ГЛАДИАТОР

Опубликовал(а)

(Окончание. Начало в #573)

Случайные подруги… Три девицы, которых он выгнал из своего номера, заплатив непонятно за что. Рон вытащил микробанк, просмотрел недавние операции, выбрал наугад один из номеров. Уже делом техники было найти, кому он принадлежал, и узнать код мобильника.

— Ева? — спросил Рон, когда ему, наконец, ответил заспанный голос.

— Да. Кто это?

— Ты одна?

— Какая сволочь будит меня, чтобы узнать это?

— Очень важный вопрос. Ты одна сейчас?

— Пит?

— Нет. Ответь мне.

— Ну, одна, что дальше?

Дальше было более чем идиотское объяснение Рона, что он ее запомнил, срочно хочет увидеть, и об этом надо молчать. Для молодой девчонки, разбуженной среди ночи, этого оказалось достаточно. Загадочная Ева Бург (Рон не мог представить, с кем именно из трех он говорит) продиктовала данные для бортового компьютера, и Рон вновь отдался на волю автопилота.

Он облетел нужное здание, но сел на ближайшую стоянку аэротакси. Было слишком поздно. Ни одного случайного пассажира, кому можно оплатить дорогу с целью запутать преследователей. И все бродяги спят в своих норах. Пришлось рискнуть и просто оставить машину на стоянке.

Ева Бург, оказавшаяся обладательницей трехцветных волос, уже выглядела вполне проснувшейся. В ее квартире пахло свежим кофе. В центре одной из двух маленьких комнаток лыжники, проецируемые визором, крутили умопомрачительные сальто.

«Странно, — подумал Рон, — хозяйка не выглядит такой уж взбалмошной поклонницей. Так просто ее не заболтаешь. Остается надеяться, что она проспала все, связанное с покушениями на мою жизнь».

Увы. Девушка тут же развеяла эту надежду.

— Я тут послушала новости, — сказала Ева. — Мне кажется, ты пришел сюда не по той причине, о которой сказал мне. Дважды за этот вечер тебя убивали. Или ты — дважды покойник, или ты прячешься.

— Ты не похожа на девчонку, которая бегает по раздевалкам спортсменов, — Рон ушел от прямого ответа, выгадывая время.

— Кем хочу, тем и выгляжу. Я свободная женщина, развлекаюсь, как хочу. А тут еще с другом поссорилась. Выпила лишнего… Какая разница? Тем более, ты нас все равно выгнал. А потом пришел сам. Если бы не новости, я бы посчитала, что все дело в сексе. Тут проблем нет, я не из тех, кто отказывается. Но за тобой охотятся. Ты решил спрятаться? Почему у меня?

— Охотятся, — честно признался Рон. — Неважно почему, тебе лучше не знать.

— Хорошо, не говори. Но почему у меня и почему ты не боишься, что я тебя выдам за хорошие деньги?

— Из вас троих сегодня вечером, — на этот раз Рон соврал, — я отметил тебя и нашел сейчас по коду в микробанке. К тому же, мы не знакомы, и никто не будет искать меня здесь. А продать… Я тебе признаюсь: убегая я оглушил одного из этих… охотников. Здорово избил. Так они же сами его пристрелили до прихода полиции. Чтобы не проболтался. Понимаешь? Они настолько осторожны, что убрали даже своего. Им куда легче убрать тебя, как лишнюю свидетельницу, чем заплатить за мою голову.

— Очень радует. Ты принес хорошую перспективу. Даже если ты уйдешь, я останусь лишней свидетельницей. И никому не смогу похвастаться, что спала с Роном Литвиным, не говоря уже о том, что помогала ему прятаться!

Рон подумал, что даже несмотря на угрозу смерти Ева собиралась с ним переспать. Это радовало. Не тем, что сулило какие-то удовольствия, а отсрочкой. Сколько он сможет развлекать логично мыслящую любительницу приключений?

— Не бойся, — сказал он. — Раскрою маленький секрет. Мои люди уже начали заниматься этим делом. Им просто надо время. А когда они кончат, ты сможешь давать интервью… Нет, это я загнул. Не такая уж я знаменитость. Но подругам сможешь рассказывать.

— Еще пару раз тебя убьют, — хмыкнула Ева, — станешь знаменит. Гладиатор, дважды воскресший… Пока дважды. Ну, хватит, болтать. У меня уже все внутри горит. Пошли в постель.

Рон немного удивился, как простая беседа может вызвать такое возбуждение. Ну, все это очень индивидуально. А ему надо отрабатывать плату за проживание в убежище.

Ева, оказавшаяся студенткой университета, предпочла постельное времяпрепровождение занятиям. После двух суток, проведенных в ее обществе, Рон чувствовал себя измотанным, как после недели непрерывных тренировок. Что хуже всего — ему не удавалось даже задуматься о происходящем. Что успел сделать за это время Галь Авнери? И (почему-то Рону казалось, что это даже важнее, чем спасательная миссия Галя) как понять его нуль-транспортировку в ресторане? Как урвать хоть пару минут на размышления?

В один из тех редких моментов, когда Ева спала, а Рон нет, он вытащил ее мобильник и набрал номер Галя. И чуть было не утонул в потоке ругани.

— Как последний идиот, — кричал Галь, — я вытащил из постели троих ребят и влез в попутный армейский транс прямо на взлетной полосе. Мы даже одевались в трансе. Через шесть часов мы уже были в Нью-Йорке. В полете узнали, что тебя вроде как убили в ресторане.

— Трупа же не… — попытался возразить Рон.

— Тебя разорвало на куски! Так, почему-то, говорили свидетели. Поначалу я не очень верил. Навел справки про твоего Герберта. Кое-что на него есть, но он только посредник. Высокого ранга, но посредник. Есть подозрения, но нужны деньги. Того, что ты дал, не хватает, а обещать добавку я не мог, не зная, жив ли ты. Набирай номер счета…

— Не могу, — сказал Рон, — они как-то наблюдают за моими банковскими операциями. Не знаю, до тебя они проследили за деньгами или нет…

— Плохо дело, — Галь задумался. — Высоко же они сидят, если подсматривают за банками. Тем более, мне нужны деньги. Найду какого-то мощного посредника за рубежом. Свяжись со мной через несколько часов.

Побеседовав, Рон задумался. Знают ли его враги про Галя Авнери? Если они проследили полмиллиона до получателя, то почему Галь еще жив? Только потому, что он не один и хорошо подготовлен? Это бы не помогло. Значит, не проследили. Хотя, возможно и другое объяснение: Галя Авнери не трогали, чтобы через него выйти на самого Рона!

С момента их разговора прошло около двух минут, когда Рона, наконец, посетила эта мысль. Он подскочил, как ужаленный, и кинулся одеваться.

— Что случилось? — Ева проснулась.

— Я связался через твой мобильник. Сомневаюсь, что разговор засекли, не паникуй, но на всякий случай я убегаю. Если кто-то примчится меня убивать — здесь меня не было, а мобильник ты потеряла в отеле, когда мои охранники тебя выгоняли.

— Ты всегда загораживаешься женщинами? — сонно спросила Ева.

— Нет, — смущенно ответил Рон. — Извини. Бегу.

— Вернешься? — вопрос прозвучал вдогонку, особой надежды на ответ в нем не чувствовалось. Рон и не ответил, просто сделал заметку в памяти, что если он выживет, то переведет страстной поклоннице и хозяйке временного убежища приличную сумму.

Рон зашел к Еве ночью, а вышел поздним вечером. В районе, где он находился, хватало наземного транспорта, несмотря на то, что крыши были приспособлены для посадки аэромобилей. «Место для сравнительно обеспеченной публики, — подумал Рон. — Средний класс с плюсом». Здесь казалось довольно безопасно, уходить не хотелось. Учитывая, что пользоваться аэротакси было нельзя, выбираться приходилось пешком. Рон нащупал излучатель. Часто бывая в Хьюстоне, он совершенно не знал город. Отель, арена, покупки по визору. Кто вообще знает города? Люди помнят маршруты от дома и до службы. Во всяком случае, Рону так казалось. Однако то, что он не одинок в своем незнании, не утешало. В Хьюстоне, как в любом мегаполисе, имелись районы, крайне опасные для посещений. Рон еще раз дотронулся до излучателя. Эти движения постепенно превращались в нервный тик. Герои «Утреннего полицейского» так себя не вели.

«Я — прагматик, — сказал сам себе Рон, — если я наметил себе какой-то план действий и вижу, что его не выполнить, — я меняю план. Тем более, менять особенно нечего. Я бежал, опасаясь быть запеленгованным. Но ведь если меня запеленговали, то должны примчаться за мной немедленно. Если кто-то действительно прибудет к Еве, чтобы убить меня, я смогу это увидеть… из удобного места».

Рон начал искать это «удобное место». Надо, чтобы просматривалась улица у дома, и было видно воздушное пространство рядом с крышей. Минут через пятнадцать-двадцать пронаблюдать и, если никто не появится, можно возвращаться. В объятия Евы. Утомительно, но безопасно.

Настороженно вглядываясь в редкие вечерние машины, Рон двигался к облюбованному укромному месту рядом с один из домов. У человека только два глаза, к тому же они не могут действовать слишком самостоятельно. Если один следит за машинами, а второй за небом… один из них наверняка немного халтурит. А ведь надо еще не споткнуться и избежать столкновений с поздними прохожими. Бой с несколькими спарринг партнерами — прекрасная тренировка для такой ситуации. Жаль, никто из этих сумасшедших филиппинцев не мог летать.

Рон дошел куда хотел и тут же пожалел об этом. Из затененного угла, из абсолютного мрака вынырнули-материализовались две неприятные личности. Бродяги. Но не безопасные потребители дармовой похлебки, а те, кто сами зарабатывают себе на пропитание. Грабежом. Один из бродяг держал в руках старый пистолет, стреляющий пулями, второй прятал руки в карманах длинного потрепанного одеяния.

— Только дернись, — сказал вооруженный, — вышибу мозги. Понял?

— Понял, — уныло ответил Рон. Какого черта он постоянно трогал излучатель, если не смог достать его вовремя.

— Вот видишь, — вооруженный скосил глаза на напарника, — кто-нибудь всегда приходит. Проверь, что у него есть. Только не загораживай от пули.

Второй бродяга довольно поверхностно обыскал Рона, но даже такого обыска хватило, чтобы отобрать все: излучатель, запасные обоймы, наличные деньги, микробанк и мобильник Евы и его собственный.

— Бог услышал наши молитвы, — бродяга с пистолетом свободной рукой взял излучатель, взвесил на руке и уронил в какой-то из своих бездонных карманов. В похожий карман проследовала и пачка купюр. Теперь грабитель, стараясь не упустить Рона, изучал микробанк. Рон искоса глянул в сторону улицы, где поздняя городская жизнь если уже не кипела, то, без сомнения, ощущалась. Увы. И он, и бродяги выбрали идеальное место для наблюдения. Отсюда был видно все. Со стороны улицы — ничего.

— В каком районе промышляешь? — спросил грабитель. — Кажется, я видел тебя за торговым центром. Ну, и сидел бы там. Зачем на мой участок полез?

«Похоже, благодаря излучателю и куче денег меня приняли за удачливого конкурента, — подумал Рон. — Но как это использовать?»

— Держи! — грабитель протянул микробанк Рону. — Ну-ка, набери, какой кредит ты можешь получить.

«Идиот, — подумал Рон, — он спрашивает про кредит, будто я — простой наемный работник. Но как он думает украсть деньги со счета? И что он скажет, когда увидит безумные цифры с множеством нулей?»

Рон взял микробанк. В то же мгновение он понял, что грабитель утратил бдительность. Во всяком случае, он стоял под углом, не совсем удобным для стрельбы. С обычным уличным прохожим это было не так уж и важно, но профессиональный гладиатор двигается куда быстрее… Мгновение, и рука, державшая пистолет, была вывернута. Рон ударил дважды: просто, без затей, используя кулак, как молоток. Теперь второй… Рон повернулся и понял, почему второй бродяга все время действовал только одной рукой. Вторая оставалась в кармане и сжимала пистолет. А сейчас этот пистолет смотрел Рону в лицо.

Рон рванулся в сторону. Дуло переместилось вслед за ним, раздался треск выстрела.

Плюх! Какое неудачное приземление! Рон перекатился по асфальту, встал на четвереньки. Чертовщина! Его опять отбросило, как в ресторане, правда, всего на пять метров. И бандит сориентировался даже быстрее него. Вот он еще раз стреляет…

Второй выстрел дал такой же результат. Рон вновь нуль-транспортировался. На этот раз так удачно, что мог выбежать из проклятого угла и скрыться на улице. Скрыться? Без оружия и микробанка?

Рон настолько обнаглел, что поверил в собственную неуязвимость. Он рванулся к бандиту. Теперь удалось обойтись без «спецэффектов». Ошарашенный двумя предыдущими неудачами, грабитель замешкался и не выстрелил в третий раз.

Рон обыскал два бесчувственных тела. Кажется, у него собрался неплохой арсенал. Стоит ли таскать с собой все оружие? Куда его спрятать? Вот еще немного денег… Лучше их оставить, ему они не особенно помогут, а вот бродяг смогут удержать на какое-то время от грабежа. При условии, что оба подонка еще живы. Рон абсолютно не умел соизмерять силу своих ударов с человеческими возможностями вынести эти удары.

Особенно обрадовал Рона найденный у одного из грабителей личный мобильник. Не его, не Евин… Лишний плюс при запутывании слежки. Вот черт! Он же не наблюдал за подходами к Евиному дому! Притом, в самые ответственные минуты.

Рон выглянул. Машин у дома не прибавилось, но люди мафии наверняка пользовались аэромобилями. Садился ли кто-нибудь на крышу? Возможно, они уже в квартире, а Ева убита. Зато она умерла удовлетворенной. Тьфу! Нельзя же быть таким циничным! Тем более, Еву, кажется, невозможно удовлетворить до конца. А если уж преследователи не поверили в сказку об утерянном мобильнике, то они должны выпытывать, куда исчез Рон.

Идея о пытках чертовски не понравилась Рону. Прятаться за женщину… Он перевел взгляд на бродяг. Оглушенный первым, похоже, дышал. Второй — нет. Рон потрогал тело. Уж слишком холодным оно казалось. Еще один труп на пути? Рон подумал, что начинает оправдывать древнюю профессию гладиатора. «Живущий в тени смерти», — как говорил какой-то поэт. Именно так. И горе тем, кого затянет в эту тень. А то — привыкли, что гладиаторство лишь щекочет нервы, но по сути своей — безопасно, как отдых у визора. Потому какие-то ублюдки и решились шантажировать гладиатора, безопасного фехтовальщика, абсолютно беззащитного без нуль-транспортной техники. Нуль-… Проклятье! Или у него все мозги атрофировались в мускулы, или он всегда был идиотом. Уже третий раз непонятная сила спасает его от верной смерти, а он и не обращает на это никакого внимания. Думает и не задумывается, что с ним происходит!

Задумываться можно было, но вот додуматься — вряд ли. Трижды Рона нуль-транспортировало. Так, запросто, без сложнейшей аппаратуры, стоящей миллиарды. Почему? Рон знал физику в объеме школьного курса. Не более. Да и то — забыл массу мелочей. «Почему?» — вопрос не к нему. Первое, что приходит в голову, — его тело после сотен, если не тысяч, нуль-транспортировок, настолько наловчилось проваливаться в эти… как их… измерения высших размерностей, что теперь проваливалось в них уже само, без аппаратуры, только по его, Рона, желанию.

Рон решил попробовать. Выбрал удобное место для перемещения в десяти метрах, посмотрел на него, мысленно приказал: «Ну, давай! Туда!» И остался стоять, где стоял. Глупая идея. Но ведь он уже нуль-транспортировался! Трижды.

«Тень смерти», — Рон вспомнил стихотворение. Угроза смерти — вот что играло роль стартового импульса. Мечи, разящие его на тренировках и в боях, импульс излучателя, пули — явная угроза жизни. Удары меча включали сложнейший механизм, сейчас выстрелы делают то же самое, но уже без специальной техники.

Решение пришло сразу же. Тем более, сидеть рядом с трупом — не самое лучшее времяпрепровождение. Рон смело пошел в обратном направлении, в квартиру Евы. Если там никого нет — хорошо. Если кто-то пришел его убить — пусть попробует.

В квартире не было никого кроме Евы, весьма удивленной непонятными перемещениями Рона. Похоже, что она даже недовольна. Неблагодарная, он ведь прибежал спасать бедняжку от пыток.

Стараясь держаться как можно дальше от постели, Рон приготовил кофе, нашел какую-то еду и включил визор. В текущих новостях про него не было ни слова. Судя по новостным сайтам — скрылся. Полиция исключает возможность гибели в ресторане. Предстоящий поединок в Риме — под угрозой. М-да.

Не то, чтобы он стремился к этому бою, но ведь за неявкой последуют такие санкции, что легче быть убитым. Рон задумался. Требовалось решить проблему как можно быстрее. Рон достал мобильник бродяги и связался с Галем.

— Быстро же ты, — удивился приятель-израильтянин. — На твое счастье я только что договорился. У одного хорошего человека счет в Бомбее. Давай, набирай номер, переводи вторую половину миллиона.

— Этого человека не достанут? — поинтересовался Рон. Ему чертовски надоело сеять смерть направо и налево.

— Не достанут, — похоже, Галь усмехнулся.

— Слушай, — сказал Рон. — Ты можешь сделать это все побыстрее? У меня через две недели бой в Риме. Я не тренировался, не готовился… Да я вообще не могу его пропустить!

— Ну, ты нахал, парень, — возмутился Галь. — Совсем недавно твоей заботой было остаться в живых. Мы еще почти ничего не успели сделать, а тебя уже больше всего волнует участие в поединке. Подожди. Твое убежище надежное?

— Вполне. Сколько ждать?

— Сутки. И еще лучше — двое.

— Сутки, — жестоко сказал Рон. — И я засекаю время. — Позиция Человека, Который Платит, располагала к требованиям.

— Ты остаешься еще на сутки? — послышался голос Евы. — Отлично! Сделай и иди сюда, отдохни.

Через сутки Галь еще не мог сказать ничего определенного. «Работаем», — коротко отрезал он. Рон подумал, что это короткое слово пока обошлось ему в миллион долларов. Оставалось надеяться на порядочность старого знакомого.

Под любым предлогом Рон старался держаться подальше от Евы. Нашёл в Сети бои Хасана Махмида, просмотрел. Заказал несколько последних серий «Утреннего полицейского», поспал во время просмотра. Попытался глянуть научно-популярные ролики про нуль-транспортировку. Запутался. Ну, не то чтобы до нее он особенно разбирался в этом деле… До роликов он, как абсолютный невежда, мог выдвигать самые смелые гипотезы. А теперь…

Спортивные новости передали заявление Правления Лиги Гладиаторов. В нем сообщалось, что если в течение двенадцати часов Рон Литвин не подтвердит свое участие в предстоящем поединке, то будет дисквалифицирован за нарушение нескольких пунктов своего контракта с Лигой. Как следствие — иск, суд, штрафные санкции. До истечения ультиматума оставалось девять часов.

Рон крепко задумался. Можно поспорить с кем угодно, что получив в поддержку даже целое отделение спецгруппы Генерального Штаба, Галь Авнери не сумел бы расправиться с мафией за девять часов. А что если подтвердить свое участие по минифору? Во-первых, если использовать чужой мобильник, могут не поверить. Наверняка не поверят! Мобильник — штука такая… неавторитетная.

«Живущий в тени смерти», — Рон вспомнил стихотворение. Как звали поэта? Черт с ним, с поэтом. Рон вспомнил эти слова не из любви к чистому искусству. В последние дни он приблизился к смерти, как никогда раньше. Но он и научился избегать ее лучше всех в мире! А что если совместить два очень важных дела: заявление об участии в римском поединке и эксперимент на себе? Смертельно опасный эксперимент.

Рон взял аэротакси, спокойно заплатив через своей микробанк. Ввел в автопилот адрес Четвёртого Канала. За время полета нашел все необходимые номера, и когда гигантское здание появилось в пределах видимости, вызвал шефа службы новостей Шона Кроули. С ним Рона познакомили после одного из боев, потом они говорили, оценивали шансы Доусона против Ламберта… Несущественно. Сейчас надо действовать максимально быстро. Как только разговор будет перехвачен, мафия пошлет своих убийц. Ну-ка, Рон, ты же быстрее всех.

Ответила секретарша. После слов: «Это Рон Литвин, требую немедленно соединить меня с боссом», — она сработала быстрее компьютера. В мобильнике зазвучал, поначалу недоумевающий, голос Кроули. Начальник службы новостей тут же согласился немедленно дать прямой эфир, но потом понес какую-то чепуху про интервью…

— Никаких интервью, — отрезал Рон. — Короткое заявление о моем участии в бою. А потом ваша компания, если захочет, сможет выступить в роли посредника. Официально отправите запись моего выступления в Правление Лиги.

— Это интересно, — сказал Кроули. — Через двадцать минут…

— Сразу же, как только я приду, — перебил Рон. — Иначе меня убьют во время прямого эфира. — Он ляпнул и тут же прикусил язык. Учитывая мораль масс-медиа, там будут только рады передать в эфир такое сенсационное зрелище, как убийство Рона Литвина.

К счастью, начальник службы новостей не растерял еще остатков человечности и не гнался за подобными сенсациями. Задержки с эфиром не было.

Рон стоял, окруженный студийной аппаратурой, обдумывая свое короткое выступление. Он представил, как в миллионах квартир в индикаторе визоров замигала красно-белым цифра 4. «Сенсация по четвертому каналу!» — вот что значит этот сигнал. Публика переключит свои визоры, и Рон, почти как живой, войдет в их дома.

Высказался он удачно. Практически без запинки. Что в связи с угрозой для его жизни со стороны неизвестных сил (акцент на «неизвестности») ему надо скрывать свое местонахождение. Что в римском поединке он обязательно выступит, о чем и заявляет сейчас через один из самых авторитетных каналов. Что он воздержится от любых интервью, и корреспондентам не стоит беспокоиться.

Догадываясь, что, несмотря на любые заявления, толпа шакалов камеры и микрофона уже мчится к студии, Рон осведомился, где здесь запасной выход, и скрылся еще до того, как ему закончили это объяснять.

Без сомнения, даже за короткое время выступления убийцы должны были появиться. Может быть, не самые лучшие специалисты, а просто те, кто находился ближе всех к зданию. Где они его ждут? На крыше и внизу. Куда бежать? Конечно вниз! Возможности для маневра там намного больше. С крыши можно только улететь, и если его подстрелят в полете, нуль-транспортироваться будет некуда. Земля — другое дело.

Рон вышел из лифта не в холле, а этажом выше. Бегом спустился по лестнице, резко остановился и осторожно выглянул в холл. Кто здесь явные убийцы? Таковых не было.

«Зря, — подумал Рон, — лучше бы нам встретиться тут. Если они дежурят на выходе из здания, держа на прицеле дверь, то мои шансы резко падают. Я даже не успею увидеть, что угрожает моей жизни. Рефлексы не сработают, нуль-транспортировка не произойдет».

Рон отогнал от себя подобные мысли. Если задумываться, то он совершил более чем безумный шаг. На основании трех необъяснимых событий планировать столь опасную тактику? Идиотизм в квадрате! Значит — не задумываться. У него нет мозгов. Только рефлексы. Он — гладиатор. Он живет в тени смерти.

Дождавшись, когда в дверях никого не было (незачем подставлять невинных), Рон вихрем промчался на улицу. Скорость помогла: от выстрела из гранатомёта он увернулся сам, без нуль-фокусов. Взрывная волна его достала, но это было уже не страшно. И кусок от двери расцарапал шею.

Сглотнув слюну, чтобы привести в порядок слух, Рон приподнял над асфальтом голову и оглянулся. Аэромобиль, в нарушение всех правил движения, висел над самой землей. Конечно, стреляли из него.

В машине тоже увидели, что Рон жив. Гладиатор успел засечь, как оружие повернулось в его сторону. Сейчас…

Рефлекс не подвел. Ракета, пройдя сквозь то место, где Рон был мгновение назад, врезалась в стену. Сам Рон уже вжимался в асфальт метрах в десяти, отброшенный… чем? Усилием воли? Нуль-транспортным механизмом? Времени на размышления не было. Рон достал излучатель и, импульс за импульсом, отправились к аэромобилю. Тот не имел специальной защиты, в двигателе что-то рвануло, и машина камнем рухнула на землю.

Рон быстро оглядел улицу. Наземных убийц видно не было. Не успели прибыть? И слава Богу! А теперь — бежать, бежать… Уже и полиция спешит на взрывы, и новые убийцы, и еще неизвестно кто.

Нельзя сказать, чтобы после Евы Рон чувствовал себя отдохнувшим. Но какой-то запас энергии, не растраченный на тренировках, у него был. Да и желание выжить помогало… Во всяком случае, до ближайшей стоянки аэротакси он добежал очень быстро.

На его счастье там даже нашлась старая машина, принимающая бумажные деньги. Рон заплатил самой мелкой купюрой и наобум выбрал направление полета. Будут искать — тут же засекут вылет такси с ближайшей стоянки. Задержится в воздухе — собьют. От нечего делать Рон попытался стряхнуть пыль с одежды. М-да. Грязноват, привлекает внимание. Надо переодеться. Сколько там осталось наличных?

Денег было достаточно, зато магазин, принимавший наличные, нашелся с трудом. Это показывало, что Рон все еще оставался в респектабельной части города. А что если заглянуть в трущобы? Может, там найдется какой-то отель за наличные? Неприятных встреч с обитателями улиц Рон теперь не боялся.

Примерно через час Рон уже сидел в номере дешевого отеля и наблюдал по визору за комментатором, вещавшим от входа в небоскрёб, где размещался Четвёртый Канал. Опять его считали погибшим, и опять полиция, не нашедшая останков, отказывалась это подтвердить.

Рон попытался вспомнить, обратили ли на него внимание при регистрации. Похоже, что нет. У дежурного на столе в маленьком визоре какая-то девица закатывала сцену ревности. То-то он еле отвлекся, чтобы взглянуть на купюру.

Долгое время мобильник Галя не отвечал. Рон начал нервничать. Неужели люди мафии…? Нет, слава Богу. Послышался знакомый голос.

— На этот раз ты меня не похоронил? — спросил Рон после приветствия.

— Нет, я уже привык.

— Что нового?

— Новое есть. Несколько минут назад получили сведения. Я подозревал что-то в этом роде и боялся.

— Ну? Не мучай.

— Я не мучаю, но можешь не спешить. Все равно ничего изменить не сможешь.

— Ты меня злишь!

— А я уже злой! Какой тебе толк узнать, что это придумал Оскар Нариан?

— Кто?

— Вот видишь… И я его не знал. Но о его группе понятие имел. Никто с ними ссориться не будет. Ни наши израильтяне, ни даже китайцы.

— Если убить Нариана?

— Это невозможно.

— Если поговорить с ним…

— О чем? Это же император. Его приказы не обсуждаются. Он плюнет в тебя по визору, и его слюна до тебя долетит. Ты с ним свяжешься, а по пеленгу явятся убийцы.

«Император, — подумал Рон, — и гладиатор. «Идущие на смерть приветствуют тебя!»

— Нету, что ли, других таких императоров? — спросил он.

— Конечно, есть. Но затевать войну из-за тебя? Никто не будет. Для войны нужна причина в десятки миллиардов. Ты столько не стоишь.

— Спасибо, друг.

— Извини.

Рон помолчал. Он знал, что, несмотря на бесценность человеческой жизни, действительно, столько не стоит.

— Почему я? — спросил он, просто чтобы поддержать диалог.

— Не повезло. Бывает ведь, что просто не везет человеку. Люди попадают в аварию, заболевают. А ты попался на глаза и показался удачным объектом для шантажа.

— Послушай, — сказал Рон, понимая, что хватается за воздух, — никто не берется его убивать. А почему ты не берешься? Ты ведь специалист. И деньги…

— Я — специалист. Но я ведь человек. И как специалист я говорю, что это выше человеческих возможностей.

— Почему? Он живет в бункере под землей?

— Зачем? У него дворец во Флориде. И огромная территория вокруг — тоже его. Как все охраняется — можешь представить.

Дверь в номер взорвалась и брызнула мелкими кусками во все стороны. Двое влетели в комнату, держа излучатели в вытянутых руках. Оба выстрелили одновременно. Волна космического жара окатила Рона, он пребольно ударился ногой о столик. Убийцы не пропали из его поля зрения, они стояли и выглядели полными дураками. Наконец, они повторно обнаружили Рона и еще раз одновременно выстрелили.

Сейчас Рон уже был готов к нападению. Он выбрал место для своего следующего «появления» и почти не почувствовал новой вспышки. А «перепрыгнув», сам выстрелил в нападающих и убил одного за другим.

В коридоре его ждали еще двое. Наверное — группа поддержки, организовавшая взрыв. У одного из них был наготове излучатель, и Рон получил свой импульс. На этот раз он очень удачно запланировал перенос за спины врагов и даже пережил мимолетные угрызения совести, когда их убивал. Стрелять в спину… что-то в этом есть непорядочное. Кстати, последний из его выстрелов показался очень слабым. Рон выбросил батарею, заменил ее новой. Чертовски долго он стрелял в этот проклятый аэромобиль.

И тут Рон с испугом обнаружил, что его новая одежда тлеет в нескольких местах. И паленым волосом пахло очень неприятно. Шевелюру, что ли, обожгло? Но как это может быть? Даже образования Рона хватало, чтобы знать: скорость сигналов в нервных волокнах несоизмеримо меньше, чем скорость света. Как он ухитрился уцелеть? Как смогли его рефлексы обогнать скорость света?

Само собой, что телепортация управлялась не мускулами. Значит — не учитывает нервные волокна. А какова скорость процессов в мозгу? И как мозг Рона связан с… с чем вообще должен быть связан мозг, чтобы перебрасывать своего хозяина сквозь пространство?

Рон не стал сразу же улепетывать с места происшествия. Он вернулся в комнату и посмотрел в зеркало. Лучше было не смотреть… Если раньше он цитировал красиво-страшные слова, что живет в тени смерти, то теперь он сам выглядел, как «тень смерти». Или как ее самый близкий родственник.

Предателя-дежурного не оказалось на месте. Рон с чистой совестью двумя выстрелами из пистолета открыл кассу и конфисковал почти все наличные деньги. Как бы еще по улице пройти, не привлекая внимания…

Судя по всему, обитателей этого района было нелегко удивить. Лишь несколько человек шарахнулись от Рона, остальные просто не обратили внимания. Продавец, угрюмо выглядывавший из своего, похожего на бойницу, окошка, скривил гримасу, принимая деньги. Но одежду выдал вежливо, именно то, что Рон заказал.

Дальнейшее перемещение по улице было совершенно свободным. Несмотря на обычную одежду и вполне нормальный вид, никто из подозрительных личностей, снующих тут и там, к нему не цеплялся. Очевидно, их опытные взгляды что-то в нем засекли… такое, неудобное для грабежа.

Рон нашел подходящее место, присел и вызвал Галя.

— Извини, — сказал он, — мне тут мешали.

— Серьезно?

— Еще как! Четверых пришлось убить.

— Кого к тебе посылают? Где они их находят, таких идиотов?

— Предложи свои услуги.

— В другой раз. Но мы вышли на Оскара Нариана именно из-за того, что он был страшно недоволен твоим делом. Наши люди, сумели подключиться к закрытому каналу этого… Герберта. И засекли: Нариан его вызывает. Лично. От злости кипит. Что Герберт тебя не сумел нормально запугать, а потом — убить. Слежка организована отвратительно, люди, похоже, не умеют стрелять. Если за эти сутки с тобой не будет покончено, то Герберту конец.

— Мне будет его не хватать, — сказал Рон. — Послушай, что с Нарианом, я ничего у тебя не узнал. Почему ты не берешься…

— Я все сказал. У него огромное поместье с прекрасной защитой. Люди, техника — все самое лучшее. Официально он занимается финансами, миллиардер, имеет связи с политиками. Все у него на законном основании, оружие он получает через армию. Ни он, ни его семья не покидают поместья. И незачем, там все есть.

— Короче, — устало сказал Рон. — Твои рекомендации.

— Обналичить побольше денег и скрыться. Куда-нибудь очень далеко. Изменить внешность. Еще лучше — пол. Шутка.

— В Израиле меня найдут?

— В первую очередь там.

Рон задумался. Тяжело и безнадежно. Вот она, жизнь с ее неожиданно резкими поворотами. Совсем недавно на развилке «Честь» и «Бесчестье» он выбрал «Честь». Можно было предугадать, что следующий развилкой будет: «Смерть» — «Прозябание в вечном страхе». Если Рон не самоубийца, он должен выбрать второе. Что ему прозябание? Неужели лучи славы так уж приятно греют? Что он, не может жить без арены и рева толпы?

— Ты там живой? — спросил мобильник голосом Галя.

— Пока да, — Рон продолжал думать. Как это нехарактерно для него! Гладиатор, состоящий только из мускулов и рефлексов, думает! На самые философские темы! Жизнь и смерть, честь и бесчестие. Император гладиатор. «Идущие на смерть приветствуют тебя!»

Рон представил арену. Не современную, а древнеримскую. И себя на ней, гладиатора из Иудеи. Почему гладиаторы убивали друг друга, вместо того, чтобы всем вместе обрушиться и убить императора? Стража. Преторианская гвардия. Императора охраняли так же плотно, как усадьбу Нариана.

— Галь… — сказал Рон и сделал паузу, — подожди, подожди…

— Что ждать? У меня тут бредовая мысль. Если шарахнуть по вилле нейтрон-компактом? Единственный выход.

«Еще бы, — подумал Рон, — миниатюрная нейтронная бомба. Против нее никакой защиты нет».

— Только на черном рынке она дороговато стоит, — Галь продолжал размышлять вслух. — И ее надо покупать с ракетой… арендовать самолет с пусковой установкой… Жутко дорого, но хоть какой-то выход. Будешь играть?

Рон пожалел, что Галь напрасно отвлек его от размышлений. Ему показалось, он был близок к решению задачи. О чем он думал? Гладиатор, император, стража… У гладиатора нет никаких шансов. У обычного гладиатора. А у такого, как Рон, которого невозможно убить? Пока было невозможно…

Рон представил вспышки выстрелов, взрывы ракет. И себя. Почему-то — с мечом в руках. Уже не с огненным ли мечом ангела?

— Галь, — Рон говорил и ощущал, как тяжело ему даются слова. — Я тебе что-то не рассказывал. Эти люди, которых против меня посылали… Они не были идиотами. Они были настоящими профессионалами. Но я… Скажем так: я сейчас лучший боец на Земле. («Пока, — подумал он, — пока другие гладиаторы не догадаются заглянуть в лицо смерти и не обнаружат свои уникальные возможности»).

— Я рад за тебя, хотя и верю с трудом, — Галь не удержался и хмыкнул. — Ну, и что?

— Я не могу жить в бегах. Я хочу решить эту проблему. Или — или.

— Нейтрон…

— К черту. Я сейчас страшнее любой бомбы. Называй мне место, где живет этот… император. Приготовь мне оружие. Удобное и мощное. И лети в Майами. Встретимся там.

— Но…

— Никаких «но». От тебя мне надо только оружие. Потом ты свободен. И я свободен. Умирать или убивать. До встречи.

Рон убрал мобильник. Все встало на свои места, обрело ясность и простоту. Убить или умереть — вот призвание гладиатора. Он представил райский сад во Флориде. Райский, пока его не коснулась тень смерти. А тень всегда там, где Рон. С этого мгновения он сам станет тенью смерти.

Что может остановить еврея, если он не боится смерти?

Добавить комментарий

Заполните поля или щелкните по значку, чтобы оставить свой комментарий:

Логотип WordPress.com

Для комментария используется ваша учётная запись WordPress.com. Выход /  Изменить )

Google photo

Для комментария используется ваша учётная запись Google. Выход /  Изменить )

Фотография Twitter

Для комментария используется ваша учётная запись Twitter. Выход /  Изменить )

Фотография Facebook

Для комментария используется ваша учётная запись Facebook. Выход /  Изменить )

Connecting to %s