ВРЕДНАЯ ЭВОЛЮЦИЯ

Опубликовал(а)

(Продолжение. Начало в # 598)

Идёт война огромная

Вскоре после боев на Халхин-Голе 23 августа 1939 года СССР подписал с Германией договор о ненападении. Граждане обеих стран тогда не знали, что этот миролюбивый договор приведёт ко 2-й мировой войне.

После аншлюса Австрии, захвата Судет и Клайпеды — нападение на Польшу выглядело из Германии, как естественное продолжение политики собирания немецких земель, а из СССР — как восстановление границ Российской империи.

1 сентября 1939, когда в СССР начался учебный год, началось вторжение немцев в Польшу. Поляки сражались героически, и верили, что Франция и Британия — верные союзническому долгу — придут им на помощь. Но Франция и Британия к войне в Европе не готовились. Эти две самые большие колониальные империи того времени держали большие вооруженные силы на заморских территориях, и были просто не в состоянии в короткий срок что-либо сделать. Зато СССР вскоре был готов.

1 сентября 1939 года Политбюро утвердило предложение Наркомата обороны, согласно которому в Красной армии предусматривалось, кроме 51 обычной стрелковой дивизии (33 стрелковые дивизии по 8900 человек, 17 стрелковых дивизий по 14 000 человек и 1 стрелковая дивизия в 12 000 человек), иметь 76 обычных стрелковых дивизий по 6000 человек, 13 горно-стрелковых дивизий и 33 обычные стрелковые дивизии по 3000 человек.

2 сентября 1939 года СНК своим Постановлением № 1355-279сс утвердил «План реорганизации сухопутных сил Красной армии на 1939-1940 гг.». Было решено дивизии тройного развёртывания перевести в ординарные и иметь в Красной армии 173 стрелковые дивизии. Предлагалось увеличить ударную силу пехотного ядра в стрелковых дивизиях, увеличить количество корпусной артиллерии и артиллерии РГК, переведя её с тройного на двойное развёртывание (развернувшиеся в сентябре события на Западе не дали возможности провести утверждённую и изложенную выше реорганизацию. Красная Армия вынуждена была развернуться в 7 округах по штатам военного времени по старой организации). Кроме того, согласно новому Закону о всеобщей воинской обязанности от 1 сентября 1939 года, на 1 год был продлён срок службы 190 тысяч призывников 1937 года.

Пограничные войска получили приказ об усиленном режиме охраны советско-польских границ.

СНК принимает постановление № 1348-268сс, начать с 5 сентября призыв на действительную военную службу для войск Дальнего Востока и по 1 тысяче человек для каждой из 76 вновь формируемых дивизий, а с 15 сентября и для всех остальных округов.

3 сентября Политбюро ЦК ВКП(б) принимает решение о продлении на месяц службы в РККА для красноармейцев и сержантов, отслуживших свой срок и подлежащих демобилизации (всего 310 632 человека).

5 сентября в советских газетах публикуется сообщение об этом, а также об увеличении приписного состава частей ряда округов, автотранспорта, лошадей, тракторов, приведении в готовность пунктов ПВО Ленинграда, Великих Лук, Минска и Киева: фактически речь идёт о частичной мобилизации Красной армии.

В ночь с 6 на 7 сентября в семи военных округах была получена директива наркома обороны о проведении «Больших учебных сборов» (БУС). БУС начались утром 7 сентября и проходили не совсем организованно, с опозданием на 2-3 дня; отмечались трудности с получением из народного хозяйства техники и автотранспорта, задействованного в уборке урожая, и неудовлетворительная работа железных дорог. Для улучшения ситуации на последних пришлось принять решение о сокращении народно-хозяйственных и пассажирских перевозок.

9 сентября из управления МВО согласно приказу Генштаба выделялось управление 10-й армии, передававшееся в состав Белорусского Особого военного округа.

10 сентября в советской прессе появилось сообщение, что «произведён частичный призыв запасных (воинов запаса – прим. ред.), поскольку германо-польская война принимает угрожающий характер и требует мер по обороне страны».

11 сентября в Белорусский и Киевский особые военные округа поступил приказ о развёртывании полевых управлений округов в Белорусский (командующий — командарм 2-го ранга М. П. Ковалёв) и Украинский (командарм 1-го ранга С. К. Тимошенко) фронты.

15 сентября Витебская, Минская и Бобруйская армейские группы Белорусского особого военного округа были развёрнуты, соответственно, в 3-ю (командующий — комкор В. И. Кузнецов), 11-ю (комдив Н. В. Медведев) и 4-ю (комдив В. И. Чуйков) армии.

На базе Киевского особого военного округа были созданы Житомирская, Винницкая и кавалерийская армейские группы, позже развернутые в 5-ю, 6-ю и 12-ю армии.

17 сентября утром без объявления войны началось выдвижение войск РККА на польскую территорию, нарушившее все взятые русскими на себя международные обязательства:

1. Договор о мире с Польшей, подписанный 18 марта 1921 в Риге,

2. Протокол от 9 февраля 1929 года о досрочном введении в силу пакта Бриана-Келлога, запрещающий использование войны как инструмента национальной политики,

3. Конвенцию об определении агрессии 1933 года,

4. Договор о ненападении между СССР и Польшей от 25 июля 1932 года и протокол, продлевающий действие этого договора до 1945 года,

5. Коммюнике, опубликованное польским и советским правительствами в Москве 26 ноября 1938 года, в котором вновь подтверждалось, что основой мирных отношений между двумя странами является договор о ненападении 1932 года.

Дождавшись, когда основные польские силы были скованны противоборством с Вермахтом, «русские братья» смело ударили в спину «братскому славянскому народу», и в короткий срок оккупировали восточные районы Польши. В то время «героической Красной Армии» противостояли в основном свежие только формирующиеся части Войска Польского.

Главнокомандующий польской армией Рыдз-Смиглы 17 сентября по радио отдал приказ:

«Советы вторглись. Приказываю осуществить отход в Румынию и Венгрию кратчайшими путями. С Советами боевых действий не вести…».

Не такой войны ждали русские борцы за эволюцию.

Катынская повесть

В результате вероломного нападения на Польшу под контроль СССР перешла территория в 196 тысяч кв. км с населением около 13 млн. человек. В сентябре 1939 г. на территории СССР оказалось свыше 450 тыс. бывших польских военнослужащих, сообщает Анатолий Шарков в своем исследовании «Польские военнопленные в БССР».

19 сентября 1939 года приказом Народного комиссара внутренних дел СССР № 0308 было создано Управление по делам военнопленных и интернированных (УПВИ) при НКВД СССР и организовано 8 лагерей для содержания польских военнопленных.

23 сентября 1939 года разрабатывается Положение о лагере для военнопленных. Основными задачами лагерей являются: содержание военнопленных в условиях изоляции от окружающего населения; исключение возможности побегов и агитационно-пропагандистская работа.

В ноябре был решен вопрос о репатриации польских военнослужащих — жителей отошедших к СССР воеводств, интернированных в Литве. 9 ноября Политбюро ЦК ВКП(б) постановило принять от литовского правительства военнопленных — жителей Западной Украины и Западной Белоруссии, «изъявивших желание вернуться на родину».

Оставшихся рядовых и унтер-офицеров направляют на строительство дорог и в металлургическую промышленность. Советский Союз не являлся участником Женевской конвенции, поэтому международных санкций не последовало.

Как свидетельствуют обнародованные в 1992 году документы, 3 марта 1940 года народный комиссар внутренних дел Л. П. Берия сообщил Политбюро ЦК ВКП(б):

«В лагерях для военнопленных НКВД СССР и в тюрьмах западных областей Украины и Белоруссии в настоящее время содержится большое количество бывших офицеров польской армии, бывших работников польской полиции и разведывательных органов, членов польских националистических контрреволюционных партий, участников вскрытых контрреволюционных повстанческих организаций, перебежчиков и др. Все они являются заклятыми врагами советской власти, преисполненными ненависти к советскому строю».

Исходя из этого Берия предложил:

«Дела о находящихся в лагерях военнопленных -14 700 человек бывших польских офицеров, чиновников, помещиков, полицейских, разведчиков, жандармов, осадников и тюремщиков, а также дела об арестованных и находящихся в тюрьмах западных областей Украины и Белоруссии в количестве 11 000 человек членов различных контрреволюционных шпионских и диверсионных организаций, бывших помещиков, фабрикантов, бывших польских офицеров, чиновников и перебежчиков — рассмотреть в особом порядке, с применением к ним высшей меры наказания — расстрела».

5 марта было принято соответствующее решение Политбюро:

«Дела рассмотреть в особом порядке, с применением к ним высшей меры наказания -расстрела. Рассмотрение дела провести без вызова арестованных и без предъявления обвинения, постановления об окончании следствия и обвинительного заключения».

К концу марта в НКВД была завершена разработка плана по вывозу польских военнопленных из лагерей и тюрем к местам расстрела.

Казни длились с начала апреля до середины мая 1940 года в рамках «Операции по разгрузке лагерей».

По данным, указанным в записке председателя КГБ А. Н. Шелепина (1959 год), всего было расстреляно 21 857 человек, из них в Катыни 4 421 человек, в Харькове 3 820 человек, в Калинине 6 311 человек и 7 305 человек в лагерях и тюрьмах Западной Украины и Западной Белоруссии.

Среди казнённых были как кадровые офицеры (в том числе Якуб Вайда, отец известного кинорежиссёра Анджея Вайды), так и офицеры военного времени — мобилизованные адвокаты, журналисты, инженеры, учителя, врачи и т. д. Единственным чудом уцелевшим офицером из катынских этапов был поручик Станислав Свяневич, профессор-экономист из Виленского университета (исследовавший, в числе прочего, экономику СССР и Германии, чем заинтересовал руководство НКВД). 29 апреля он был отправлен в Катынь, но в то же время из Москвы поступил приказ (по личному распоряжению Меркулова) о приостановке его этапирования; сотрудники НКВД забрали его уже из вагона в Гнёздове и отправили в Лубянскую тюрьму в Москве. Свяневич так описывает картину, которую он наблюдал из вентиляционного окошка вагона:

«Перед поездом было ровное место, слегка поросшее травой. … Площадка была окружена плотным кольцом солдат в форме НКВД Они стояли в боевой готовности, с примкнутыми штыками. Штыки эти бросились мне в глаза … насколько мне известно, примыкание штыков в условиях тыловой службы означает только акцентирование на важности порученного задания, не больше. … В это время подъехал автобус. Это был в общем-то ничем не примечательный пассажирский автобус, разве только он был несколько меньше тех, к которым мы привыкли в своих городах. Автобус вмещал около тридцати человек, вход располагался сзади, окна были закрашены белой краской … автобус задним ходом подъехал к соседнему вагону и встал так, что пленные могли входить в него прямо из вагона, не ступая на землю. С обеих сторон его окружили энкаведешники. Автобус приезжал примерно каждые полчаса за новой партией зэков. Из этого я сделал вывод, что отвозили их не очень далеко от нашей стоянки. Вывод этот приводил к новому вопросу: для чего, если маршрут не был столь длинным, транспортировать зэков столь сложным способом, а не повести их, как это делалось раньше, просто под конвоем?»

Этапируемые заключённые полагали, что их готовятся отпустить на свободу, поэтому настроение в их рядах было приподнятое.

Бойня польских граждан мне напомнила учинённую японцами Нанкинскую резню, но, как и Нанкинская резня, методичное массовое убийство безоружных людей желаемого результата «бескорыстным борцам за светлое будущее всего человечества» — эти акции не принесли. А пока одни красноармейцы готовились к расстрелам безоружных, других готовили принести в жертву высшей цели.

По морозу босиком

В 1939 году началась Советско-финская война. Лидия Русланова в составе концертной бригады выехала на фронт. Стояли тридцатиградусные морозы.

Считается то песня «Валенки», ставшая «визитной карточкой» Руслановой, появилась в её репертуаре в начале Великой Отечественной войны, но мне почему-то видится, как она поет перед плохо подготовленными к зимней войне с Финляндией советскими военнослужащими:

Валенки да валенки,

Как же я любила,

По морозу босиком

К милому ходила.

Войну с финнами русские планировали загодя. 29 октября командование ЛенВО представило наркому обороны Ворошилову «план действий по уничтожению наземных и военно-морских сил финской армии».

15 ноября по приказу Ворошилова переданная в ЛенВО 7-я армия заняла позиции севернее Ленинграда. Севернее, в районе Кандалакши-Кеми, формировалась 9-я армия. Её войска выдвигались к западной части Карелии.

23 ноября в войска была спущена директива начальника политуправления ЛенВО дивизионного комиссара Горохова. В ней, в частности, особо подчёркивалось, что сдача в плен противнику живым — является предательством, нарушением воинской присяги и изменой Родине.

Финляндия также увеличила число дивизий на Карельском перешейке — с двух-трёх до семи, начала эвакуацию населения не только из пограничных районов, но и из Хельсинки и других крупных городов. Только в октябре было эвакуировано более 150 тыс. человек. Продолжалась модернизация линии Маннергейма.

Война надвигалась. Русские дипломаты ставили заведомо не выполнимые условия типа ухода финнов с оборонительной линии Маннергейма, создания на территории Финляндии русских военных баз. Перед нападением русские пошли на подлог, до боли напоминавший тот, которым немцы объяснили свое вторжение в Польшу. Возможно, обе провокации разрабатывали в одном месте одними и теми же людьми. Немцы под видом поляков разгромили свою радиостанцию. Русские сами себя обстреляли и заявили, что это сделали финны.

Из официальной советской ноты к правительству Финляндии:

«26 ноября, в 15 часов 45 минут, наши войска, расположенные на Карельском перешейке у границы Финляндии, около села Майнила, были неожиданно обстреляны с финской территории артиллерийским огнём. Всего было произведено семь орудийных выстрелов, в результате чего убито трое рядовых и один младший командир, ранено семь рядовых и двое из командного состава. Советские войска, имея строгое приказание не поддаваться провокации, воздержались от ответного обстрела».

Финские пограничники провели расследование инцидента. Ответной нотой финны заявили, что обстрел был зафиксирован финскими постами, выстрелы были произведены с советской стороны, по наблюдениям и оценкам финнов с расстояния около 1,5-2 км на юго-восток от места падения снарядов, что на границе у финнов есть только пограничные войска и нет орудий, тем более дальнобойных, на что Хельсинки готов приступить к переговорам об обоюдном отводе войск и начать совместное расследование инцидента.

Но русские хотели не расследования, а войны.

СССР объявил о своем выходе из Пакта о ненападении с Финляндией, мотивируя это тем, что сосредоточение финских войск под Ленинградом создаёт угрозу городу и является нарушением пакта.

Утром 30 ноября «по приказу Главного Командования Красной Армии, ввиду новых вооружённых провокаций со стороны финской военщины, войска Ленинградского военного округа в 8 часов утра перешли границу Финляндии на Карельском перешейке и в ряде других районов». В тот же день советская авиация бомбила и обстреляла из пулемётов Хельсинки; при этом пострадали в основном жилые рабочие кварталы. В ответ на протесты европейских дипломатов Молотов заявил, что советские самолёты сбрасывали на Хельсинки хлеб для голодающего населения (после чего советские бомбы стали называть в Финляндии «Молотовскими хлебными корзинами». При этом официального объявления войны так и не последовало.

17 апреля 1940 года Сталин в своем выступлении скажет: «Правильно ли поступили Правительство и Партия, что объявили войну Финляндии? Этот вопрос специально касается Красной Армии.

Нельзя ли было обойтись без войны? Мне кажется, что нельзя было. Невозможно было обойтись без войны. Война была необходима, так как мирные переговоры с Финляндией не дали результатов, а безопасность Ленинграда надо было обеспечить, безусловно, ибо его безопасность есть безопасность нашего Отечества. Не только потому, что Ленинград представляет процентов 30-35 оборонной промышленности нашей страны и, стало быть, от целостности и сохранности Ленинграда зависит судьба нашей страны, но и потому, что Ленинград есть вторая столица нашей страны».

Ой, ли! Да только не собирались финны нападать на Ленинград, население которого 3 191 304 по данным на 1939 год приближалось к численности населения всей Финляндии, составлявшее в то время 3 млн. 699 тыс. 700 граждан. Зачем им столько русских?

Конечно, Карельский перешеек был ценен для этой страны, но для СССР он такой ценности не представлял. Более того, своими действиями СССР обеспечил надежную блокаду Ленинграда в следующей войне, которую можно было бы избежать при сохранении в 1939 году мира с Финляндией.

Но русских волновал не Ленинград, они ставили перед собой другую задачу!

Снова, как и на Халхин-Голе, а до этого в Испании — здесь появляются Штерн и Смушкевич. Это будет их последняя война.

После ряда русских побед, вызванных элементом внезапности, борьба переходит в другую стадию. Так из района советской Карелии в направлении Ботнического залива было предпринято наступление 9-й армии РККА. Посёлок Суомуссалми был занят 7 декабря силами советской 163-й стрелковой дивизии. Однако вслед за тем дивизия была окружена меньшими по численности силами финнов и отрезана от снабжения. На помощь ей была выдвинута 44-я стрелковая дивизия, но она была блокирована на дороге в Суомуссалми, в дефиле между двумя озёрами близ деревни Раате силами двух рот 27-го финского полка (350 чел.). Не дождавшись её подхода, 163-я дивизия в конце декабря под постоянными атаками финнов оказалась вынужденной прорываться из окружения, при этом потеряв 30% личного состава и большую часть техники и тяжёлого вооружения, после чего финны перебросили высвободившиеся силы для окружения и ликвидации 44-й дивизии, которая к 8 января была полностью уничтожена в сражении на Раатской дороге. Почти вся дивизия погибла или попала в плен, и лишь небольшая часть военнослужащих сумела выйти из окружения, бросив всю технику и обоз. Финнам досталось 37 танков, 20 бронемашин, 350 пулемётов, 97 орудий, несколько тысяч винтовок, 160 автомашин, все радиостанции. Эту победу финны одержали силами в несколько раз меньшими, чем у противника (11 тыс., по другим данным — 17 тыс.) человек при 11 орудиях против 45-55 тысяч при 335 орудиях, более 100 танков и 50 бронемашин. Командование обеих дивизий было отдано под трибунал. Командир и комиссар 163-й дивизии были отстранены от командования, один полковой командир расстрелян; перед строем своей дивизии было расстреляно командование 44-й дивизии.

Казалось бы, виновные наказаны, но напрашивается вопрос, а что если все было задумано заранее и вина командиров не в разгроме их войск, а в том что, не смотря на жертвы, сверхчеловек не появился и по морозу босиком в атаку не побежал. Считается, что ход боевых действий выявил серьёзные пробелы в организации управления и снабжения войск Красной Армии, плохую подготовленность командного состава, отсутствие у войск специфических навыков, необходимых для ведения войны зимой в условиях Финляндии. Но возможно после Халхин-Гола такие пробелы в организации управления и снабжения войск были преднамеренны, создавая более жесткие условия для борьбы за выживание. Не смотря на планы руководства, лишенные снабжения солдаты оказались просто не способны выполнять возложенные на них боевые задачи. Тем более что подобные ситуации возникали и на других участках фронта.

Русскими были созданы подразделения лыжников, разработаны способы преодоления заминированной местности, заграждений, способы борьбы с оборонительными сооружениями, проведено обучение личного состава. Для штурма «линии Маннергейма» был создан Северо-Западный фронт под командованием командарма 1 ранга Тимошенко и члена военного совета ЛенВО Жданова. Сын марксиствующего профессора богословия Андрей Александрович Жданов был в то время и членом политбюро, и начальником Управления пропаганды и агитации ЦК ВКП(б), и Председателем Верховного Совета РСФСР, и Первым секретарем Ленинградского обкома и горкома ВКП(б), а также Секретарем ЦК ВКП(б). Так что, если он даже выполнял все свои остальные обязанности спустя рукава, у него просто не было времени серьезно заниматься делами фронта. Другое дело Семён Константинович Тимошенко, бывший подпрапорщик царской армии, в гражданскую со Сталиным, Ворошиловым и Мехлисом участвовал в обороне Царицына, во время нападения на Польшу с 17 сентября по 2 октября 1939 года командовавший Украинским фронтом. На него и легла вся ответственность за прорыв Северо-Западным фронтом любой ценой оборонительной линии Маннергейма.

В состав фронта вошли 7-я и 13-я армии. В приграничных районах была проведена огромная работа по спешной постройке и переоборудованию путей сообщения для бесперебойного снабжения действующей армии. Общая численность личного состава была доведена до 760,5 тысяч человек.

Советские войска начали тщательную подготовку к прорыву основных укреплений линии Маннергейма, вели разведку полосы обороны. В советском тылу были построены укрепления, имитировавшие главные участки линии Маннергейма, на которых советская пехота училась наступать за танками и блокировать доты. В ходе учений советские артиллеристы поняли, что надо стрелять в амбразуру прямой наводкой: бетон дота оставался цел, а стрельба из него прекращалась.

На основании директивы Ставки Главного Военного совета РККА № 01447 от 30 января 1940 года всё оставшееся финское население подлежало выселению с занятой советскими войсками территории. К концу февраля из занятых Красной Армией районов Финляндии в полосе боевых действий 8-й, 9-й и 15-й армий было выселено 2080 человек, из них: мужчин -402, женщин — 583, детей до 16 лет — 1095. Всех переселённых финских граждан разместили в трёх посёлках Карельской АССР: в Интерпосёлке Пряжинского района, в посёлке Ковгора-Гоймае Кондопожского района, в посёлке Кинтезьма Калевальского района. Они жили в бараках и в обязательном порядке работали в лесу на лесозаготовках. В Финляндию им разрешили вернуться только в июне 1940 года, после окончания войны.

1 февраля 1940 года Красная армия, подтянув подкрепления, возобновила наступление на Карельском перешейке по всей ширине фронта 2-го армейского корпуса. Главный удар наносился в направлении Сумма. Также началась артподготовка. С этого дня ежедневно в течение нескольких дней войска Северо-Западного фронта под командованием Тимошенко обрушивали на укрепления линии Маннергейма по 12 тысяч снарядов. Пять дивизий 7-й и 13-й армии проводили частное наступление, однако не смогли добиться успеха.

6 февраля началось наступление на полосу Сумма. В последующие дни фронт наступления расширился и на запад, и на восток.

9 февраля командующий войсками Северо-Западного фронта командарм первого ранга Тимошенко направил в войска директиву № 04606, согласно которой, 11 февраля, после мощной артиллерийской подготовки, войска Северо-Западного фронта должны были перейти в наступление.

11 февраля после десятидневной артподготовки началось генеральное наступление Красной Армии. Основные силы были сосредоточены на Карельском перешейке. В этом наступлении совместно с сухопутными частями Северо-Западного фронта действовали корабли Балтийского флота и созданной в октябре 1939 года Ладожской военной флотилии.

Поскольку атаки советских войск на район Сумма не принесли успеха, главный удар был перенесён восточнее, на направление Ляхде. В этом месте обороняющаяся сторона понесла огромные потери от артподготовки, и советским войскам удалось совершить прорыв обороны.

В ходе трёхдневных напряжённых боёв войска 7-й армии прорвали первую полосу обороны линии Маннергейма, ввели в прорыв танковые соединения, которые приступили к развитию успеха. К 17 февраля части финской армии были отведены ко второй полосе обороны, поскольку создалась угроза окружения.

К 21 февраля 7-я армия вышла ко второй полосе обороны, а 13-я армия — к главной полосе обороны севернее Муолаа. К 24 февраля части 7-й армии, взаимодействуя с береговыми отрядами моряков Балтийского флота, захватили несколько прибрежных островов.

28 февраля обе армии Северо-Западного фронта начали наступление в полосе от озера Вуокса до Выборжского залива. Видя невозможность остановить наступление, финские войска отступили.

7 марта в Москву прибыла финская делегация, а уже 12 марта был заключён мирный договор, согласно которому боевые действия прекращались в 12 часов 13 марта 1940 года. Несмотря на то, что Выборг, согласно договору, отходил к СССР, советские войска утром 13 марта предприняли штурм города.

За участие в финской войне звание Героя Советского Союза было присвоено 412 военнослужащим, свыше 50 тыс. были награждены орденами и медалям

Война привела к тому, что СССР был исключён из Лиги Наций, а президент США Рузвельт объявил Советскому Союзу «моральное эмбарго».

Согласно поимённым спискам, составленным в 1949-1951 годах Главным управлением кадров МО СССР и Главным штабом Сухопутных войск, потери Красной Армии в этой войне, длившейся 3 месяца и 12 дней, были следующими: погибло и умерло от ран на этапах санитарной эвакуации — 71 214; умерло в госпиталях от ран и болезней — 16 292; пропало без вести — 39 369. Всего по этим спискам безвозвратные потери составили 126 875 военнослужащих. Согласно донесениям из войск на 15.03.1940 г. раненых, больных, обмороженных на той войне, названной финнами Зимней, было 248 090 советских военнослужащих. И никто не стал суперменом! Штерна и Смушкевича за их действия в Зимнюю войну расстреляли, а перенявший у них в Финляндии эстафету Семён Константинович Тимошенко был назначен Наркомом обороны СССР. То есть, не смотря на большие потери, а может благодаря им — его работу оценили. В то же время в СССР появилась ещё одна уникальная возможность убивать при содействии Красной Армии собственных граждан, благодаря спровоцированному всесоюзной коммунистической партией (большевиков) восстанию чеченского народа. Но об этом в следующей главе.

(Продолжение следует)

Добавить комментарий

Заполните поля или щелкните по значку, чтобы оставить свой комментарий:

Логотип WordPress.com

Для комментария используется ваша учётная запись WordPress.com. Выход /  Изменить )

Google photo

Для комментария используется ваша учётная запись Google. Выход /  Изменить )

Фотография Twitter

Для комментария используется ваша учётная запись Twitter. Выход /  Изменить )

Фотография Facebook

Для комментария используется ваша учётная запись Facebook. Выход /  Изменить )

Connecting to %s