ИЗРАИЛЬСКАЯ ПАНАРАМА

Опубликовал(а)

Сообщение о том, что Алекс Авербух, серебряный призер чемпионата мира и неоднократный чемпион Европы по прыжкам с шестом, самый именитый на сегодняшний день спортсмен Израиля, решил присоединиться к «Ликуду», стало для многих неожиданностью. Особенно с учетом его недавнего конфликта с израильской спортивной бюрократией. Многие также обратили внимание, что во время встречи с руководством «Ликуда» Авербух бросил министру культуры и спорта Мири Регев: «Я собираюсь исправить то, что ты натворила!». Многие сделали из этих слов вывод, что Авербуха завлекли в «Ликуд» обещанием создать под него пост министра спорта. Журналистка «Маарива» Талья Левин решила поговорить с Авербухом о том, что же именно собирается Алекс Авербух исправлять в национальном спорте Израиля, и понимает ли он вообще, куда лезет.

Уже в самом начале встречи с Авербухом Талью Левин ждало маленькое разочарование: Алекс Авербух отказался выступить с новыми нападками в адрес Мири Регев, которая теперь является его товарищем по партии.

— Она делала свою работу так, как считала нужным, и я не собираюсь ее критиковать, — сказал он. – Я лишь считаю, что есть множество вещей в системе нашего спорта и спортивного образования, которые следует изменить. Например, ситуацию со ставками тренеров. И политика, на мой взгляд, тот рычаг, с помощью которого можно добиться этих изменений.

При этом он категорически отрицает слухи о том, что ему обещан пост министра спорта.

— Никто мне ничего не предлагал и ничего не обещал, — говорит Алекс Авербух. – Все свои решения я принимаю сам, без чьего-либо давления или уговоров, и это касается также решения заняться политикой. Но когда меня спрашивают, хочу ли я занять пост министра спорта, я честно отвечаю: «Да, конечно!». Спорт – это моя жизнь и моя профессия, и я думаю, что могу принести немало пользы обществу, работая в этой области.

На самом деле, пишет Таль Левин, 44-летний Авербух отнюдь не новичок в политике. В свое время он участвовал в рекламной кампании партии «Исраэль ба-алия»; в течение пяти лет был членом горсовета Нетании от списка «Лемаан Нетания». Прыжок в «большую политику» он намеревался совершить давно, и когда были объявлены повторные выборы, он решил, что подходящий момент настал.

— Я прекрасно знаю, куда я иду, и делаю это в полном согласии с самим собой, — говорит он. – Да, конечно, найдутся, да и уже нашлись те, кто критикует меня за этот шаг, но и к этому я тоже готов. В то же время я не намерен принимать какие-либо решения с оглядкой на то, кто и что обо мне говорит. Если я с кем-то и советовался по поводу этого шага, то только с женой. И, само собой, уже когда все решил. Позвонил маме и сказал ей об этом. Она пожелала мне удачи, но предупредила, что я вступаю в новый, совершенно незнакомый мне мир, в котором следует быть готовым к любым неожиданностям. Не знаю, готов ли я к неожиданностям, но точно знаю, что именно я хочу сделать. И я и в самом деле намерен многое изменить в области образования и спорта, сдвинуть с мертвой точки решение целого ряда проблем, которые не решались годами. И я прекрасно понимаю, что это будет совсем непросто.

— Но почему вы решили присоединиться именно к «Ликуду»? Почему не к Либерману?!

Авербух с женой и Юлием Эдельштейном (в центре)

— Для меня это был более естественный выбор. Я выбрал партию, в идеологию которой верю, а не ту от которой мог бы получить те или иные выгоды. Это было и в самом деле решение, продиктованное выбором сердца. И тут я бы хотел выразить огромную благодарность Юлию Эдельштейну, который является для меня образцом политика. Я люблю его и благодарен за то, что он сделал для русскоязычной общины, причем зачастую это не афишируя. Я думаю, союз новых репатриантов и репатриантов прошлых десятилетий крайне важен в случаях, когда приходится противостоять традиционному израильскому менталитету. Еще скажу, что «Ликуд» мне подходит со всех точек зрения. Для меня это партия из «Лиги чемпионов». Кстати, сразу после сообщения о присоединении к «Ликуду», на меня обрушился шквал звонков от друзей, приятелей и просто знакомых. Все они поздравляли меня и говорили, что я сделал совершенно правильный выбор.

Талья Левин напоминает, что, помимо выдающихся достижений в большом спорте, Авербух после своей репатриации в Израиль в 1999 году успел сделать немало. Израильтяне помнят не только его рекорды, но и то, что в 2018 году он стал победителем популярного телешоу «Израильский ВИП-ниндзя», оставив позади всех соперников, которые были намного его моложе – возможно, благодаря тому, что, уйдя из большого спорта, Авербух продолжает тренироваться 2 раза в день. Он сумел пробить создание секций по прыжкам с шестом для девушек, и вообще весьма активно работал в Ассоциации легкой атлетики Израиля – вплоть до того, как 4 месяца назад он покинул эту организации, и сейчас намерен с ней судиться.

— Это – непростой конфликт, и я не хочу сейчас вдаваться в его подробности, — говорит Авербух. – Но сегодня я лучше, чем когда-либо понимаю, что многие вещи можно изменить и улучшить только с помощью политических рычагов. В Израиле, например, не очень понимают, что олимпийские чемпионы не рождаются на пустом месте. Воспитание чемпиона начинается с первых уроков физкультуры в школе, уровень которых также следует повысить, а заодно и статус преподавателей физкультуры. Кроме того, ни один, самый выдающийся спортсмен не завоевывает олимпийские медали в одиночку – за ним всегда стоит целый коллектив, и, прежде всего, его тренер. Без него спортсмен просто не может развиваться. Поэтому надо кардинальным образом изменить статус тренеров в Израиле, создать им нормальные условия для работы. Вот уже много лет я пытаюсь изменить, регулирующий тренерскую работу закон, но пока без особого успеха. Но, может, теперь это удастся… Следует понять, что развитие спорта, победа на международных соревнованиях, тот момент, когда флаг Израиля взмывает над стадионом, крайне важно. Это – один из лучших способов пропаганды страны и укрепления ее позиций на международной арене.

— Не думаю, что большинство израильтян разделяют это мнение. Спорт – это вообще не та проблема, которая уж очень сильно волнует общество…

— Многие просто не понимают всего значения спорта. А ведь это – своего рода визитная карточка страны. К сожалению, практически никто из политиков не занимается этой темой; она не фигурирует их в предвыборных платформах. Почти никто не занимается поиском талантливых детей, а их в стране немало, и они – при правильной системе развития спорта – могли бы принести Израилю множество медалей на различных международных соревнованиях, и это, уверен, укрепляло бы наши позиции в мире и увеличивало бы людей, симпатизирующих Израилю.

— Ты продолжаешь заниматься спортом и сегодня. Но ты понимаешь, что если вдруг станешь депутатом или министром, то тебе будет не до этого. Ты готов к таким переменам в жизни?

— Даже если ты официально ушел из большого спорта, окончательно уйти из него невозможно. Я живу спортом и в спорте, так что, думаю, как бы я ни был занят, для него время у меня всегда найдется.

Кстати, спортом занимается и вся семья Алекса Авербуха, которая, по его словам, занимает главное место в его жизни. Средняя дочь Авербуха, Диана увлекается бегом. А вот младшая дочь, Анастасия, уже в 9 лет стала настоящей звездой «Инстаграмма» — у нее больше 100 000 подписчиков. «Так что я, наверное, должен представляться как «папа Анастасии»! Она пока – одно из самых больших достижений нашей семьи» — улыбается Авербух, явно разбегающийся для нового рекордного прыжка в своей жизни.

«НОВАЯ БИОГРАФИЯ» ЦАРЯ ДАВИДА

Одной из главных археологических сенсаций этого лета стало открытие Циклага (Секелага) – филистимлянского поселения, в котором, согласно ТАНАХу, будущий царь Давид скрывался от своего тестя царя Саула. Резкая смена филистимлянского культурного слоя на еврейский, не оставляет сомнений, что в Х в. до н.э. в Циклаге поселились евреи, и это еще раз подтверждает правдивость библейского текста.

Публикации об этом открытии, судя по всему, не очень понравились палестинцам и, как сообщал газета «Макор ришон», выступая на церемонии открытия водопровода и ЛЭП в деревне Тубас премьер-министр ПА Махмуд Аштийа, решил удариться в исторические параллели.

«В свое время их богатырь Шимшон связал хвосты шакалов и поджег их, чтобы сжечь пшеницу, которая колосилась на наших полях. Но Самсон исчез, а на наших полях по-прежнему растет пшеница!», — сказал Аштия, чтобы подчеркнуть, что нынешние палестинцы якобы являются никем иными, как прямыми потомками библейских филистимлян.

Журналист-арабист Асаф Гибор обращает внимание, что это заявление вступает в резкое противоречие со знаменитой программной речью Абу-Мазена в Берлинском университете Аденауэра, в которой председатель ПА утверждал, что современные арабы Иудеи и Шомрона являются потомками древних ханаанских народов.

«Палестинский народ – это прямые потомки ханаанцев, живших на том же самом месте более 3500 лет назад, — провозгласил Абу-Мазен. – На нашей древней земле мы построили город Иерихон; создали самые первые в истории земледельческие деревни; основали Город Мира и город Хеврон, переименованный затем в город отца пророков Ибрагима». На днях в своей речи, посвященной разрушению Израилем незаконных построек в Восточном Иерусалиме, Абу-Мазен вновь заявил, что «мы придаем первостепенное значение попыткам фальсификации истории нашей древней столицы, построенной нашими предками – автохтонными жителями Ханаана».

Два этих противоречащих одно другому подхода и составляют основу того видения истории, которое всячески пропагандируется в ПА и усиленно внедряется в сознание подрастающего поколения.

В изданном в прошлом году при поддержке УНРА учебнике истории для 6-го класса, по которому учатся дети как в ПА, так и в секторе Газы и Восточном Иерусалиме утверждается, что «в древности Палестина называлась Ханааном и населяли ее ханаанейцы. Ханаанейцы были арабами-кочевниками, которые пришли в Палестину с Аравийского полуострова и осели на ее территории. Их столицей был город Аль-Кудс, которую жившие на южной окраине Палестины филистимляне называли Иру-Шалем».

В качестве домашнего задания школьникам предлагается «обозначить на контурной карте границы древнего Хаанана-Палестины, перечислить названия главных древних палестинских городов (Иерихо, Акко, Шхем, Иерусалим и Хеврон), а также назвать народы, жившие по соседству с древними палестинцами».

Евреи, разумеется, в этом списке не упоминаются по той простой причине, что, по версии палестинских историков, их в древности вообще не существовало – они являются уроженцами Европы, где… сначала украли у арабов религию, а затем на ее основе сформировали сионистский миф.

Но уже через несколько страниц оказывается, что палестинцы — это вовсе не ханаанацы, а плиштим – филистимляне, что, впрочем, никак не мешает их версии о евреях. Филистимляне, оказывается, тоже были урожденными арабами с Аравийского полуострова.

Самое печальное: то же самое излагается и в учебниках истории для палестинских университетов, то есть на подобных фальсификациях воспитывается и палестинская интеллигенция. Среди прочего, к примеру, в этих учебниках утверждается, что царь Давид и царь Соломон не имели никакого отношения к еврейству, а были… палестинцами и… истово верующими мусульманами. Так осуществляется в палестинской национальной самоидентификации тесный сплав библейской священной истории, арабского национализма и исламизма — поистине взрывоопасный коктейль.

Разумеется, самостоятельно мыслящие студенты гуманитарных факультетов могут обратить внимание на вопиющие противоречия этой теории и задаться целым рядом вопросов. Например, о том, почему царь Давид, если он был «филистилянином-арабом», так яростно и безжалостно с этими филистимлянами воевал?

И почему он писал свои псалмы не на арабском, а на иврите, да и весь ТАНАХ написан именно на иврите, а не на арабском языке, на котором якобы говорили ханаанейцы и филистимляне?

Почему следы арабской культуры появляются в т.н. Палестине только в 7 в. н.э., а многочисленные археологические находки свидетельствуют о том, что евреи присутствуют здесь, как минимум с 12 в. до н.э.?

Но, во-первых, задаются такими вопросами немногие – большинство прекрасно проглатывает эту несусветную историческую галиматью и отлично ее переваривают. А вот для тех, кто все же задается, существует следующий ответ: никаких археологических находок, подтверждающих присутствие здесь евреев, на самом деле не существует. Все такие находки – это фальшивки, изготавливаемые в рамках мирового сионистского заговора специально, чтобы ввести остальной мир в заблуждение и обосновать право евреев на исконную арабскую землю.

Историки и политологи отмечают, что подобная откровенная фальсификация истории не так смешна и безопасна, как это кажется на первый взгляд.

В итоге она, во-первых, позволяет растить новое поколение палестинцев в твердой уверенности, что они имеют неотъемлемое историческое право на всю территорию «Палестины», а евреи – лжецы и подлежащие уничтожению захватчики. Такое искаженное представление об истории является отличным питательным бульоном для идеологии террора, а заодно и делает практически невозможным достижение какого-либо соглашения между Израилем и палестинскими арабами. Ведь любой территориальный компромисс при таком историческом подходе становится невозможным.

Во-вторых, в последнее время палестинцы пытаются навязать такое заведомо ложное видение истории всему миру, и добиваются на этом пути успеха. Достаточно вспомнить резолюцию ЮНЕСКО, объявляющую Хеврон и Старый город Иерусалима частью исторического наследия палестинского народа.

ВКУС ЧЕРНОГО МЕДА

«Черный мед»

В США и Израиле состоялась презентация документального фильма «Черный мед», призванного напомнить об Авроме Суцкевере – одном из величайших еврейских поэтов ХХ века, а также рассказать о некоторых малоизвестных страницах его биографии. Будет несправедливо, считают авторы фильма, если творчество поэта, дважды номинированного на Нобелевскую премию, гениальность которого признавали многие классики израильской и мировой литературы, канет в Лету.

В качестве главного рассказчика в фильме выступает внучка поэта, известная израильская актриса Адас Кальдерон (она же, наряду с режиссером фильма Бени Барабашем является автором сценария).

По словам Адас, она была названа в честь первой любви Суцкевера, и это во многом определило ее взаимоотношения с дедом: тот никогда не сажал ее к себе на колени, никогда не отводил в детский сад и категорически запрещал ей называть себя дедом. Так и вышло, что до конца жизни Адас называла деда Абрашей.

«При этом между нами установилась какая-то метафизическая связь, и именно мне дед рассказывал о пережитом в годы войны столько и такое, чего не рассказывал никому», — вспоминает Адас Кальдерон.

Постепенно в фильме воскрешается вся история жизни Аврома Суцкевера – рождение в еврейском местечке в 1913 году, переезд в годы Первой мировой в Омск, ранняя смерть отца, возвращение в Вильно, женитьба на Фридке, начало литературного творчества…

Адас вспоминает, как дед рассказывал ей о том, как был включен немцами в бригаду еврейских интеллектуалов, которые должны были отобрать в библиотеках и синагогах те еврейские книги, которые представляют какую-то ценность и должны быть переданы в будущий Музей исчезнувшей расы, и те, которые следует уничтожить, о рождении их с Фридкой первенца, который был умерщвлен прямо в больнице, так как рожать в гетто запрещалось.

Чрезвычайно любопытно звучит в устах внучки поэта рассказ о том, как он сбежал из гетто: просто подошел к стоявшему на краю гетто немецкому солдату и спросил: «Скажи, куда я могу убежать от немцев?». «Туда!» — ответил солдат и показал в сторону моста через реку. И Суцкевер спокойно пошел через мост, а солдат спокойно смотрел ему вслед. Суцкевер до конца жизни был уверен, что тот не выстрелил потому, что он поверг его в психологический шок.

Во время нахождения в партизанском отряде несколько стихотворений Суцкевера были переведены на русский, после чего Сталин велел доставить поэта в Москву, и выслал за ним военный самолет. Увы, этот самолет был сбит немцами. Тогда Сталин направил за Суцкевером второй самолет, который благополучно долетел до отряда. Так как в самолете было место только для одного пассажира, то Фридка летела, сидя на коленях у мужа.

В фильме высказываются различные предположения о том, что именно побудило Сталина посылать самолеты за Суцкевером – от версии, что Сталин в душе оставался поэтом и высоко ценил подлинные поэтические дарования до, вероятно, более близкого к истине объяснения, что Суцкевер бы ему нужен для усиления работы Антифашистского еврейского комитета в США.

Разумеется, в фильме уделяется внимание и участию Суцкевера в Нюрнбергском процессе. В частности, со слов дела, Адас Кальдерон рассказывает, что тот поначалу хотел выступать на идиш, но Сталин запретил ему это. Во время дачи свидетельских показаний Суцкевер принципиально стоял в память о погибших евреях, хотя ему несколько раз предлагали стул. Если верить Адас, во время процесса ее дед стал подумывать, как раздобыть оружие, пронести его в зал суда и открыть там огонь по нацистским преступникам. Илье Эренбургу стоило немалых усилий уговорить его отказаться от этого плана.

После переезда в Израиль в 1947 году Суцкевер больше никогда не приезжал в Германию, не покупал немецких товаров, и запрещал это делать членам своей семьи.

От компенсации из Германии он демонстративно отказался.

Из Израиля он выезжал крайне редко, по необходимости. И до конца жизни он старался говорить на идиш, и писал исключительно на этом языке, хотя свободно владел и русским, и ивритом. Когда Бен-Гурион, знавший многие стихи Суцкевера наизусть, призвал его перейти на иврит, тот ответил хлестким стихотворением «Мой идиш», в котором заявил, что душа, которая говорит на языке мертвых евреев, не подлежит переводу ни на какой другой язык.

В финале фильма Адас Кальдерон вспоминает, как в 2009 году, когда Суцкеверу было уже почти 97 лет, и всем было ясно, что его дни сочтены, ее театр должен был отправиться на гастроли в Гейдельберг. С тяжелым сердцем она пошла к «Абраше» спросить, разрешает ли он выехать ей на гастроли в Германию.

«Абраша! – сказала она, после того, как дед утвердительно кивнул в ответ. – А если бы тебя сейчас пригласили в Германию, ты бы поехал? Ты просто не представляешь, как они хотят тебя там видеть. Неужели не пришло время простить?..»

«Нет! – отрезал Авром Суцкевер. – Я — никогда!».

Авром Суцкевер

«Я бы тоже никогда не поехала в Германию без разрешения деда, — добавляет Адас. – К сожалению, наш последний разговор с ним состоялся по телефону, когда я еще находилась в Германии. 10 января 2010 года он скончался…»

К сожалению, немногие граждане еврейского государства понят о том, кто такой Авром Суцкевер. Но никто не может вычеркнуть его имя из пантеона еврейской литературы и из еврейской истории.

«НЕ БРОСАЙТЕ НАС ОДНИХ»

«Так получилось, что моих биологических родителей нормальными родителями считать нельзя, и когда в армии узнали, что они собой представляют, я получила статус солдата-одиночки, — рассказывает Даниэла А. – И это было замечательно! У меня было жилье, тех денег, которые мне выдавали, вполне хватало и на еду, и даже на развлечения. Если у меня возникала какая-то проблема, я знала, куда обращаться, и армия решала ее буквально в течение считанных дней. А потом меня демобилизовали, и я вдруг почувствовала, что осталась совсем одна.

Я не расстраивалась: была уверена, что с моим горьким жизненным опытом вполне смогу справиться со всеми проблемами. И поначалу все так и было: я сняла маленькую квартиру, устроилась на работу.

Все должно было быть хорошо. Но где-то через неделю после начала работы я почувствовала сильные боли в животе, и поехала в приемное отделение в больницу. Пока мной занялись врачи, я просидела там около 12 часов. Все были с кем-то: с родителями, детьми, женами или мужьями, и только я была одна! Затем врач сказал, что нужно делать срочную операцию, и меня стали к ней готовить.

Спустя несколько часов после того, как я очнулась от наркоза, в палату вошла медсестра и заявила, что операция прошла успешно, завтра утром мне надо освободить койку. Я попыталась объяснить, что все еще плохо себя чувствую, что очень слаба и стала умолять оставить меня в больнице еще на пару дней, но медсестра меня словно не услышала.

На следующее утро в палату вошла какая-то тетка, похоже, из начальства, и заявила, что операция у меня была легкая, так что я должна немедленно покинуть палату и освободить место для другого больного, а если я будут отказываться, меня выкинут на улицу силой. И вот тогда меня охватило такое чувство бессилия, одиночества и безысходности, что я заплакала. Я не знала, как смогу добраться до дому, когда смогу вернуться на работу, возьмут ли меня туда снова, а если не возьмут, то, как я буду платить за квартиру…»

По словам одной из основательницы движения «Аль тишару отану лавад» («Не бросайте нас одних») адвоката Шароны Вайнроб, история Даниэлы К. – довольно типичная.

— Я – подполковник запаса, 25 лет прослужила в ЦАХАЛе, в том числе, много лет работала в отделе кадров, и хорошо знакома с ситуацией и как бывший кадровик, и как мама – моя старшая дочь вот-вот демобилизуется, а средний сын еще проходит службу в армии, — говорит Шарона Вайнроб. — Так вот, я хорошо знаю, что в последние годы положение солдат-одиночек и в самом деле значительно улучшилось. Им стали, наконец, уделять должное внимание. Но вот они демобилизуются, и оказываются в вакууме – другого слова я не подберу! Ежегодно демобилизуется примерно 2000 солдат-одиночек. Им 20-21 год, иногда 22-23, то есть, по сути, они еще дети, которые ежедневно нуждаются в совете – и как уладить свои банковские дела, и как вести себя при беседе с потенциальным работодателем, как распределить свой небольшой бюджет. Я уже не говорю о том, что им некому приготовить утром бутерброд и горячий кофе, как я это делаю для своих детей. Вдобавок ко всему, многие из них – новые репатрианты, которые почти не разбираются в израильских реалиях. Все это и побудило меня создать компанию и инициировать проект по оказанию помощи солдатам-одиночкам, которые после демобилизации превращаются просто в одиноких и нуждающихся в самой разнообразной помощи граждан.

Первыми идею Шарон Вайнроб поддержали и присоединились к деятельности новой организации (на добровольных началах, разумеется) майоры запаса Йоси Бен-Эзра и Яир Мартон, Шарон Саваг и др. Каждый из них вполне преуспел на «гражданке», достаточно занят, но тем не менее, отдает нашей организации немало сил и времени.

— Я много встречаюсь с демобилизованными солдатами-одиночками, и хорошо знаком с их проблемами, — говорит Яир Мартон. – Одиночками становятся по разным причинам: это и ребята-репатрианты, и те, кто осиротел еще в детстве или даже уже после начала службы в армии; и те, кто вырос в очень неблагополучной семье, и после армии им возвращаться некуда. Сегодня оказываемая им помощь после армии заключается в тех ежемесячных 1000 шекелей, которые им в течение года выплачивают на съем квартиры. Понятно, что этого недостаточно, да и помимо экономических проблем у них существует масса других. Но я так же знаю и другое: большинство из них не желают клянчить подачек, выступать в роли просителей у государства. В результате очень многие новые репатрианты вместо того, чтобы после службы остаться жить в Израиле, сделать здесь карьеру, ходить на военные сборы, разочаровываются в еврейском государстве, и уезжают в страну исхода. И вот это очень жаль, и нам надо как-то остановить этот процесс.

Яир Мартон убежден, что одной только добровольческой деятельностью ситуацию не исправишь – нужно добиться принятия закона о защите прав демобилизованных солдат-одиночек. По мнению Мартона и его товарищей по организации, этот закон должен предусматривать выплату таким солдатам в течение года пособия на жизнь в размере 2500 шекелей, повышенное выходное пособие, гарантию оплаты высшего или специального образования, а также выделение бюджета на «менторов» — наставников, которые будут опекать таких солдат в первый год жизни «на гражданке», а также на помощь психолога, финансового советника и др. специалистов, если они понадобятся.

В отделе кадров ЦАХАЛа говорят, что не имеют ничего против принятия подобного закона, более того – выражают ему всяческую поддержку, но категорически отвергают обвинения в том, что после демобилизации солдаты-одиночки оказываются брошенными на произвол судьбы.

Оказывается, в ЦАХАЛе есть специальный фонд для этих категорий военнослужащих, и только в прошлом году из него было потрачено больше 100 млн. шекелей, из которых 53 млн. были потрачены на оплату учебы, 43 млн. – на помощь в съеме квартир, и 4 млн. шекелей на программу «Еще в форме — на студенческую скамью». Для того чтобы у демобилизованных одиночек всегда была крыша над головой, им предоставляется одноразовое пособие на съем квартиры в размере 5000 шекелей (сверх 1000 шекелей, которые выплачиваются ежемесячно), а кроме того, они всегда могут получить место в общежитии «Бейт а-хайяль».

Тут возможны разные варианты: ребята не знают, как получить помощь; денег на всех не хватает; средства используются не по назначению.

ОПАСНАЯ ПУСТОТА

На магистральной трассе Рамат-Гана – улице Жаботинского – буквально на глазах у людей провалилась земля и в мгновение ока образовалась достаточно большая яма. Лишь по счастливой случайности никто от столь нетривиального события, не пострадал, и яма была быстро ликвидирована. Но насколько возможно повторение таких событий в будущем? И если земля вдруг внезапно проваливается посередине улицы, то не может ли нечто подобное произойти с целыми домами? Пока жители Гуш-Дана озабочены этими вопросами, специалисты спорят о том, что же именно стало причиной провала земли в самом центре Гуш-Дана. Надо заметить, что мнения по данному поводу расходятся, но вот относительно вопроса «что делать?» разногласий, похоже, нет.

— Появление полостей в земле и последующее обрушение верхнего слоя грунта – явление давно и хорошо известное, говорит профессор геологии Хайфского университета профессор Моше Инбар. — Не стоит забывать, что под землей природа продолжает жить своей жизнью, там текут подземные реки и есть подземные моря. Если год выдался дождливым, то вода, проникая в почву, начинает искать новые пути, и в итоге всегда их находит, постепенно вымывая песок или легкорастворимый известняк, в результате чего под поверхностью образуются пустоты. Это явление характерно, к примеру, для Негева и района Мертвого моря. В последнем случае все вообще объясняется просто: вокруг Мертвого моря сосредоточены большие залежи соли, которая легко вымывается водой. На сегодняшний день на территории Израиля зарегистрировано 6 000 подземных полостей и ям, диаметр которых иногда достигает нескольких десятков метров, а максимально зафиксированная глубина — 26 метров. Так что яма, которая появилась в Рамат-Гане – это просто малютка.

Профессор Инбар отмечает, что по мере обмеления Мертвого моря, количество пустот в его районе возрастает и создает немалую угрозу для расположенных там гостиниц. Провалы в земле в различных городах страны, по его словам, тоже не новость – время от времени это случается, и ставит под угрозу жизни людей.

Так, в декабре 2018 года неожиданно провалилась земля в центре двора частного дома в Гиватайме, и глубина образовавшейся ямы составила 15 метров. Затем аналогичное событие произошло в марте нынешнего года в том же Гиватайме на улице Шенкин. Все это дает основания предполагать, что в данном районе Гуш-Дана образовалось немалое количество полостей в земле, и обрушение ее поверхности здесь будет случаться все чаще.

— Если в районе Мертвого моря и в Негеве образование полостей связано с естественными причинами, то в городах оно в первую очередь обусловлено деятельностью человека, — убежден начальник отдела инфраструктурных проектов компании «Эпштейн вэ-ниуль проектим» Ури Шриг. – Вы, к примеру, когда-нибудь задумывались, с какой скоростью течет под землей вода в трубах? А ведь давление в этих трубах немалое, они вибрируют, что влечет за собой сдвиги лежащей вокруг породы. Тем более при протечках водопровода и канализации образование полостей становится неизбежным. Понятно, что она начнет прокладывать себе путь через песчаник, из которого в значительной степени сложена почва Рамат-Гана и Гиватаима, и образование полостей в результате этой работы воды становится неизбежным. А если учесть, что вся водопроводная и канализационная инфраструктура в районе Рамат-Гана, Гиватаима, Бней-Брака и прилегающих к ним районов Тель-Авива крайне стара, то последствия могут быть непредсказуемы – вплоть до внезапного обрушения многоквартирных домов.

Специалисты также обращают внимание на то, что мартовский и декабрьский инцидент в Гиватаиме еще можно было как-то связать с дождями, то в Рамат-Гане «земля разверзлась» посреди лета, и нельзя исключать, что это напрямую связано с идущей в этом районе прокладкой подземной ветки метрополитена. Да, отмечают они, перед началом работ по строительству метро Гуш-Дана вроде были проведены все необходимые проверки, касающиеся структуры почвы и подземных водных источников, но, судя по всему, проектировщики не всегда учитывали схему пролегания городской инфраструктуры. Кроме того, строители могли повредить ее просто в результате ошибки, ценой которой могут стать жизни десятков людей.

В любом случае специалисты настоятельно рекомендуют провести тщательное зондирование всего Гуш-Дана для составления карты имеющихся в нем земных полостей и разработки мер по их нейтрализации. Но такое зондирование с помощью самой современной аппаратуры будет стоить миллионы шекелей, и пока неясно, кто именно должен взять на себя эти расходы – государство или мэрии.

Таким образом, вопрос в итоге уперся в деньги, и в этом уже нет ничего нового.

Добавить комментарий

Заполните поля или щелкните по значку, чтобы оставить свой комментарий:

Логотип WordPress.com

Для комментария используется ваша учётная запись WordPress.com. Выход /  Изменить )

Google photo

Для комментария используется ваша учётная запись Google. Выход /  Изменить )

Фотография Twitter

Для комментария используется ваша учётная запись Twitter. Выход /  Изменить )

Фотография Facebook

Для комментария используется ваша учётная запись Facebook. Выход /  Изменить )

Connecting to %s