САМАЯ ПЕРВАЯ ЛЕДИ ИЗРАИЛЯ

Опубликовал(а)

В израильском городе Реховот на территории научно-исследовательского института, который носит имя первого президента государства Израиль Хаима Вейцмана, находится его дом-музей. До того, как стать местом сохранения памяти, дом этот был жилым, и проживали в нем Хаим Вейцман и его супруга – Вера – врач и активный деятель сионистского движения. Хозяйке этого дома исполнилось 140 лет со дня ее рождения. А из жизни она ушла 55 лет назад.

Родилась она в российском городе Ростове-на-Дону, в еврейской семье Исайи и Феодосии Хацман (Кацман), и получила при рождении имя Ребекка. Ее отец был кантонистом — так называли еврейских детей-рекрутов, которых принудительно забирали на службу в царскую армию, продолжавшуюся, ни много, ни мало, четверть века. Исайя Хацман участвовал в Крымской войне. Привилегией для кантонистов, отслуживших этот срок, являлось то, что им предоставляли право селиться за чертой оседлости. Хацман женился на Феодосии, которая выросла в Воронеже. На момент бракосочетания невеста была на 25 лет моложе жениха. Исайя стал оптовым торговцем одеждой, и жили супруги богато, что позволяло им держать в доме прислугу. Семья поддерживала иудейские традиции, но не строго. Только двое сыновей Хацманов получили еврейское образование, а вот ни одна из пяти дочерей не обучалась ни ивриту, ни языку идиш. Ничего толком не знали они и об истории своего народа. Но четыре сестры, тем не менее, выросли образованными (в светском понимании), и только самая старшая, выйдя замуж в 17 лет, погрузилась в семейные дела, и ей было не до учебы. Что же касается Веры (будем называть ее уже так), то в пятилетнем возрасте ее отправили во франкоязычный (не как-нибудь!) детский сад, а через 4 года она была зачислена в Мариинскую Императорскую гимназию. Кроме того, девушка-подросток изучала музыку в Ростовской Консерватории — до того, как в 14 лет выбрала своей профессией медицину, хотя в то время медицинская наука не считалась подходящей для девушки. Готовясь к поступлению в мединститут, Вера занималась латынью с частным репетитором. Когда ей исполнилось 18, родители решили отправить ее в Женеву.

Хаим Вейцман и Вера Кацман 1904 год

Но не учебой единой. В этом швейцарском городе, кроме всего прочего, в те годы функционировал Еврейский студенческий клуб. В нем проводились разнообразные политические мероприятия, включая, кстати сказать, вербовку еврейских студентов в ряды российских социал-демократов, бундовцев и сионистов. В клубе этом состоялась встреча Веры и Хаима Вейцмана. Хаим уже был помолвлен с другой девушкой, но начал ухаживать за Верой, и в 1906 году они поженились. Свадьба состоялась в польском городе Сопот, на территории тогдашней Германской империи. Справедливости ради нужно сказать, что Хаим к женщинам был неравнодушен, оставшись таким и после женитьбы, но главной и подлинной его страстью был сионизм.

В 1907 у Вейцманов появился на свет первенец Биньямин (Бенджамин). Три года спустя Вера получила британское гражданство. В 1913 году она успешно сдала там медицинский экзамен, после того как изучала медицину в течение двух лет в Манчестере — в дополнение к знаниям, полученным ею в Женеве. Она начала работать врачом в бедных районах этого английского города, где вскоре уже руководила семью клиниками для беременных женщин и для младенцев, в возрасте до одного года. Позже получила постоянное место в государственной клинике. Деятельность Веры Вейцман сосредоточилась, в первую очередь, на разработке передовых методов контроля здоровья новорожденных и режима их питания. По роду занятий ей довелось познакомиться с Чарльзом Скоттом, редактором издания «Manchester Guardian»», которому она, в свою очередь, представила мужа. Это знакомство позже помогло Хаиму Вейцману встретиться (что было весьма важным) с Ллойдом Джорджем, влиятельным британским политиком, премьер-министром Великобритании в период с 1916 по 1922 годы. Большое влияние оказал Вейцман на лорда Артура Джеймса Бальфура, занявшего в период с 1916 по 1919 годы пост министра иностранных дел Великобритании. Широкую известность получил диалог, состоявшийся между Вейцманом и Бальфуром, который не мог тогда понять причин резкого неприятия Вейцманом дискутировавшегося плана переселения евреев в Уганду. «Я тогда сказал ему, — вспоминал Хаим Вейцман: «Господин Бальфур, если бы я предложил вам Париж вместо Лондона, вы согласились бы?». Он помолчал, посмотрел на меня и ответил: «Но, доктор Вейцман, Лондон у нас есть». «Верно, сказал я. — Но Иерусалим у нас был, когда на месте Лондона были ещё болота». Прошло время, и вошедшая в историю «Декларация Бальфура» выразила благосклонное отношение британского правительства к восстановлению еврейского национального очага в Палестине и подтвердила намерение Британии приложить все усилия для достижения этой цели.

Но мы опередили события. В 1916 году Вейцманы переехали из Манчестера в Лондон, где в ноябре того же года у семейной четы родился второй сын – Михаэль (Майкл). Вера Вейцман все больше втягивалась в сионистское движение, проникаясь его идеями. Этому способствовало, конечно же, то, что в 1917 году Сионистская федерация Великобритании, президентом которой был избран Хаим Вейцман, учредила женский комитет, чтобы привлечь представительниц слабого пола к активному участию к практической реализации планов федерации. Одним из шести членов женского комитета была избрана Вера Вейцман. Вера и еще две активистки женского комитета выступили в 1920 году основателями самостоятельной структуры, получившей название «WIZO» («ВИЦО»). В ее состав вошли 12 организаций, имевших в своих рядах женщин, обладавших уже опытом общественной деятельности — как в еврейских общинах, так и вне.

В 1919 году Вера, вместе с еще двумя женами лидеров британского сионистского движения, отправилась в Палестину, чтобы ознакомиться с положением женщин и детей в еврейском ишуве. Еще до этой поездки, предполагалось организовать сбор пожертвований в пользу еврейских женщин и детей в Эрец-Исраэль. Условия жизни и труда в поселениях Палестины были, и это общеизвестно, тяжелыми, и утвердили участниц поездки во мнении о том, что помощь подругам, приехавшим на землю предков, чтобы возродить ее к новой жизни, необходимо оказать значительную и безотлагательно. Однако, и это явствует из воспоминаний Хаима Вейцмана, к вопросу о роли мужчин и женщин в обществе Вера не подходила с революционных позиций. Борьба за равенство во всем, которую вели представительницы слабого пола, представлялась ей не оправданной, ибо не учитывала физиологических и психологически различий между полами. Как врач, Вера Вейцман (и ее можно было понять), всерьез опасалась того, что участие женщин, наравне с мужчинами, в нелегком физическом труде, привнесет в жизнь негативный дух отрицания дамами своей женственности, и, кроме того, снятие физических ограничений повлечет за собой реальную угрозу женскому здоровью. С другой стороны, и эту точку зрения уж точно разделял Хаим Вейцман, проблемой, которую нужно было решать, являлось почти полное отсутствие в Палестине профессиональных курсов обучения для женщин, которые позволяли бы им осваивать специальности, необходимые для деятельного участия в развитии экономики еврейского ишува. Позднее Вера Вейцман писала: «Картина, которая открылась перед нами в еврейских поселениях Палестины, вызвала у нас тревогу и глубокую озабоченность. Но она подсказала нам и конкретные направления действий. Это повлияло и на решение создать женскую организацию, которой было бы по силам сыграть большую роль в решении проблем, с которыми мы столкнулись в Палестине». Надо понимать, что Вера и еще две ее единомышленницы, прибыли с ознакомительной поездкой в Эрец-Исраэль из Великобритании, где женщины на тот момент добились и определенных прав, и соответствующего им положения в обществе, и ощутимый контраст между британскими реалиями и тем, что они увидели в Палестине, усилил эмоциональное восприятие. 11 июля 1920 года на первой сионистской конференции, состоявшейся после Первой мировой войны, было инициировано создание Международной сионистской организации женщин с участием представительниц Палестины, Великобритании, Германии, Польши, Нидерландов, России и Южной Африки. Причем, центральный офис решено было открыть в Палестине, но разделить основную работу между всемирным центром и Лондоном. Со временем в еврейских общинах по всему миру открылось множество региональных и местных отделений организации «WIZO». Их основной целью стал сбор средств в форме членских взносов и пожертвований для реализации проектов, направленных на улучшение положения еврейских женщин в Палестине. Президентом новой организации была избрана Ребекка Зив, а Вере Вейцман и Генриетте Ирвелл поручено было выполнять функции казначеев. В этой роли Вера побывала в еврейских общинах многих стран. Она являлась членом Исполнительного комитета «WIZO», и уже в таком качестве, посетила Палестину во второй раз — в 1925 году, приняв участие в церемонии открытия Еврейского университета в Иерусалиме. Забегая вперед, укажем: руководящие посты в организации «WIZO» Вера занимала на протяжении 40 лет. О Ребекке (Ривке) Доре Зив стоит тоже сказать несколько слов. Эта известная общественная деятельница и филантроп, вместе со своим мужем, лордом Исраэлем Зивом, вложила много сил и средств в создание и становление в Палестине еврейского государства. А «загорелась» она сионистской идеей, как впоследствии рассказывала, услышав однажды пламенную речь Хаима Вейцмана. Впоследствии Ребекка стала не только соратницей Веры Вейцман, но и близкой ее подругой.

Исследовательский институт, о котором мы упомянули в самом начале этой статьи, основали в Реховоте в апреле 1934 года, при активном участии Хаима Вейцмана, Ребекка и Исраэль Зив — в память об их сыне, который погиб при трагических обстоятельствах. С 1932 года Вейцман занимал должность его директора. В 1949 году институту было присвоено имя Хаима Вейцмана, который, как известно, был не только политическим и государственным деятелем, но даровитым ученым-химиком. Этот институт стал главным исследовательским центром в области естественных наук в Израиле. Поселившись в Палестине, Вейцманы поначалу жили в небольшом доме, который был арендован ими – на время, пока они не построят свой дом, и не въедут в него. Дом этот, спроектированный архитектором Эриком Мендельсоном, был построен на деньги супругов в Реховоте. Но, едва переступив его порог, Хаим и Вера были отозваны по неотложным делам в Лондон, и дела эти продлились до 1944 года. Окончательно Вейцманы переехали на жительство в Эрец-Исраэль лишь после окончания Второй Мировой войны.

Супруги на Маккабиаде – еврейских спортивных играх в 1935 году

Ранее, в 1937 году, старший сын Вейцманов Биньямин женился на Мейди Померанц, и у них родился сын, названный Дэвидом. Второй сын Хаима и Веры — Михаэль — вступил в Королевские военно-воздушные силы Британии, и во время войны служил пилотом. В феврале 1940 года во время морского боя с немецкими подводными лодками у побережья Франции, его самолет сбили фашисты, он упал в море. Михаэль был объявлен пропавшим без вести. Чтобы справиться со своей болью, Вера Вейцман вызвалась на добровольных началах работать врачом в одном из приютов «Красного Креста». После начала Второй мировой войны Вера создала в Великобритании отделение сионистской организации «Молодежная алия». Организация эта занималась спасением еврейских детей и молодежи от нацистов. Их вывозили в Палестину и селили в кибуцах и создававшихся молодежных деревнях. Активистам организации удалось спасти около 22 тысяч юных собратьев из Европы и открыть им, таким образом, дорогу в будущее.

Когда Вейцманы возвратились в Палестину, Вера присоединялась к Хаиму во время его многочисленных поездок по территории Эрец-Исраэль. Они посетили еврейские поселения и оборудованный англичанами лагерь для «маапилим» («нелегальных иммигрантов») в Атлите. Вера сопровождала мужа и на его встречах с представителями британских мандатных властей в Палестине. В июле 1947 года, когда власти, ограничивавшие еврейскую репатриацию в Палестину, предоставили разрешения на въезд лишь 500 детям из числа находившихся в лагере для задержанных на Кипре (после насильственного возвращения назад 4500 эмигрантов, плывших на борту корабля «Эксодус» к берегам Палестины), Вера Вейцман написала письмо редактору издания «Palestine Post». В обращении содержалось требование: дать разрешение на то, чтобы с Кипра были привезены все 2000 детей, которые там находились, а не только те 500, получившие визы от британцев.

Супруги в Лондоне. Фото 1939 года
Вера Вейцман посещает учреждение организации «ВИЦО» в Реховоте. 1946 год.

Когда Хаим Вейцман был избран президентом созданного Государства Израиль, Вера стала «Первой леди». Это наложило на нее дополнительные обязанности, и моральные – не в последнюю очередь. Она вызвалась участвовать в лечении и реабилитации бойцов, получивших ранения в Войне за Независимость. С помощью доктора Хаима Шибы Вера собрала средства и для создания реабилитационного отделения в больнице «Тель ха-шомер», директором которой был назначен доктор Шиба (его имя ныне носит этой крупный медицинский центр). Другое отделение реабилитации было создано по инициативе и при участии Веры Вейцман в Нагарии.

Дом Хаима и Веры в Реховоте
Здание архива Хаима Вейцмана

После смерти мужа в 1952 году, Вера приложила усилия к созданию Архива Хаима Вейцмана. С 1978 года в доме Вейцманов действует музей. В конце 90-х годов в нём были проведены реставрационные работы — под руководством архитектора Гилеля Шокена. Вера также содействовала созданию и становлению израильской службы экстренной медицинской помощи «Маген Давид Адом». В меру сил и возможностей, она поддерживала деятельность десятков благотворительных организаций. В 1954 году Вера Вейцман успешно провела кампанию по сбору средств в Южной Америке, распространяя выпущенные израильские облигации и принимая пожертвования для развития Института имени Хаима Вейцмана. Побывав в Аргентине, Чили и Бразилии, она затем отправилась в Россию, которую покинула 40 лет назад.

Могила супругов Вейцман

Вера скончалась, дожив до 84 лет, 24 сентября 1966 года, и была похоронена рядом с мужем в Реховоте. После ее смерти, их дом в этом городе стал национальным памятником. А в Ростове-на-Дону можно увидеть другой дом, в котором проживала семья самой первой леди Израиля. В 2019 году здание было отреставрировано — силами добровольцев российского общественного движения за сохранение ценного исторического наследия. На стене этого дома установлена мемориальная доска. Но народная мудрость (надо полагать, относится это к любому народу) гласит: «Лучшая память о человеке – его дела. Были у Веры и свои недостатки, связанные с ее неуступчивым характером и повышенной требовательностью. И отношения ее с мужем, в силу многих причин, не были идеальными. Но все мы – люди, и ничто человеческое нам не чуждо.

Мемориальная доска на доме, где жила семья Веры в Ростове на-Дону

Добавить комментарий

Заполните поля или щелкните по значку, чтобы оставить свой комментарий:

Логотип WordPress.com

Для комментария используется ваша учётная запись WordPress.com. Выход /  Изменить )

Google photo

Для комментария используется ваша учётная запись Google. Выход /  Изменить )

Фотография Twitter

Для комментария используется ваша учётная запись Twitter. Выход /  Изменить )

Фотография Facebook

Для комментария используется ваша учётная запись Facebook. Выход /  Изменить )

Connecting to %s