ТЫ ЗА КОГО – ЗА ПУТИНА, ТРАМПА ИЛИ ХАФТАРА?

Опубликовал(а)

Те из ливийцев, кому надоело отвечать на эти вопросы, спешат в парикмахерскую, чтобы изобразить ответ на своей голове. Вероятно, народ этой североафриканской страны после зверской расправы над своим лидером Каддафи ищет новых идолов, на которых вначале будут молиться, а затем проклинать.

Кому принадлежит нефть в Ливии?

В известной степени выбор из трех названных лидеров означает одно и то же: кому из них отдать приоритет в вопросе инвестиций в добычу и транспортировку ливийской нефти. Причем, если Трамп незримо присутствует в теме, поскольку США завоевывают все более уверенные позиции в экспорте углеводородов, а Путин уже реально в лице «Газпрома» много лет хозяйничает в Ливии, то вопрос с Халифом Хафтаром, командующим Ливийской национальной армией, который лоббирует российское влияние на севере Африки, наиболее проблематичен.

Никакого парадокса тут нет. Кому принадлежит нефть в Ливии? Проблема, исчисляемая десятилетиями. Даже Муаммар Каддафи, в недавнем прошлом главный ливийский вожак, 40 лет, наподобие Моисея, бродивший по пустыне собственных амбиций, не смог ответить на него внятно, из-за чего, собственно, и сегодня не прекращается борьба за главный углеводородный ресурс страны.

У России есть экономические интересы в Ливии. Контракты, подписанные до начала революции, составляли около $8 млрд. Российско-ливийские договоренности включали в себя не только разведку нефтяных месторождений, но и поставку вооружения, развитие инфраструктуры, строительство железных дорог.

Однако некоторые эксперты считают, что экономические интересы и энергетические проекты — не основной мотив вмешательства России в ливийский конфликт, поскольку русские поддерживают Халифу Хафтара и его силы в различных военных операциях. Российский эксперт Михаил Крутихин заявил, что цель Путина состоит не в разведке ливийской нефти, а в том, чтобы европейцы не сделали этого раньше.

Надежды на «арабскую весну» не оправдались. Задача со 140 неизвестными, если учесть число племен, населяющих Ливию. Одна часть племен – обладатель территории, где нефть добывается, другая часть племен – по которой идут нефтепроводы, третья часть – портовая, откуда нефть отправляется покупателям Европы и Азии.

Прежде всего, это племя Каддафи — Кадаффа. Еще одно большое племя — Варфалла — южнее Триполи, а также племя Маргаха — на юге страны.

При этом свои претензии выставляют и туареги – кочевое племя, мечтающее о своем государстве. Территория проживания туарегов — Мали, Нигер, Буркина-Фасо, Алжир и Ливия. Они не признают ни границ, ни власти.

Им-то, африканским номадам, казалось бы, за что должен обломиться кусок нефтяного пирога? За силу. Туареги много веков слывут лучшими воинами на африканском континенте, и готовы в любой момент продемонстрировать свое боевое мастерство любому желающему. Они, кстати, проделывали это не раз на огромном пространстве Северной Африки. В том числе сражаясь на стороне Муамара Каддафи во время войны в Ливии.

Зона запасов нефти смещена к востоку страны. Из пяти нефтеперерабатывающих предприятий четыре также на востоке, из шести терминалов для нефтеналивных танкеров – пять на востоке. Практически почти 800-километровая береговая линия к востоку от Сирта, от аль Сидры до Тобрука, представляет собой зону, задействованную под нефтедобычу, переработку и отправку. Здесь сосредоточено нефтяное могущество Ливии.

В местах расселения племени туарегов на западе Ливии, а также на юге и юго-востоке, где живет племя тубу, нефтяных полей нет. Нефтяное богатство страны, от мощных пластов до терминалов, находится в регионе наиболее представительном в этнографическом отношении. Здесь живут 11 арабских и арабо-берберских племен, а на западе, западней и южнее Триполи проживают представители лишь трех племен. Таким образом, обойденными в разделе доходов от продажи нефти могут считать себя 85-90% племен, населяющих Ливию.

Поскольку главные элементы нефтяного сектора были сосредоточены на Востоке, а присваивание капиталов шло на Западе, вектор гражданской войны в Ливии шел с востока на запад, от обездоленных племен к правящим. Известно, что род Каддафи жил на Западе и оказывался главным обладателем национальных богатств, которые, превращаясь в нефтедоллары, шли на поддержку международного терроризма.

Воинственный дух чреват стабильным насилием

Причина сохраняющегося в стране хаоса – наличие не только нефти, но и оружия на руках у населения. Особенно удручает наличие на руках немецких штурмовых винтовок G36 при том, что правительство ФРГ не давало разрешения на поставку этого оружия Ливии. Происхождение винтовок, которые являются стандартным вооружением бундесвера, сомнений не вызывает: об этом свидетельствует клеймо изготовителя — фирмы Heckler & Koch в городе Оберндорф в федеральной земле Баден-Вюртемберг. Большая партия немецких винтовок — а это модель для спецподразделений G36 KV с укороченным стволом – оказалась, к примеру, у повстанцев во время штурма резиденции диктатора Каддафи в Триполи.

Наличие оружия означает сохранение насилия и готовность к отпору любых бойцов – от туарегов до правительственных войск. Особенно опасно и непредсказуемо поведение вооруженных детей. Известно, что даже сейчас, когда волна революционной эйфории схлынула, сотни матерей в Бенгази продолжают учить своих детей стрелять из «Калашникова», и тому есть подтверждения. Примечательно, что, ведя обучение, матери подчеркивали, с одной стороны, возрождение боевого духа, традиционно присущего восточным племенам, с другой стороны, равноправие женщин и детей, которое должно проявляться в доступе к оружию, что является «одним из революционных завоеваний» прежде угнетенных племен к востоку от Триполи.

Таким образом, понятия Равенства, Свободы, Равноправия представители обездоленных племен, охваченные чувством мести, понимают весьма своеобразно.

Какие романсы поют финансы?

Сегодня одна из основных тем обсуждений в племенах – состояние замороженных в различных странах мира активов Каддафи. Диктатор, на каждом шагу клеймивший «проклятый мир капитала», оказывается, предпочитал хранить свои деньги (их оценивают в пределах $50-150 млрд.) именно там. Причем, более $30 млрд. в «гнезде проклятого капитала» США.

«Финансовые ресурсы для реконструкции в Ливии на данный момент — наименее важная вещь», отмечал несколько лет назад Маркус Каим, эксперт по безопасности, руководитель исследовательской группы Berliner Stiftung Wissenschaft und Politik. Страна, богатая запасами нефти и газа, нуждается не в деньгах, а в возобновлении производства и в желании трудиться, значительно подорванном коррупцией и мародерством.

Для Хамади аль-Ауни, доцента кафедры политики и экономики в Свободном университете Берлина, важно решение социальных проблем: «Ливия страдает из-за отсутствия медицинского оборудования, медикаментов и квалифицированного персонала». Мнение берлинского эксперта: размороженные средства нужны немедленно, они могли бы помочь нуждающемуся гражданскому населению.

Вместе с медикаментами Ливия нуждается в питьевой воде, прежде всего в Триполи и других крупных городах. Водный кризис в Ливии особенно печально воспринимается жителями. Дело в том, что осуществленный 30 лет назад проект по переносу воды из подземных бассейнов в пустыне, который на 76% обеспечивает водоснабжение прибрежных городов, пришел в упадок.

«Арабская весна» и фактический распад государства привели Ливию на грань катастрофы. Обилие вооруженных групп, постоянно захватывающих насосные станции и участки подземных водоводов и требующих выкуп за их освобождение, грозит смертью миллионам жителей. Если прибавить к этим бедам необходимость регулярного ремонта клапанов, понятно, что водной системе нужна постоянная вооруженная охрана. А ее нет: речь все о той же борьбе кланов за обладание природными ресурсами.

Эксперты считают: водный кризис, который угрожает стране, чья территория на 2/3 представляет собой пустыню, — яркий пример несостоятельности государства, которое еще десятилетие назад было одним из самых богатых на Ближнем Востоке.

Разумеется, ЕС готов инвестировать в Ливию. Однако, с другой стороны, Ливия – та страна, которая не нуждается в государствах-донорах. Минимальная финансовая потребность страны оценивается в 1 млрд. евро, то есть крохотную часть замороженных активов Каддафи. В банках только ФРГ их 7,3 млрд. евро.

С кем строить будущее?

Ливия, которой суждено было стать, по замыслу Кремля, маяком коммунизма в Африке, а ставшей спонсором международного терроризма, распалась как СССР, на ряд этнографический территорий и превратилась в копию Сомали. Здесь, как минимум, два правительства, не считая сообществ родоплеменных кланов, которым эти правительства должны «отстегивать» за безопасность на месторождениях, вдоль нефтяных труб, в портовых зонах Триполи и Тобрука. И поскольку это происходит ежедневно, ливийская нефтянка уже вышла на уровень, сопоставимый с доарабсковесенним периодом. А нефти еще – хоть залейся. На добрый век хватит.

При этом за Хафтаром армия, которая способна захватывать одно за другим месторождения и портовые терминалы. Значит ли это, что он – новый национальный герой? Сомнительно, скорее кремлевская марионетка. Тому есть свои объяснения.

Во-первых, Халифа Хафтар в 1978-1979 гг, как представитель военной элиты Ливии учился в Москве, знает русский язык и хорошо знаком с российским генералитетом. Во-вторых, в последние годы он неоднократно посещал Москву и вел многочасовые переговоры с министром обороны РФ Сергеем Шойгу. В последний раз ливийский генерал приезжал в Москву в ноябре 2018 года. Причем, на встречах присутствовал «повар Путина» Сергей Пригожин, которого связывают с ЧРК «Вагнер». В то же время в Ливию прибыли российские военнослужащие ГРУ для поддержки войск Хафтара.

С этим «русским акцентом» связаны все военные операции Хафтара последних месяцев, среди которых есть захват крупнейших нефтяных месторождений, после чего командующий самопровозглашенной «Ливийской национальной армии» объявил наступление на столицу страны Триполи (здесь находится признанное международным сообществом правительство национального согласия).

Ливийцам, в конечном счете, безразлично, откуда управляются армии, и в какие страны экспортируется их нефть, из какого шатра идут приказы в лоскутные территории, — им хочется получить хоть что-то от экспорта национального богатства. В девяти приморских городах – от Триполи до Тобрука — и на клановых сходках в Сахаро-Средиземноморском бассейне не прекращается обсуждение вопроса, на кого делать ставку: на Россию или на США.

Если ты за Путина и за Хафтара, то ты за пророссийский путь развития, если за Трампа – за западный вариант развития. При этом что именно творится в голове ливийского обывателя, непонятно даже ее обладателю. Хаос в стране полный и повсюду. Отдельно взятая голова не исключение. Зато на ней можно отображать свои политические предпочтения, чему способствует 26-летний ливийский цирюльник Мухаммед аль-Кабилия. Левой рукой он держит мобильник с изображением заказанного лидера, правой орудует машинкой для стрижки волос. Каких-нибудь три часа работы – и все, вопрос «ты за кого?» закрыт. Никаких тебе заседаний чиновников и сборов старейшин.

Все решает клиент, в известной степени представитель электората. Но до выборов национального лидера в Ливии еще очень далеко. Ведь надо учесть интересы каждого из, напомню, 140 племен, населяющих страну.

По всему получается, что проблема, кому достанется первая бензоколонка Африки, пока решается только в парикмахерской.

Добавить комментарий

Заполните поля или щелкните по значку, чтобы оставить свой комментарий:

Логотип WordPress.com

Для комментария используется ваша учётная запись WordPress.com. Выход /  Изменить )

Google photo

Для комментария используется ваша учётная запись Google. Выход /  Изменить )

Фотография Twitter

Для комментария используется ваша учётная запись Twitter. Выход /  Изменить )

Фотография Facebook

Для комментария используется ваша учётная запись Facebook. Выход /  Изменить )

Connecting to %s