АФГАНСКИЕ ЖЕНЩИНЫ: «МОЙ ДОМ – МОЯ ТЮРЬМА»

Опубликовал(а)

С момента захвата власти в Афганистане исламистским террористическим движением «Талибан» прошло уже больше месяца. Талибы пообещали смягчить свои притеснения в отношении женщин, в соответствии с «исламскими ценностями» — разрешить им работать и получать образование. Но пока что всё наоборот: женщинам прямо приказали оставаться дома, если только некие совершенно чрезвычайные обстоятельства не требуют их присутствия где-нибудь ещё.

Целый ряд западных информационных агентств, рискнувших отправить в захваченный «Талибаном» Афганистан своих корреспондентов, в один голос утверждают, что афганские женщины настолько напуганы, что и сами неделями боятся выйти из дому. Они ожидают повторения сценария 20-летней давности, когда женщину могли избить или даже убить на улице за «неправильную» паранджу или посадить в тюрьму за проезд в такси без мужского сопровождения. Их опасения разделяют международные организации, утверждающие, что во многих афганских провинциях талибы прямо запрещают девочкам посещать школы, а женщинам – выходить из дома.

Приказано – поддерживать!

11 сентября около трёх сотен женщин, закутанных в паранджи с головы до пят, собрались на митинг в поддержку «Талибана» в одной из аудиторий государственного университета Кабула. Помещение не то охраняли, не то сторожили классические бородатые боевики с автоматами, под недвусмысленным прицелом которых собравшиеся быстренько проголосовали за принятие резолюции, где, в частности, было заявлено о том, что «свободные женщины Афганистана» безоговорочно признают новую власть, чувствуют себя в абсолютной безопасности под управлением талибов, а также гневно осуждают Запад и тех, кто не желает придерживаться истинно исламского дресс-кода. «Женщины, покинувшие Афганистан, не могут нас представлять» — такую табличку держала в руках одна из участниц этого собрания, отчёт о котором «Талибан» охотно распространил по международным информационным каналам.

Впрочем, вряд ли эти три сотни несчастных сами представляли кого-либо, даже самих себя. И им самим, и иным женщинам в Афганистане приходится куда как тяжко: многие молодые девушки тайком рассказывают корреспондентам, что неделями не выходят из дома просто потому, что насмерть перепуганы. «Я не знаю, что станет со мной и с моей роднёй, — жалуется журналисту британской BBC 17-летняя Сюзан, живущая на окраине Кабула. – Мне постоянно снятся кошмары, сейчас мы переживаем то, что пережили наши родители двадцать лет назад». Своё интервью она дала, естественно, не «вживую», а по мессенджеру – Интернет в Афганистане ещё не отключили. Её ситуация усугубляется ещё тем, что семья её принадлежит к хазарейцам — народу монгольского происхождения, которых пуштуны-талибы в 1998 году жестоко преследовали. Она несколько раз упомянула своего отца – тот служил в армии, дрался с «Талибаном», а теперь от него уже несколько месяцев – ни весточки.

Главное – пообещать

«Талибан» правил в Афганистане с 1996 по 2001 год, насаждая законы шариата в их особенно жёсткой или, как утверждают сами талибы, «чистой» трактовке. Девочки старше 8 лет не имели права посещать школу, женщинам было запрещено работать (за исключением сферы охраны здоровья) и выходить на улицу без сопровождения близкого родственника мужского пола (при этом они были обязаны носить глухую паранджу). За супружескую измену их насмерть забивали камнями.

В докладе Human Rights Watch о ситуации в Афганистане в 2001 году содержатся показания женщины, которую боевики «Талибана» избили прикладами на глазах у её ребёнка за то, что отверстия для глаз в её парандже были «слишком широкими». Сотрудники так называемой «полиции морали» (специального подразделения, которое следило за соблюдением законов шариата от имени власти – сейчас оно воссоздаётся в каждом захваченном афганском городе и селении) имели право избить женщину кнутом за то, что у неё, например, были «не те» носки или за то, что она чуть-чуть приоткрыла лицо. В некоторых случаях за несоблюдение их правил (скажем, за проезд в такси без мужского сопровождения или за одежду, подчёркивающую фигуру) женщина могла оказаться за решёткой.

Жёсткие правила дресс-кода касались всех без исключения, в частности – врачей. Из того же доклада следует, например, что администратор одной из провинциальных больниц приказал женщине-хирургу надеть чадру (вместо специального головного убора» в разгар операции.

С приходом к власти в августе 2021 года, «Талибан» заявил о «смягчении» своей позиции: боевики пообещали, что будут уважать права женщин, «согласно с афганскими нормами и исламскими ценностями» (хотя, следует заметить – до сих пор непонятно, что именно это должно означать на практике, в интерпретации талибов, расценивающих многие нынешние исламские нормы, как «извращение ислама»), а также позволят им учиться и работать. В подтверждение своих слов талибы, как и 20 лет назад, призвали женщин-медиков вернуться на рабочие места, а также заговорили об участии женщин в новом правительстве. В августе телеведущая Бехешти Арганда взяла «живое» интервью у представителя командования «Талибана»: это произошло впервые после захвата власти боевиками. Тогда многие говорили, что это могло стать первым сигналом, что талибы и в самом деле смягчили свою позицию. Но в скором времени после этого, опасаясь за свою жизнь, 24-летняя журналистка покинула Афганистан, а ближневосточные СМИ писали о том, что её коллегам-женщинам полностью запретили выходить в эфир.

19 сентября талибы приказали женщинам, работавшим в кабульском муниципалитете, больше не приходить на работу, если их обязанности могут выполнять мужчины. Любые попытки женщин заявить о своих правах встречают жёсткий отпор: от вооружённого разгона женских демонстраций (несколько попыток их проведения были зарегистрированы в Кабуле) до тотального запрета подобных акций: талибы мотивируют это тем, что «стране сейчас не до протестов». «Талибан» расформировал министерство по делам женщин, заменив его министерством по распространению добродетели и искоренению порока. Оно уже имелось 20 лет назад – именно оно писало жесточайшие правила поведения женщин, изобретало для них всё новые ограничения и распоряжалось той самой «полицией морали» с кнутами и автоматами…

Надежда умирает последней?

Так что обещаниям талибов пока что – грош цена. Несмотря на то, что они вроде бы разрешили женщинам-медикам вернуться на рабочие места, те просто боятся выходить на работу: слишком много носится слухов и появляется реальная информации о жестоких расправах над мирными жителями по всей стране. «Неделю назад талибы избили женщину-врача в Мазари-Шарифе, — рассказывает Хатима, медик из Кабула, — три дня назад около нашего дома застрелили женщину, вообще непонятно, по какой причине. Когда я впервые за месяц вышла на улицу, у дороги валялся труп мужчины, никто не убрал тело, оно уже разложилось. Жуткая картина». Хатима воспитывает двух маленьких детей и уверена: чувствовать себя в безопасности сейчас можно лишь за пределами страны.

Ещё одна «уступка»: новая власть позволила афганским женщинам получать образование – правда, на своих условиях. А именно: согласно с новыми правилами, женщины смогут посещать занятия отдельно от мужчин, при этом они обязаны сурово придерживаться дресс-кода, «соответствующего традициям ислама». Однако, острая нехватка женщин-педагогов, перебои с зарплатами и блокирование международной помощи, которая в значительной степени покрывала затраты на образование в Афганистане, могут весьма усложнить доступ женщин к высшему образованию, — предупреждают правозащитные организации.

Талибы обещали также не препятствовать получению образования девочками, но уже 18 сентября официальный представитель новой власти Забихуда Муджахид (фамилия, скорее всего, вымышленная) заявил, что в новом учебном году в школы смогут вернуться лишь учителя-мужчины, а также ученики-мальчики. Боевики подчеркнули, что планы возвращения девочек в классы у правительства имеются, но правозащитники полагают, что на практике за парты будет допущено лишь какое-то незначительное число девочек – «для картинки», да и те – не старше восьми лет. Для остальных школьные двери окажутся запертыми. Правда, политика начального и среднего образования от провинции к провинции может варьироваться.

«Сегодня представитель «Талибана» говорит, что позволяет учиться девочкам вплоть до шестого класса. Завтра на его место придёт какой-нибудь другой представитель «Талибана», которому идея образования для девочек может не понравиться в принципе, — приводит Human Rights Watch слова одного из педагогов из провинции Вардак.

По мнению специалистов по культуре Ислама и по Ближнему Востоку, в культуре талибов (которая во многом отличается от общепринятой культуры Ислама) нет основополагающего уважения к женщинам, однако острый недостаток денежных средств и глубокий экономический кризис могут заставить эту группировку, как минимум, сделать вид, что она допускает женское образование. По крайней мере, на этот раз лидеры «Талибана», пусть только на словах, но обращают внимание на окружающий мир гораздо больше, чем в 1990-е. У них имеются серьёзные финансовые проблемы и желание решить их за счёт «гуманитарной помощи» щедрого Запада. Если будут отмечены некие совершенно вопиющие случаи жестокого обращения с женщинами – то тогда даже Китаю и России будет трудно сотрудничать с этим режимом в экономической сфере и размораживать их деньги.

Добавить комментарий

Заполните поля или щелкните по значку, чтобы оставить свой комментарий:

Логотип WordPress.com

Для комментария используется ваша учётная запись WordPress.com. Выход /  Изменить )

Google photo

Для комментария используется ваша учётная запись Google. Выход /  Изменить )

Фотография Twitter

Для комментария используется ваша учётная запись Twitter. Выход /  Изменить )

Фотография Facebook

Для комментария используется ваша учётная запись Facebook. Выход /  Изменить )

Connecting to %s