АМЕРИКАНЕЦ С ЮБИЛЕЙНОЙ ПЛОЩАДИ

Опубликовал(а)

(главы из книги)

(Продолжение. Начало в #577)

Следующим городом наших выступлений был город Ташкент. Эта столица Узбекистана тоже стала для меня местом незабываемых потрясений и впечатлений. Поселили нас в гостинице «Россия». У нас с Лёней Дубовым номер на двоих. По приезду с самого утра мы пошли на базар. И тут Маслякова тоже все узнавали, просили автографы, наперебой предлагали фрукты, угощали бесплатно… Там, кроме других восточных яств я впервые попробовал необыкновенно вкусную сушёную дыню… Возле рынка промтоварные торговые ряды. Там член нашей административной группы Яша купил красивые босоножки своей девушке, оба на левую ногу…

Выступаем в концертном зале, где в разные годы блистали многие звёзды отечественной и мировой эстрады, и в котором до революции располагался цирк «Колизей». Принимают нас очень хорошо. Вместе с нами в этом концерте от передачи «Алло, мы ищем таланты!» принимал участие узбекский Вокально-Инструментальный ансамбль «Ялла», под управлением Фарруха Закирова, исполняли в том числе и свою коронную песню «Учкудук — Три колодца». А после концерта нас тоже пригласила к себе команда КВН Ташкентского Политехнического института. Потом назавтра мы оказались в какой-то крутой Чайхане «Голубые Купола» в центре города, стоящей прямо на красивом небольшом озере или пруду. Восхитительная узбекская кухня, где я впервые отведал и лагман и плов и люля-кебаб.

С утра с Лёней пошли в сауну в гостинице. Там уже парились каких-то два молодых человека. Разговорились. Они стали предлагать нам любые импортные товары по дешёвке. Мы поблагодарили, но отказались, спросили, кто они по профессии, они шёпотом ответили: «Контрабандисты». На этом наша парилка быстро закончилась.

…Вечером после концерта подошла дама, сказала, что она ассистент по актёрам на съёмках фильма, по-моему, «Ждём тебя, парень». Пригласила на завтра на фотопробы на киностудию «Узбекфильм». Утром к гостинице подали «Рафик», нас несколько человек ребят и девушек из команды привезли на студию, долго снимали каждого в разных ракурсах, сказали, если что – сообщат. Через месяц я, уже дома, получил конверт из Ташкента с одной моей фотографией той фотопробы. Я на ней себя не узнал. На мой взгляд, это одно из лучших моих фото того времени, выполненное с хорошим качеством и очень профессионально. Это фото у меня выпросила Сима, я надписал и подарил ей, и потом оно где-то у неё затерялось, а жаль. Сейчас было бы интересно посмотреть на себя, как на претендента на главную роль в кино. Вспоминаю смешной случай. Как я уже говорил, мы жили в Ташкенте с Лёней в одном номере. А они с Таней уже стали встречаться. И вот, в один из дней я, придя в номер, уставший после обильных возлияний и угощений, тут же лёг в постель и уснул. Разбудила меня Таня. Я спросил, что случилось. И Таня сказала: «Ничего, всё нормально, спи дальше. Мы просто хотели убедиться, что ты, действительно, спишь».

У администратора нашей команды Феликса ночью с шумом и со скандалом выгнали из номера какую-то даму, судя по всему, и в закрывающем глаза на многожёнство, Узбекистане тоже блюдут нравы. Яша то-ли от расстройства за босоножки, то-ли его продуло, согнулся в три погибели и не мог разогнуться. Лечили его всем миром. Снова запись на местном телевидении, теперь все мы уже опытные телевизионные гости, держимся более раскованно и вальяжно, с удовольствием даём интервью.

В последний день перед выступлением мы по совету местных КВНщиков поехали в старый город в торговый центр «Чиланзар», где, в числе прочего, накупили каждый кучу махровых как полотенца, теннисок разного цвета. Я потом в Минске раздавал их как сувениры родственникам и друзьям. Я даже не предполагал тогда, что пройдёт немногим более года и я снова окажусь в этом прекрасном восточном городе, только уже не в махровой майке, а в хромовых сапогах и галифе, но, как говорится, об этом – потом.

Из жаркого среднеазиатского Ташкента мы перелетели в Европейскую полосу – в город Тамбов. Надо сказать, что Тамбов – это вотчина Эдуарда Михайловича Смольного, где он когда-то работал и конферансье, и администратором и, вроде бы, даже, директором местной филармонии. Это мы почувствовали сразу. Уже в аэропорту мы увидели огромное табло с бегущей неоновой рекламой «У нас в гостях Звёзды КВН». Поселили нас в дачном комплексе тамбовской филармонии, где в то время, очевидно, тоже с подачи Эдуарда Михайловича, гастролировала сборная бригада артистов ленинградских театров. Нашим соседом по даче оказался артист ленинградского театра Пушкина, Николай Константинович Вальяно, сыгравший роль канцлера в фильме «Три Толстяка», а также снявшегося в фильмах «Искатели счастья», «Операция «Трест», «Земля до востребования» и других. Интересна судьба этого актёра. Якобы, в 1937 году по какому-то доносу Вальяно был арестован, содержался во внутренней ленинградской тюрьме НКВД на ул. Шпалерной, где, кстати, на прогулки его выводили в общий двор вместе с арестованным маршалом Рокоссовским.

Николай Вальяно был включён в «расстрельный список», но ему удалось спастись. Вроде бы, на этапе, на одной из железнодорожных станций он сумел выбросить из окна «столыпинского» вагона записку, которую передали известному артисту Николаю Черкасову, и тот, будучи депутатом Верховного Совета СССР в 1939 году добился его освобождения. Наш сосед по кухне, уважаемый артист оказался очень общительным и приятным человеком. На прощанье он дал мне свой телефон в Ленинграде и пригласил заезжать, но, к сожалению, больше в Ленинграде мне побывать не довелось.

Вечерами мы тоже питались в ресторане, но после последнего концерта, по-моему, был день рождения Марата Гюльбекяна, и Эдуард Михайлович решил устроить для него и для всех нас «пикник на обочине». После концерта автобус привёз всех нас на берег реки Цны, где саксофонист Габриэлян уже зажаривал шашлыки. Это была довольно экзотическая картина. Голый по пояс, толстый волосатый человек встречает нас огромным веером шампуров в руках с аппетитно сверкающими в отблеске мангала, стекающим с них соком, зажаренных на углях кусков баранины. Помню, уже слегка подвыпив, Юра Волович подводил ко всем, уже тоже разомлевшего Гарика Волка и представлял его: «Рекомендую – тамбовский Волк… тебе товарищ».

В город Рязань из Тамбова мы добирались поездом, с трудом успев загрузить в вагон наши многочисленные инструменты и реквизит. Вагон был плацкартным, все уже были уставшие и изморенные поездкой, выступлениями, недосыпанием и всей нашей почти трёхнедельной кочевой жизнью. Кстати, я уже не помню в каком из аэропортов нам около трёх часов не давали разрешения на взлёт, и мы всё это время просидели потные, голодные в закрытом наглухо самолёте, без свежего воздуха и вентиляции, но, всё равно, нам было очень легко и весело в такой остроумной, весёлой и находчивой компании. Но это так, к слову.

В Рязань мы приехали вечером, прямо к началу концерта, который прошёл не очень хорошо. Очевидно, усталость сделала своё дело. Но назавтра мы хорошо отдохнули, выспались, гуляли по городу. Как раз выдался яркий солнечный день и всех нас просто поразил своей красотой Рязанский кремль. Второй концерт прошёл на «ура!». Даже как-то жалко стало, что это здесь последний концерт, и надо уезжать из гостеприимной и такой очень русской Рязани. Подойдя к концу рассказа об этой поездке, хотелось бы сказать пару слов об очень хорошей девушке — студентке нашего института Ире Кузнецовой, она не была участницей команды, но её папа был профессором БПИ, преподавал на Энергофаке и по просьбе дочери добился, чтобы её включили в состав концертной бригады в качестве художника. Позже она мне говорила, что сделала это, якобы, из-за меня, увидев меня в спектакле нашего театра. Уж не знаю, так это или нет на самом деле, но мы с ней в поездке проводили много времени, пару раз встречались по приезду домой, в Минске, но дальше нескольких свиданий дело у нас не пошло, и мы расстались.

…Ну, и, наконец, мы прибыли в последнюю точку нашего концертного тура, подмосковный город Воскресенск. Всё утро бродим по городу. Хочется есть, деньги у всех кончились, ждём суточных за последние четыре дня. Два последних концерта проходят во Дворце спорта. На обоих аншлаг. Перед вечерним концертом успели хорошо отдохнуть, и, понимая, что это наше последнее выступление в этом турне, выступаем с большим подъёмом и с огромным удовольствием. Последний концерт проходит с большим успехом. Правда одесситы немного хулиганят. Много отсебятины по тексту, смешных импровизаций. На одну из сцен в роли преподавателя у них выходит Марат Гюльбикян, у нас администратор Феликс Соловейчик. После финальной песни Эдуард Михайлович Смольный объявляет зрителю, что это наш прощальный концерт. Нас провожают овациями. Идёт занавес, мы все обнимаемся, целуемся, девчонки плачут… Переодевшись, мы все собираемся в одном из фойе дворца спорта, где стараниями Эдуарда Михайловича уже накрыт стол для прощального банкета. Прощальный благодарственный тост сказал Марат Гюльбекян, потом последовали другие тосты, шутки, смех, плач и даже… рыдания. Прощальные объятия, раздача телефонов, адресов, автографы на фотографиях и наших концертных афишах. Приведу несколько автографов на нашей афише, которая сохранилась у меня до сих пор. Так Марат Гюльбекян написал: «Хорошо поездили, Семён, будет что вспомнить. Надеюсь, «выступим» вместе ещё не раз». Как видим, в чём-то он оказался прав, есть что вспомнить. К сожалению, выступили мы вместе с ним всего только ещё один раз, на праздновании 10-летия КВНа.

Юра Макаров опять обыграл мою фамилию. «Семёну Ламу – автограф на рекламу». То же самое сделал наш певец, будущий солист театра оперетты Гриша Харик, обыграв песню из своего комсомольского репертуара: «Чтоб дружбу товарищ пронёс по волнам, чтоб хлеба горбушку и ту пополам, пусть радостным будет всегда Сёма Лам». Музыкант и актёр одесситов Эрик Штейнберг написал: «Семка! У меня с тобой личные счёты! Надеюсь, ещё рассчитаться во время будущих встреч!». Тут Эрик, скорей всего, намекал на его безуспешные попытки закадрить мою подругу Иру Кузнецову. А замечательный КВНовский актёр из Одессы Игорь Кнеллер обыграл наши мизансцены в некоторых миниатюрах и написал: «Непревзойдённому мастеру лежания на рояле от посредственного ремесленника сидения на стуле»… А вот ещё автографы: «Моему самому лучшему другу, первому минскому комиссару. Чего писать, ведь мы же не расстаёмся. Целую, Л. Дубов» и «Сёмочка! Почаще бы нам встречаться! Точно? А. Масляков». Через 48 лет читаю все штук двадцать автографов на афише нашего последнего выступления и, прямо, слёзы на глазах наворачиваются…

Но, пойдём дальше. С 29 октября по 7 ноября 1971 года нам довелось принимать участие в гала-концерте «Праздничный турнир эстрадной песни» в Москве во Дворце спорта в Лужниках, организованный Москонцертом. В этот большой концерт были включены и номера команд КВН городов Одессы и Минска. Готовились мы одновременно и к этим концертам, и к празднованию 10-летия КВН на Центральном Телевидении, где нам вскоре тоже доверено было выступать. Если, для выступления в концерте, мы участвовали с уже готовыми номерами, обкатанными в нашей поездке, то к 10-летию КВНа надо было готовиться отдельно с оригинальным приветствием и, практически, с нуля.

(Продолжение следует)

Добавить комментарий

Заполните поля или щелкните по значку, чтобы оставить свой комментарий:

Логотип WordPress.com

Для комментария используется ваша учётная запись WordPress.com. Выход /  Изменить )

Google photo

Для комментария используется ваша учётная запись Google. Выход /  Изменить )

Фотография Twitter

Для комментария используется ваша учётная запись Twitter. Выход /  Изменить )

Фотография Facebook

Для комментария используется ваша учётная запись Facebook. Выход /  Изменить )

Connecting to %s