О ГОПНИКЕ С ЯДЕРНОЙ ДУБИНКОЙ

Опубликовал(а)

Есть такой фильм режиссёра Кристофера Нолана (не лучшая его картина, кстати), называется ТЕНЕТ. Там главный негодяй, эдакий всесильный, но при этом смертельно больной российский олигарх (sic!) решил забрать с собой на тот свет весь мир. У него не было ядерного оружия, были другие прибамбасы, но суть та же: если меня не будет – не будет никого. Сегодня очень многие подозревают Путина в том же желании – забрать весь мир с собой, устроить напоследок ядерный апокалипсис. Так ли это?

В этом самом фильме Нолана меня в своё время удивило то, что создатели априори предположили, что у всех помощников, слуг и наёмников этого самого страшного злодея имеется беззаветная готовность сдохнуть вместе с хозяином и со всей планетой. По-моему, это, мягко говоря, некоторая натяжка. Могу поверить в психопатический синдром одного человека или даже некоей группы людей, но вот в массовый психоз подобного рода – не особо. Это, скорее, режиссёрская художественная условность. А в жизни, не в кино, всё выглядит несколько иначе. И тот же Владимир Путин меньше всего похож на фанатика, готового сдохнуть за свои идеи или вообще за что-нибудь. Для этого он слишком ценит собственную жизнь и безопасность: от особого режима питания до пресловутого чемоданчика для «биоматериалов» (так уважительно называют в российской прессе его экскременты), от дурацкого длиннющего стола для переговоров с потенциально заразными гостями до ядерных бункеров размером с небольшой город, готовых принять Путина, Верховную Моль России, «в случае чего».

Не похож он ни на киношного суперзлодея, ни на киношного же супергероя – хотя, на последнего явно желал бы походить, судя по полётам на стерхах, нырянии в батискафе и прочих охотах на тигров. И окружение у него – такое же. Не героическое. Серенькое, невыразительное, мягко говоря. Если сравнивать с литературными или киношными героями, то верхушка Кремля нынче напоминает некоего коллективного дона Рэбу из «Трудно быть богом» братьев Стругацких.

«Псих на воле» или прагматик?

Вот тут-то как раз и есть смысл перейти к тому, чем эти серенькие пугают мир: к ядерному оружию. Начнём с того, что пресловутой «ядерной кнопки», как таковой, в природе не существует, нет вот этого самого тумблера, на котором зловещим багровым шрифтом написано: «Запуск всех ядерных бомб». И по тактическому, и по стратегическому ЯО имеется сложный протокол применения, длительный процесс, причём не только технический, но и, так сказать, бюрократический. И, чтобы стрельнуть хоть одним-единственным снарядом с ядерной начинкой, нужно согласовать это решение и пропустить его через несколько исполнительных центров. Как работает российская бюрократическая система – мы уже достаточно навидались, а в технические подробности нет смысла углубляться.

Второе, о чём следует упомянуть с самого начала – это логика «если что-то плохое произошло, хотя никто в это не верил, то что-то ещё худшее обязательно произойдёт». Это не логика – это эмоции. Не более.

Давайте спокойно посмотрим: что мы знаем о Путине и его режиме, и сделаем вывод – ведёт ли то, что мы знаем, к потенциальному использованию оружия массового поражения?

Во-первых, политический образ. Путину очень хочется выглядеть эдаким на всё готовым маньяком – вплоть до карикатурности. Это довольно известный психологический приём, его чуть ли не подсознательно используют мелкие гопники (вспомним о его «босоногом детстве» в питерских подворотнях): «Ща всех попишу, я психический!». Но, на самом деле, в его делах прослеживается довольно очевидная логика и мотивация. Да, он смотрит на мир в формате «сфер влияния» и колониальной борьбы образца «продлённого XIX века». Да, у него – множество психологических травм и комплексов. Но при всём при том, он явно человек крайне рациональный и прагматичный. Жадный до власти. Так что нет смысла думать о нём, как о «сумасшедшем карлике» — это всего лишь образ, своего рода оружие, рассчитанное на внешний мир. Иногда он до омерзения логичен и рационален – как в своё время был логичен и рационален «архитектор Гитлера» Альберт Шпеер, лично проектировавший лагеря смерти. Однако, не следует забывать одной важнейшей детали: даже самый рациональный и логичный человек может принимать идиотские решения – например, из-за недостатка информации.

Именно таким идиотским решением было вторжение в Украину. Когда с осени 2021 по 24 февраля 2022 года все пытались вычислить – нападёт или не нападёт, то зачастую аналитики исходили из ошибочной предпосылки, что Путин обладает той же информацией и тем же её пониманием, что и специалисты, занимающиеся этой проблемой в мире. Что знали, скажем, украинцы? Что Украина не намерена капитулировать, что ВСУ подготовлены и готовы драться, что Россия явно не всесильна и 8 лет подряд украинцы более или менее успешно (но успешно!) ей противостояли. Что абсолютное большинство украинцев совершенно не желает «обратно в совок».

А что знал об украинцах и о себе Путин? И что, кстати, повторяли ему раз за разом окружающие, в том числе – и нынешние союзники Украины?

1. Российская армия – вторая армия в мире. Я (в смысле, Путин) вбухал в неё жуткое количество денег, часть из которых, естественно, украли всякие Шойгу (да и сам Путин приложился), но сколько там той Украины, уж на неё-то всяко хватит.

2. Запад за Украину не впишется, оружия не даст, потому что банально не успеет. Мы победим и достигнем своих тактических и стратегических целей максимум за несколько недель. Воевать за Украину точно никто не полезет.

3. Зеленский – не политик, не главнокомандующий. Он комик, занят, в основном, грызнёй с оппозицией и ни на что государственное не способен. Либо сбежит, либо сдастся.

4. Украинцы меня (Путина – прим. автора.) любят, я на это 5 миллиардов долларов потратил. Об этом мне докладывают Медведчук и ФСБ. Всё логично: в России лучше пенсии, больше зарплаты, великие, братские… ну, полный набор, в общем.

Из всех этих факторов ключевым, пожалуй, является мысль о том, что Путин просчитывал потенциальную реакцию Запада, её предсказуемость и беззубость. К слову, некоторые аналитики писали, что на Путина в этом отношении весьма повлиял «страх Запада перед пандемией» — это вполне возможно. Но он ошибся, причём в каждом из 4 перечисленных пунктов. Многие недооценили уровень разрушения системы обратной связи в России. Мы не очень-то понимали (сейчас понимаем постфактум), насколько Путин оказался изолирован в своём ковидном бункере. И в какой параллельной информационной реальности он жил. В последние месяцы можно видеть, что он пытается преодолеть эту изоляцию – но об этом позже.

«Бойтесь меня, а то я сам вас боюсь»

По стилю своего поведения Путин – стандартный, ничем не отличающийся от тысяч своих братьев по духу гопник. По определению, гопник – трус. Любой гопник – трус, который боится силы и, скорее, сбежит от драки, чем кинется в драку – если только не будет знать наверняка, что противник безнадёжно слаб и помощи ему ждать неоткуда. Гопник хватает, что плохо лежит, по принципу «дают – бери, а бьют – беги». Так было с Крымом: его «плохолежание» готовилось с 2006 года, и аннексия была совершена именно в момент наибольшей слабости Украины. А вот перед силой он пасовал и пасует: в 2016 в Сирии, когда «непобедимая» Россия шагала-шагала по разрушенной стране и вдруг случайно шагнула за черту турецких интересов. Турки сбили два российских истребителя, российский пилот погиб… было сказано много громких слов про «мы отомстим и мстя наша страшна», на пару месяцев запретили импорт турецких помидоров, но, по факту – Путин съел приличный кусок того, что прячет в свой «неядерный» чемоданчик. Дал заднюю перед Эрдоганом, когда понял, что эскалация обойдётся ему куда как дорого.

2008 год. Быстро и радостно двигаясь в сторону Тбилиси (в условиях военного преимущества перед грузинской армией примерно 25:1), Россия мгновенно сворачивает операцию, стоит только американцам просто заинтересоваться сложившейся ситуацией.

2015 год, Дебальцево. После того, как российские войска вломились на украинскую территорию без всякой «гибридности», но знатно получили по мозгам от ВСУ плюс недвусмысленные предупреждения о введении «санкций из ада» — Путин очень быстро пошёл путём Минска. Правда, следует заметить, что украинская армия не обладала на тот момент, пожалуй, и десятой долей нынешней силы, так что ситуация сложилась патовая для обеих сторон.

И так – все 20 лет его позорного правления. Постоянные территориальные (!) уступки Китаю. Россия один за другим отдаёт острова на реке Амур под предлогом «изменения акватории». Не спорит, просто отдаёт. Что-то около 10 островов на данный момент, точно не припомню. Перечислять подобное можно и дальше, но смысл один: Путин всё время даёт задний ход, стоит ему более-менее ощутимо получить по морде. Иногда возвращается, но идти до конца – не его стиль. Потом его пропаганда может рассказать, что «мы ещё вернёмся» или «да мы ещё не начинали», но суть в том, что всегда и везде они откатывались, получив отпор. Как и надлежит гопоте.

«Дяденька не бей!»

По совершенно открытой информации на сегодня, Пентагон передал вполне прямой и недвусмысленный привет командованию РФ и лично Путину, проинформировав, что Россия может ожидать весьма неприятного ответа в случае применения даже тактического ядерного оружия по Украине. Байден использовал более осторожные и дипломатичные формулировки, но после уже введённых санкций, после восьмого пакета, который только ожидается, после закона о ленд-лизе для Украины Путин может сообразить, что Запад, против его ожидания, решил бить больно и готов бить ещё больнее. Конечно, наверняка нельзя знать – как именно готовы США врезать по России в случае этого самого применения ЯО, но проблема для Путина заключается в том, что, после уже использованных Западом инструментов, он не может быть уверен, что не врежут. И окружение его этого знать не может. А особенность ЯО в том и заключается, что, даже, если ты не слишком веришь, что на твою ядерную атаку тебе ответят, разрушительная сила атомной бомбы компенсирует низкую вероятность её применения. Атомная бомба – это очень, ОЧЕНЬ страшно. Какие мотивы для США, в случае ядерного удара по Украине, «вписаться» за неё? Прямые, причём с Украиной, как таковой, они имеют мало общего. Просто никому не хочется открывать ящик Пандоры: если некая ядерная держава безнаказанно применит своё ЯО против неядерной – то завтра десятки неядерных стран станут да-ядерными. Из чувства самосохранения. Да и, как видим, уверенность в том, что «Запад кинет Украину», абсолютно не оправдалась. Так что Путин уже информирован о возможных последствиях ядерного удара. В идеальном варианте, в случае применения российского ЯО по Украине, технологическое и материальное превосходство НАТО над теперь уже бывшей «второй армией мира» таково, что Россия может потерпеть поражение почти мгновенно, с относительно небольшими для подобного конфликта потерями для Запада.

Единственная естественная политическая цель Путина и его окружения – сохранение, цементирование и преумножение собственной власти. Как и любой политический хамелеон и оппортунист, он видоизменяется в своём поведении, в зависимости от текущей необходимости, того или иного формата политического существования. Это не менялось и не меняется. Он строит себе дворцы – его окружение строит себе дворцы. Каждый из ключевых персонажей путинского режима – Медведев, Патрушев, Шойгу, Володин, Кадыров – позиционируют себя как российскую имперскую аристократию (Кадыров – с исламским уклоном) и наслаждается этим. Среди путинского бомонда нет ни единого «бессребреника», фанатика, готового положить на алтарь величия свой достаток и свою жизнь. Они вообще – не про фанатизм. Даже их религиозный лидер, патриарх Кирилл Гундяев – это символ безудержной роскоши, коррупции и открытого лицемерия, а не религиозного фанатизма. Это даже не Иран. Фактическая мотивация нападения на Украину не совпадает с задекларированными целями. Он может «продавать» на публику что угодно – хоть возрождение империи, хоть денацификацию и демилитаризацию, но в первую очередь, цель этой войны, невзирая на явный маразм ситуации – лёгкая победа, «маленькая победоносная война», позволяющая закрепить свою власть в своей стране. Потому что легитимность политического режима Путина целиком и полностью зависит от монолитности поддержки, на те самые пресловутые «148%». Аппарат насилия и подавления в данном случае может быть эффективен лишь в течение определённого срока, потом он либо откажет, либо сожрёт тех, кто их породил. И они это знают. Каждая российская агрессия на протяжении последних 15 лет следовала за резким падением рейтинга Путина.

Использовать ядерное оружие, чтобы удержать власть и богатство? Бред, это, наоборот – увеличение риска потерять всё. Рисковать ради какого-то Луганска? Командовать, грабить и наслаждаться жизнью, если ты немножечко мёртвый из-за радиации, довольно проблематично…

Освобождение освободителей

И вот тут нужно сказать, почему ни США, ни Европа никогда не скажут на официальном уровне, что их цель – уничтожение путинского режима и России в её нынешнем виде. Именно поэтому декларируется исключительно восстановление территориальной целостности Украины. Именно поэтому все крупные западные политики тщательно избегают заявлений о «трибунале для Путина». Потому что лишь в одном случае Путин и его окружение могут прийти к консенсусу «А гори оно всё огнём!» — если поймут, что вилл, комфорта и даже самой жизни больше ничто не гарантирует. Даже поражение в войне с Украиной их к этому не приведёт, а вот применение оружия массового уничтожения – приведёт, причём с большой долей вероятности. И проверять это после сокрушительного фиаско в феврале он вряд ли готов. А Запад, со своей стороны, не решится требовать от Путина и России «капитуляции». Но она и не понадобится.

В данный момент, Путин со всей очевидностью «вышел из бункера», так как ему не очень-то понравилось отличие реальности от докладов в папочках. Он ездит по миру. Он общается с людьми. Он пытается повлиять на ситуацию лично. За последние три месяца Путин провёл больше встреч за пределами России, чем за предыдущие несколько лет. Понятно, что он ищет ресурсы для войны, так как свои уже «показали дно», но дело ещё и в том, что ему приходится очень много пояснять, в том числе, и своим партнёрам – почему всё так плохо?

Он многим встал поперёк дороги, многим сломал их собственные планы. Китай уже не может так спокойно планировать свою кампанию давления на Тайвань. Если раньше окно возможностей договориться с США по модели Гонконга теоретически сохранялось, то теперь после того, как русский медведь влез с лапами в Украину – оно закрылось. Кроме того, ни Индия, ни Китай не заинтересованы в превращении Европы и Америки в радиоактивный пепел или даже в гипотетическом сценарии подобного катаклизма. Потому что тогда их самих тоже ждёт мгновенный крах – пусть лишь экономический. Поэтому России сейчас, в первую очередь, приходится решать задачу стабилизации своего положения, а вроде бы союзники смотрят на неё со всё возрастающей укоризной – мол, ты что творишь-то? Путин в своё время выдвинул теорию «управляемого хаоса», где в бурном море мировых событий разной степени гнусности утёсом возвышается Россия – «неопалимая купина», подбавляя всем проблем и оставаясь бастионом незыблемой стабильности. В реальности, всё получилось с точностью до наоборот… А самому жить в хаосе Путину совершенно не подходит: выстроенная им система, в отличие от демократической – не гибка, она не в состоянии адаптироваться.

Чтобы преодолеть эту некомфортную ситуацию, ему нужно стабилизировать её и сделать более предсказуемой, причём именно для себя. Стабилизировать, скажем, на фронте – и в ход идёт абсолютно дурацкая, неэффективная и неподготовленная «частичная» мобилизация, чтобы заткнуть пушечным мясом огромные фронтовые прорехи, появившиеся в результате украинского Харьковского наступления. Но для Путина она — способ краткосрочно приостановить распространение пожара. Ему нужно успеть стабилизировать настроения внутри страны, так что дальше можно ожидать новую волну репрессий. И нет смысла легкомысленно повторять, что «русские не способны на протест». Российские либералы – не способны. Но боится он не либералов, они, в мироощущении гопника – очкарики, интеллигенты гнилые. Боится он совсем других людей – и именно поэтому мобилизация на Северном Кавказе, например, по сути, вообще не состоялась: Кадыров сказал, что, мол «и так уже перевыполнил все планы», а дагестанцы попросту перекрыли автотрассы и пути железнодорожного сообщения, причём совершенно безнаказанно. И не зря Адам Делимханов, правая рука Кадырова, уже успел заявить, что Чечне нужна, мол, собственная система ПВО.

Во внешнем мире Путину необходимо стабилизировать отношения хотя бы с Китаем, Индией, арабским Ближним Востоком. И сейчас либо даже в перспективе продолжения украинского наступления, использовать оружие массового поражения – это погрузить свою систему в состояние ещё большей нестабильности.

«Продолжайте бояться»

Путин и его окружение лгут и дезинформируют всегда. Это – лучшее, что они научились делать, это – их настоящее оружие массового поражения. Сейчас они очень хотят, чтобы все верили в возможность ядерного удара. Чтобы украинцы и их союзники тряслись, паниковали и боялись слишком уж раздразнить «медведя». Именно в этом заключается основная цель грозных заявлений всех этих деятелей, включая самого Путина. Когда они собираются в самом деле что-то совершить – они врут, что не собираются. Как врали, что не намерены нападать на Украину. Опровергали, проплачивали рекламные кампании, поднимали «в ружьё» ботофермы. И, кстати, так же было и с мобилизацией. И с аннексией Крыма. И со вторжением на Донбасс в августе 2014 и в январе 2015. Путин врал даже о своём участии в выборах 2012 года. Потому что дезинформация, блеф и пропаганда – это, пожалуй, единственное, в чём эти ребята профессиональны. Они всю свою систему на этом выстроили.

Так что, если Маргарита Симоньян, Владимир Соловьёв и Дмитрий Медведев чуть ли не одновременно выступают с рассказами о «ядерной пыли» и времени подлёта «мультяшных» (потому что вживую их так никому и не продемонстрировали) сверхзвуковых ракет к европейским столицам – это с огромной долей вероятности означает, что таких ракет у них нет и применить ЯО они не решатся.

Путин не живёт в вакууме. Он это понимает и его окружение понимает это ещё лучше. И у него, этого окружения, вполне могут быть планы на «после Путина». Скажем, договориться с Западом – тем более, что и США, и союзники оставляют это «окно возможностей». Всегда. И для его олигархов, и даже для него самого. Кроме того, они могут договориться с Востоком. Это «коллективный Путин» тоже держит в голове.

Так что, пожалуй, даже если конкретный Путин вдруг решит, что нажать на пресловутую кнопку – вполне себе неплохая идея, то «коллективному Путину» это может сильно не понравиться. Ещё меньше шансов, что это понравится всей командной цепочке, в которой каждое звено – важно и может прервать процесс запуска. Акела уже один раз капитально промахнулся – 24 февраля 2022 года. И теперь пытается как-то разрулить ситуацию, отступить с чем-то, что хотя бы дикими пропагандистскими усилиями можно «продать» за победу, минимизировать потери или нарисовать картинку успешно завершённой войны. И, чтобы Акела совершил ещё один прыжок после этого прыжка в лужу – должна быть согласна вся стая. Причём не только на словах. Потому что жить и хорошо жить, вкусно есть, сладко спать и помыкать рабами – это в планах окружения на время «после Путина». А ядерный конфликт такого развития событий не предусматривает.

Мы все готовимся к различным сценариям, даже к наихудшим. Но уровень нашей тревоги должен быть таким же, как и уровень тревоги по поводу перехода улицы по «зебре» — всё вроде правильно, но не исключено, что из-за поворота выскочит лихач. Так что – позвольте необходимый дисклеймер. Если к моменту публикации этого материала его некому будет прочесть, некому будет написать новый и издать… что ж, значит, автор ошибся.

Добавить комментарий

Заполните поля или щелкните по значку, чтобы оставить свой комментарий:

Логотип WordPress.com

Для комментария используется ваша учётная запись WordPress.com. Выход /  Изменить )

Фотография Twitter

Для комментария используется ваша учётная запись Twitter. Выход /  Изменить )

Фотография Facebook

Для комментария используется ваша учётная запись Facebook. Выход /  Изменить )

Connecting to %s