришлось многим отказать, да и самим буквально напроситься у тамошних организаторов поездки. Таким образом, в группе оказалось 37 человек: 17 из США и 20 из Германии. Наша, американская часть группы в своем большинстве должна была прибыть в Афины 16 октября в районе 10 часов утра. Мы туда прилетели накануне в полночь, сняли гостиницу в районе аэропорта и утром приехали их встречать. Туда же приехал наш греческий организатор Филипп с автобусом. Вместе поехали в гостиницу, расположенную в центре Афин. Немецкая часть группы прибыла вечером. В ней оказалось несколько знакомых по прошлым совместным поездкам.

Филипп – этнический грек, который переехал с семьей на свою историческую родину из Ташкента в конце 90-х годов прошлого века. Назавтра перед нами появилась и наш постоянный гид – Елена, тоже этническая гречанка. Ее дед, проживавший где-то в районе Краснодара, всю жизнь мечтал вернуться домой, вел со своей внучкой бесконечные беседы на эту тему исключительно на греческом, и осуществил свою мечту, когда внучке было уже лет 17. Внучка приехала с хорошим русским, высшее образование получила в Греции и думает на языке этой страны. Топоровская с ней сразу подружилась и весьма успешно добавляла в ходе нашей поездки свои истории, связанные с Грецией.

(Продолжение следует)

Добавить комментарий

Заполните поля или щелкните по значку, чтобы оставить свой комментарий:

Логотип WordPress.com

Для комментария используется ваша учётная запись WordPress.com. Выход /  Изменить )

Фотография Twitter

Для комментария используется ваша учётная запись Twitter. Выход /  Изменить )

Фотография Facebook

Для комментария используется ваша учётная запись Facebook. Выход /  Изменить )

Connecting to %s