ЖИЗНЬ КЛЕМЕНСА КАЛИШЕРА, ОТДАННАЯ ФОТОИСКУССТВУ

Опубликовал(а)

Есть гордый девиз, тот, что стал знаменитым:

«Никто не забыт, и ничто не забыто»,

Но даже в тумане недавних времен

Немало осталось еврейских имен.

Кто, если не мы, их оттуда вернет,

Что ждет наш, теряющий память народ?

Исполнилось сто лет со дня рождения Клеменса Калишера, мастера художественной фотографии и фотожурналиста, оставившего зримый след в тех жанрах искусства, в которых, на протяжении многих десятилетий, он выступал. Но, увы, мало кто из нас, живущих сегодня, слышал об этом человеке и видел его произведения. А ведь Калишер – наш с вами современник!

Родился Клеменс в Линдау, в Баварии, в непростое для немецкого еврейства время. Когда мальчику было 12 лет, к власти в стране пришли нацисты. В ту пору семья Калишера приняла решение, которое спасло ей жизнь: не задерживаясь, покинуть Германию. Отец Клеменса – Ганс и мать Элла, забрав Клеменса и его сестру Еву, сумели через Швейцарию перебраться во Францию. Но на этом беды для семейства не закончились. В год начала Второй мировой войны Клеменс и его отец были арестованы, и их отправили в разные трудовые лагеря, потом перевозили из одного в другой, и однажды за колючей проволокой они встретились. Узники изнурительно работали, питаясь при этом почти исключительно картошкой и луком. Еле живые, истощенные, они, все же оказались на свободе, благодаря участию, которое приняла в их судьбе организация Вариана Фрая. Этот американский журналист и общественный деятель руководил, в годы Второй мировой, операциями по спасению евреев и не евреев-антифашистов на территории оккупированной гитлеровскими войсками северной части Франции. В общей сложности, спасительную помощь от Фрая и его сподвижников получили около 2.000 человек, и в их числе – Ханна Аредт, Жак Липшиц, Генрих Манн, Анна Зегерс, Лион Фейхтвангер, Ванда Ландовская и другие, чьи имена получили мировую известность. К слову, есть сведения о том, что летом 1941-го в переезде семьи Марка Шагала из Франции в США также содействовала организация Вариана Фрая. А самому Фраю помогала состоятельная американка Мэри Джейн Голд, жившая в ту пору во Франции. Она сняла большую загородную виллу вблизи Марселя, и прятала там людей, которые ожидали вывоза из города. Для них она приобретала паспорта разных стран, подкупая сотрудников иностранных консульств. Она же наладила связь с марсельскими гангстерами, которые переправляли евреев через границу по контрабандным тропам, а Мэри Джейн им за это щедро платила. Фрай попал в поле зрения вишистской полиции, но французские власти ограничились его депортацией в Соединенные Штаты. В 1995 году Вариан Фрай посмертно, кстати, одним из первых среди американских граждан, удостоился почетного звания «Праведника народов мира» — в одном ряду с Раулем Валленбергом и Оскаром Шиндлером. О героической и благородной его деятельности рассказал фильм «Список Вариана», отснятый в 2001 году.

Активисты группы Фрая переводили людей, преследовавшихся нацистами, через Пиренеи в Испанию, и они в дальнейшем обретали возможность отправляться за океан. Другими пунктами транзита становились французские колонии (остававшиеся еще таковыми и уже бывшие). Так вот, в США члены семьи Калишер (в полном уже составе) попали, отплыв из Марселя, сначала в Марокко, а оттуда в Америку, и обосновались в Балтиморе.

Начав свою американскую жизнь, Клеменс вскоре отправился в город больших возможностей – Нью-Йорк — и устроился в представительстве французского информационного агентства «Франс Пресс», старейшего мире. 20-летний Калишер трудился на копировальной машине и выполнял курьерские поручения. Иными словами, — занимался чисто технической работой. Но в один прекрасный день редакции понадобились срочные фотоснимки, а все штатные фотокорреспонденты в это время, так уж получилось, разъехались по другим, ранее полученным заданиям. И тогда выручить агентство предложили Клеменсу. Тут на память невольно приходит анекдот – о еврее, у которого поинтересовались, может ли он сыграть на скрипке. И тот невозмутимо ответил: «Не, знаю, не пробовал. Но думаю, что получится». Калишер сделал несколько фотографий и привез их в агентство. К его удивлению, снимки руководству понравились, были использованы, и стало быть, первый блин не вышел комом. Это подвигло молодого человека к профессии фотохудожника, где проявилось подлинное его дарование. Клеменс запечатлел последний рейс уходящей в бессмертие, легендарной «Нормандии». Это помогло ему в выработке своей, особой творческой концепции: вести поиски не столько ярких моментов бытия, сколько историй, представляющих не сиюминутный интерес, чтобы рассказать о них выразительным языком фотоискусства. Несмотря на молодой еще возраст, Калишер, так уж сложилась его судьба, многое в юные годы успел испытать, а личный опыт очень важен для человека, решившего полностью посвятить себя художественному творчеству. Тому, кого жизнь больно не ударяла, трудно понять сердцем других, перенесших удары судьбы, проникнуть в их внутренний мир, в глубину каждой души.

Калишер получил необходимое образование в Нью-Йорке, прослушав двухлетний курс в широко известном частном колледже «Cooper Union» («Купер Юнион»). Казалось бы, и утверждать себя на новом поприще – фотомастера – был полный смысл в «городе Большого яблока», но неожиданно для многих своих друзей, Клеменс принял решение связать дальнейшую судьбу с маленьким и тихим Стокбриджем в штате Массачусетс. Городок этот известен, как круглогодичный курорт, с давними традициями искусства. Стокбридж прославило немало замечательных личностей. Среди них – скульптор Дэниел Честер Фрэнч, наиболее известный дизайном монументальной, 170-тонной скульптуры 16-го резидента США (она установлена в мемориале Авраама Линкольна в Вашингтоне) и Норман Персевел Роквелл, художник и иллюстратор. Его музей в Стокбридже служит хранилищем 574-х оригинальных произведений искусства, созданных мастером, а также его архива и коллекции, включающей более 100 тысяч различных предметов. С Норманом Клеменс Калишер познакомился после своего переезда в 1951 году на жительство в Стокбридж, и выполнил по его просьбе серию «эталонных», как о них говорили потом, фотографий. «В чем тут смысл?» — спросите вы. А в том, что Роквелл творчески использовал работы фотографов для создания на их основе прославивших его живописных картин. И некоторые фотоснимки Калишера, в их сравнении с полотнами Роквелла, наглядно свидетельствуют об этом. Через многие десятки лет о Калишере с теплотой вспоминал сын Нормана Роквелла – Джарвис, отмечая целеустремленность Клеменса и любовь к людям, выражавшуюся в умении фотомастера разглядеть и показать зрителям лучшие их черты.

Возникает резонный вопрос: «Почему же, все-таки, Калишер выбрал полный тишины и, можно сказать, малюсенький по американским меркам, провинциальный городок, ведь он не романы собирался писать вдали от шума городского? А все дело в том, что Клеменс решил не связывать себя с той работой, которая предполагает постоянное присутствие, предпочтя труд «фрилансера», свободного художника, имеющего право предлагать (и продавать) свои произведения разным агентствам и изданиям, по собственному желанию и усмотрению. По воспоминаниям родных и друзей, человек этот был прирожденным искателем приключений, но и приключения, ели уже на то пошло, можно сказать так, искали и находили его. Наибольшую известность получила серия работ Калишера, выполненных в 1947 и 1948 годах. На этих фотографиях Клеменс запечатлел людей, прибывавших в Соединенные Штаты из лагерей для перемещенных лиц, которые, как известно, были организованы после окончания Второй мировой на территории Германии, Австрии и Италии. В них временно находились беженцы и бывшие узники лагерей смерти, пока решалась дальнейшая их судьба. Калишер и сам ведь в свое время стал вместе со своими родными вынужденным переселенцем, и о лагерных реалиях тоже знал не понаслышке. И это помогло ему создать галерею запоминающихся образов, в каждом из которых отразилась трагедия миллионов жителей Европы в годы нацизма. В их лицах можно увидеть и мрак пережитого, и свет новой надежды, с которой они впервые ступили с трапа океанских кораблей на американскую землю. Позднее эти, а также и другие значимые произведения Клеменса Калишера были включены в альбом, посвященный его творчеству, вышедший в свет под редакцией Дениса Брудна и Норберта Бунге в немецком книжном издательстве «Hatje Cantz Verlag», которое специализировалось на выпуске литературы, посвященной фотографии, искусству, архитектуре и дизайну. Касаясь темы той, минувшей войны, следует отметить: Калишеру довелось стать в свое время участником международного диалога людей, переживших Холокост, с одной стороны, и обвиненных в ответственности за него, — с другой. Главную целью этого обсуждения организаторы усматривали не только в том, чтобы вновь показать всему миру подлинную суть нацизма, пагубного для человечества, но и в том, чтобы были созданы условия, которые исключили бы возможность повторения этой беспримерной трагедии в будущем.

В 1965 году Клеменс открыл в Стокбридже «The Image Gallery» — художественную галерею, где, по задумке, наряду с его авторскими произведениями, должны были, с целью привлечения внимания общественности и поощрения творческой деятельности, выставляться работы молодых художников и представителей других видов искусства. Желание помочь другим было и оставалось характерной чертой личности Калишера на протяжении всей долгой его жизни. А самого его, с полным на то основанием, можно было называть «человеком мира». С фотокамерой на ремне, перекинутом через плечо, он побывал во многих штатах Америки, на Кубе, в Европе, в Индии. Приезжал Калишер и на историческую родину своего народа – в Израиль, не переставая в поездках удивляться, а потом – удивлять других – мастерски сделанными фотографиями. Творчество Калишера было разделено на две части. Одну из них составляла съемка, которая производилась по редакционным заданиям, и непосредственно для тех или иных агентств, издательств и печатных средств массовой информации. Другая часть состояла из того, что вызывалось личным интересом, а то и любопытством Клеменса, делалось фотомастером для души, а потом уже (частично), предлагалось для публикаций. Калишер, в разное время, активно сотрудничал с периодическими изданиями The New York Times, Newsweek, Life, Fortune, Du, The Sun, Yankee, Coronet, Country Journal, Moment, Vermont Life, In Context, Jubilee, Yes, Orion, Ploughshares, Common Ground, Architectural Forum, Places, Urban Design International, Progressive Architectural и Time magazine. И этот перечень (к тому же, не полный) свидетельствует о широком диапазоне творческих поисков Клеменса, а еще – о его неутомимости. Радость творчества, есть основания утверждать это, продлевала жизнь фотохудожника. Редактор и издатель журнала «The Sun» из Северной Каролины Сай Сафрански считал Калишера одним из лучших, если не самым лучшим из авторов, которые публиковались в этом издании за всю его историю. Если говорить о тематическом разнообразии калишеровских работ, то главными направлениями в них (кроме уже указанной нами темы памяти о Второй Мировой войне) были театральное и музыкальное искусство, архитектура, фермерские хозяйства, пейзажная и портретная фотография. Клеменса можно было встретить в театральных залах, на музыкальных фестивалях, в сельскохозяйственных поселениях, а то и просто на дорогах, ведущих в отдаленные уголки, где еще сохранилась девственная природа. Калишер подарил нам многие сотни замечательных фотографий. Одна из них, запечатлевшая маленького мальчика со щенком у подножия лестницы в Вест-Сайде, в штате Нью-Йорк, была выбрана Эдвардом Стейхенеом (Стайхеном), одним из наиболее авторитетных и влиятельных мастеров фотографии 20-го столетия, для выставки, организованной в Музее современного искусства в Нью-Йорке. Экспозиция, названная «Род человеческий» — по строчке из стихотворения трижды лауреата Пулитцеровской премии Карла Сэндберга, объехала потом 37 стран на шести континентах, и ее смогли увидеть более 9 миллионов человек. Подбор изобразительного материала для этой выставки фокусировал внимание на тех общих чертах, которые объединяют людей и культуру по всему миру. Экспозиция явилась выражением глобального представления о гуманистических началах в первое десятилетие после Второй мировой войны.

Клеменс Калишер был женат на Анджеле Воттиц, уроженке Австрии, пережившей Холокост. Она тоже эмигрировала в Соединенные Штаты. С нею Клеменс познакомился в Беркшире – не английском, а американском, расположенном в штате Массачусетс. У супругов родились две дочери – Корнелия и Таня. Клеменс дожил до 97 лет. Он скончался в Леноксе (Массачусетс) 9 июня 2018 года, продолжая вплоть до последних дней, творческую деятельность. В его галерее на улице Мэйн, 34 в Стокбридже хранятся работы, выполненные им за 70 лет – с той поры, когда он впервые взял в руки фотокамеру. Произведения мастера можно увидеть также в библиотеке Конгресса США, в «Метрополитен-музее» и Музее еврейского наследия в Нью-Йорке и в нью-йоркском Международном Центре фотографии, в «Баварском музее» в Мюнхене, в «Доме Роберта Дуано» в Париже, в Национальном музее в Турине, в «Музее Диаспоры» в Тель-Авиве и в других музейных собраниях. Среди многочисленных персональных выставок Калишера (а было и множество коллективных показов с его участием), стоит отметить состоявшиеся далеко за пределами США – в Германии, Франции, Италии и Литве. Фотографии, сделанные Клеменсом, демонстрировались в музее Холокоста в Техасе и в музеях Холокоста в Южной Африке – в Кейптауне, Дурбане и Йоханнесбурге. К слову, один из целевых грантов, полученных Калишером — от Фонда Эдвина Яффе, был выделен фотомастеру как раз для работы над темой Катастрофы европейского еврейства.

В 2014 году, еще при жизни Клеменса Калишера, в немецком Доме-музее эмиграции в Бремерхафене был организован показ работ автора, запечатлевших бывших узников лагерей смерти и подневольных рабочих, которые обретя свободу, эмигрировали в Америку. По данным музея, их на территории нынешней ФРГ после войны оказалось около восьми миллионов человек (понятное дело, не только евреев). Для 550 тысяч Бремерхафен стал транзитным пунктом на пути за океан. Кстати, среди перемещенных лиц было немало и советских граждан. Возвращаться в СССР многие из них отказались, опасаясь (и небезосновательно) репрессий со стороны коммунистических властей. Музей Беннингтона в Вермонте представил ретроспективу фотографий Калишера в 2017 году. Производить съемки в этом штате Клеменсу нравилось особенно: здешние пейзажи чем-то напоминали ему европейские, запавшие в память с детства.

Члены семьи Калишер рассказывали журналистам, что трудился Клеменс, как одержимый, был влюблен в фотоискусство и безгранично предан ему. Вместе с тем, он запомнился всем, как скромный и деликатный человек. Никого и никогда не заставлял позировать, всегда просил фотографируемых людей никак не реагировать на то, что он делает, чтобы все происходило естественным образом. А еще, по рассказу вдовы Калишера, Клеменс умудрялся держать при себе в трудовых лагерях изданный набор работ великого мастера фотографии, венгерского еврея Андре Кертеша, чье творчество произвело на юного Калишера неизгладимое впечатление. Но подражать Кертешу Калишер не пытался. Он шел своим путем, и путь этот привел его к мировой славе. Но многим еще только предстоит открыть его искусство для себя. И оно стоит того. Как говорится в подобных случаях: лучше поздно, чем никогда.

Добавить комментарий

Заполните поля или щелкните по значку, чтобы оставить свой комментарий:

Логотип WordPress.com

Для комментария используется ваша учётная запись WordPress.com. Выход /  Изменить )

Google photo

Для комментария используется ваша учётная запись Google. Выход /  Изменить )

Фотография Twitter

Для комментария используется ваша учётная запись Twitter. Выход /  Изменить )

Фотография Facebook

Для комментария используется ваша учётная запись Facebook. Выход /  Изменить )

Connecting to %s